«Урал» имени Михаила Вельямидова

«За год до призыва в армию мне стал сниться один и тот же сон...»

Евгений Суворов  Михаил Вельямидов 
0
19.06.2013 156
Любая война - это испытание злом. Кого-то это зло ожесточает. Кому-то ломает психику. А кто-то, напротив, приходит к спасительной вере. Как раз из таких людей Михаил Вельямидов, возглавляющий Вологодскую региональную организацию инвалидов войны в Афганистане. В своём последнем бою он получил множественные ранения и долгие месяцы провёл в госпиталях: ему ампутировали левую ногу, удалили коленный сустав на правой, провели множество других операций. Но инвалидность не сломила Михаила. Выйдя из госпиталя, он поступил в медицинский институт, стал врачом. Отработав в медицине восемь лет, решил помогать людям в другой области - закончил юридическую академию, теперь работает адвокатом. О войне и о мире его расспросил наш корреспондент.

Вещий сон


Михаил Владимирович Вельямидов

- Михаил Владимирович, в каких войсках вы служили?

- Наш отдельный автомобильный батальон базировался в Кундузе. Я был водителем, ходил в колоннах на машине «Урал». Возил грузы как из России, так и по территории Афганистана.

- Часто вас обстреливали?

- В Афганистане чаще всего боевые действия проходили как раз на дорогах.

- Вы награждены орденом Красной Звезды. Этот орден даётся за боевые заслуги...

- В тот раз мы шли из Кундуза в район Баглана. И в долине, на «зелёнке», на нас напали «духи». Стреляли из укрытия. Нападения в основном были в горной местности, в долинах - за кустами, которые там росли, можно было спрятаться - или в ущельях. Мы в таких случаях старались сохранять свой груз и срочно покидали зону обстрела. В прямой бой желательно не вступать, потому что обычно колонна растягивается и приходится отбиваться в одиночку. Тогда мы ехали вдвоём с афганским милиционером и машина попала в окружение. До подхода наших пришлось отражать нападение.

- Как долго отстреливались?

- Не скажу точно. Может, двадцать минут, а может, полчаса - в таких ситуациях время идёт быстро. Тогда я получил первое ранение - в правую руку и в плечо, лопаточную область. Месяц лежал в госпитале, потом снова вернулся на службу.

- Для вас такая награда была неожиданностью?

- Не поверите, но то, что получу орден, я знал заранее. Ещё за год до призыва в армию мне стал сниться один и тот же сон. Я видел родительский дом и свою фотографию на стене с орденом на груди. Я с детства всё время думал: «Вот бы совершить подвиг!» Однако в то время не было никаких войн. В душе-то я допускал мысль, что сон вещий, но предполагал, что буду служить на границе и получу награду за поимку нарушителя... Весной 1982 года меня призвали в армию и после сержантской учебки в Ашхабаде направили в город Термез, а затем - в Афганистан, для выполнения интернационального долга. И это первое ранение я получил через год - 9 июля 1983 года. Пули тогда прошли навылет, не причинив серьёзного ущерба. Но после госпиталя не покидало чувство, что меня ещё раз ранят или убьют.

- Предчувствие не обмануло?

- 9 сентября 1983 года мы шли из Файзабада, перевозили снаряды для наших частей. Накануне мне приснилось, что в автоколонне меня ранило в левую руку и обе ноги. Проснулся разбитым. Была какая-то непонятная уверенность, что сон непременно сбудется, и в то же время я не знал, как отвести беду.

- Вы бы молились... Или в то время были неверующим? - спрашиваю ветерана.

- Верующим-то я был всегда, но некрещёным. Как только пули полетели со всех сторон, я сразу же стал молиться. Мы тогда вдвоём с нашим фельдшером ехали в конце колонны. И когда мне ноги перебило, я крикнул: «Ваня, давай прыгай!» - и сбросил скорость. Его даже не ранило, он выпрыгнул. А мне пулями разбило правый коленный сустав, перебило левую подколенную артерию, оторвало две фаланги на среднем и безымянном пальцах левой руки. Был такой мощный обстрел, что всё вокруг сыпалось. Стреляли из разных точек, и ранения я получал через какие-то промежутки времени. Последняя пуля, пробив дверцу кабины, прошила небольшой блокнот в нагрудном кармане и, повредив мягкие ткани груди, ударилась о ребро - встала напротив сердца...

За гранью

- Получается, блокнот спас вам жизнь? Вы всегда носили его с собой?

- Нет, стал брать только в последний месяц. Там были записи элементов электрических схем автомобиля, ещё какие-то заметки...

Затем были госпитали. Вначале в Ташкенте, где первые две недели я находился в реанимации, перенёс несколько операций, в том числе по спасению левой ноги. Первая операция, проведённая сразу же после ранения, была неудачной: у меня начался сепсис. Ногу пришлось ампутировать по среднюю треть бедра.

Возможно, во время операции что-то пошло не так, и я пережил состояние клинической смерти. Когда очнулся, то отчётливо помнил, что со мной происходило. Как будто я лечу по узкому туннелю с огромной скоростью, и всё время передо мной появляется стена. Меня охватывает ужас, что разобьюсь, но перед самой стеной снова открывается туннель. Так повторялось несколько раз, в конце концов меня выбросило ко входу какой-то пещеры в горах. Я мог свободно перемещаться в пространстве с помощью мысли и увидел колонну своих друзей-однополчан. Потом оказался перед странными людьми. Метрах в десяти впереди меня по левую сторону я заметил четверых бородатых старцев в чёрных длинных одеждах с капюшонами. Справа на том же расстоянии стоял бородатый мужчина в белом лет сорока, с короной на голове и посохом в руках. Он посмотрел на меня скорее недовольно, чем ласково.

Затем ко мне повернулись старцы в чёрном и стали меня обсуждать. О чём они говорили, я не помню; меня охватил страх, как будто решалась моя судьба, но одновременно возник и интерес к происходящему. При этом я смотрел по сторонам, изучал новый для меня мир, где испытывал приятное состояние лёгкости, и даже не заметил, как ко мне подошёл один из старцев. На его чёрном одеянии были белые полоски. Улыбаясь, он стал что-то говорить, держа меня за плечо. На этом месте я и очнулся среди ночи, в реанимации, подключённый к аппаратам искусственного дыхания и искусственной почки.

Дар жизни

- После этого видения открылись совсем другие ценности. Я стал много думать о жизни и смерти, - вспоминает своё состояние Михаил. - Дело в том, что смерть преследовала меня с детства. Когда мне было примерно пять лет, мы с друзьями ныряли в глубокий снег, а я застрял и едва не задохнулся. Через год чуть не утонул: догонял сверстника и, перебегая через речку по бревну, упал в воду. Пуская на дне пузыри, я находился в сознании. Помню, как рыбки рядом плавали. Но вот как меня достали из реки, уже не помню... В восемь лет меня сбил автомобиль. У меня сильно текла кровь изо рта и из носа. Я был перепуган, не хотел ехать в больницу. В конце концов меня увезли в больницу города Няндома, где врачи поставили диагноз - перелом основания черепа и сотрясение головного мозга.

Следующая встреча со смертью произошла в девять лет. Тогда мы с другом залезли на высокое дерево, стоящее в болотистой местности. Сук подо мной подломился, я полетел вниз и приземлился на трухлявый пень, получив компрессионный перелом позвонков в поясничном отделе. В юности были две аварии на мотоцикле и ещё ряд несчастных случаев, когда я заглядывал в глаза смерти.

А потом война в Афганистане, моё чудесное спасение, множественные операции, в том числе две операции на почках, потому что вследствие сепсиса я заработал пиелонефрит. Потом удалили аппендикс. Казалось, что мучениям не будет конца... Учась на втором курсе медицинского, я уговорил заведующего кафедрой травматологии, чтобы мне удлинили единственную правую ногу. Меня сильно угнетало, что я стал ниже ростом. Несмотря на предупреждения и уговоры, я соглашался на всё, лишь бы вернуть свой рост.

Во время операции судьба сыграла со мной злую шутку: отключился свет, и врачам пришлось перейти на искусственную вентиляцию лёгких. В это время я очнулся от наркоза, хотел вздохнуть, но поскольку был подключён к аппарату искусственного дыхания, то грудь поднималась независимо от моего желания. Конец трубки, вставленной в лёгкие, изнутри давил на бронх, оттуда доносились хрипы, в висках сильно стучало. Я смотрел, как протыкают мою ногу спицами от аппарата Елизарова, небрежно, как мне казалось, ворочают и кидают её. Боли казались невыносимыми. Думал, что сейчас вот тут, на операционном столе, умру. Клял себя на чём свет стоит, умолял, чтобы меня снова усыпили...

И на этот раз судьба пощадила меня. Когда уже после минского госпиталя я вернулся на родную Вологодчину, то постепенно начал осознавать, что со мной произошло. Я стал задавать себе много вопросов, а самый главный: почему, для чего я остался жив? И тогда всё изменилось. Я стал молиться, ездил по монастырям. Потом принял святое крещение.

В одном из храмов я увидел икону святого Мартиниана Белозерского, изображённого в схиме. Сначала бросилось в глаза, что он в таком же чёрном одеянии с капюшоном и белыми полосками, какое я видел во время клинической смерти. Присмотревшись, я узнал и лик святого.

После этого я прочитал Житие преподобного Мартиниана Белозерского, ездил в Кирилло-Белозерский монастырь и в Троице-Сергиеву лавру, где он подвизался. Заодно стал интересоваться и своими корнями. Дворянский род Вельямидовых очень древний. Из него вышло много известных людей, в том числе и святых.

Мне тоже хотелось найти себя, послужить Отечеству и людям. Но многие специальности из-за моей инвалидности оказались закрыты. Тогда я решил поступать в Архангельский медицинский институт, стать врачом. Ещё со школы у меня сохранилось желание спасать людей. Но со школьной скамьи я поступать не стал, потому что для вуза учился слабо. После окончания института одно время я работал врачом ультразвуковой диагностики, но, переехав в Вологду, не смог найти работу по специальности. Устроился только заведующим кабинетом медицинской статистики. А это не по мне, тем более и денег почти не платили, а надо было кормить семью. И тогда я подумал о юридическом образовании. Окончив Вологодское отделение Московской юридической академии, с 1997 года стал работать юристом, а затем адвокатом. Но медицину совсем не оставил - оказываю юридические консультации медицинским учреждениям, медколледжу.


Афганистан, 1984 год. Бойцы у машины, на кабине которой написано: «Имени Михаила Вельямидова»

- Наверное, и общественная работа у вас занимает много времени?

- Как председателю Вологодской региональной организации Общероссийской общественной организации инвалидов войны, мне приходится готовить и проводить различные акции, концерты. Также мы занимаемся патриотическим воспитанием молодёжи, выезжаем в тюрьмы, выступаем в детских домах. Сотрудничаем и с Церковью. В Вологодской епархии за работу с военными отвечает отец Андрей из Александро-Невского храма. Он приходит на все наши мероприятия. В этом храме в памятные даты, посвящённые афганской войне, собираются ветераны, проводятся пани­хиды.

- Вы сказали, у вас есть семья?

- Да, жена, дочь. Вот дачный дом сейчас строю, чтобы с семьёй отдыхать... На берегу пруда построил баньку, а в самом пруду развожу рыб. И сад посадил: яблони, вишни, сливы...

- Кроме ордена Красной Звезды, у вас есть ещё награды?

- Есть медали. Своими наградами я не кичусь. Самой большой наградой считаю то, что ребята, оставшиеся после моего ранения в Афгане, написали на моей машине: «Имени Михаила Вельямидова». Как правило, такие надписи на военной технике делают уже посмертно, а тут при жизни сподобился.

...Михаил Владимирович обращает этот эпизод в шутку, не договаривая, что такие надписи пишутся на машинах героев. Сам он себя героем не считает. Как в Афганистане, так и сейчас, работая адвокатом, он просто честно исполняет свой долг.

Записал Евгений СУВОРОВ

http://www.rusvera.mrezha.ru/685/6.htm

Загрузка...

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции»; Комитет «Нация и Свобода»; Международное общественное движение «Арестантское уголовное единство».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

Иностранные агенты: «Голос Америки»; «Idel.Реалии»; «Кавказ.Реалии»; «Крым.Реалии»; «Телеканал Настоящее Время»; Татаро-башкирская служба Радио Свобода (Azatliq Radiosi); Радио Свободная Европа/Радио Свобода (PCE/PC); «Сибирь.Реалии»; «Фактограф»; «Север.Реалии»; Общество с ограниченной ответственностью «Радио Свободная Европа/Радио Свобода»; Чешское информационное агентство «MEDIUM-ORIENT»; Пономарев Лев Александрович; Савицкая Людмила Алексеевна; Маркелов Сергей Евгеньевич; Камалягин Денис Николаевич; Апахончич Дарья Александровна; «Центр по работе с проблемой насилия "Насилию.нет"»; межрегиональная общественная организация реализации социально-просветительских инициатив и образовательных проектов «Открытый Петербург»; Санкт-Петербургский благотворительный фонд «Гуманитарное действие»; Социально-ориентированная автономная некоммерческая организация содействия профилактике и охране здоровья граждан «Феникс плюс»; автономная некоммерческая организация социально-правовых услуг «Акцент»; некоммерческая организация «Фонд борьбы с коррупцией»; Челябинское региональное диабетическое общественное движение «ВМЕСТЕ»; программно-целевой Благотворительный Фонд «СВЕЧА»; Красноярская региональная общественная организация «Мы против СПИДа»; некоммерческая организация «Фонд защиты прав граждан».

Списки организаций и лиц, признанных в России иностранными агентами, см. по ссылкам:
https://minjust.gov.ru/ru/documents/7755/
https://ria.ru/20201221/inoagenty-1590270183.html
https://ria.ru/20201225/fbk-1590985640.html

РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.
Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить
Введите комментарий
Евгений Суворов
Все статьи Евгений Суворов
Михаил Вельямидов
«Урал» имени Михаила Вельямидова
«За год до призыва в армию мне стал сниться один и тот же сон...»
19.06.2013
Все статьи Михаил Вельямидов
Последние комментарии
Православному социализму – быть!
Новый комментарий от Андрей Карпов
16.04.2021 05:12
«Белая лихорадка»
Новый комментарий от Елена Войт
16.04.2021 04:55
В защиту практики Общего Соборования в Великий Пост
Новый комментарий от Клавдия
16.04.2021 04:25
Удастся ли Байдену усыпить бдительность России?
Новый комментарий от Мирянин
16.04.2021 04:24
Это уже было... в 1917-м
Новый комментарий от Saha
16.04.2021 03:49
«Глубинное государство» есть и в Русской Церкви?
Новый комментарий от Анатолий Степанов
15.04.2021 22:10
Синодик русского духовенства, скончавшегося в период коронавируса
Новый комментарий от Владимир Николаев
15.04.2021 20:25