Судьба захоронения св. Иоанна Кронштадтского

Иоанн Кронштадтский 
0
730
Время на чтение 6 минут

Цель настоящего доклада состоит в том, чтобы документально засвидетельствовать: мощи св. Иоанна Кронштадтского во все лихолетье почивали на месте его первоначального упокоения и явились залогом нынешнего возрождения Иоанновской обители. В этом смысле, православное предание и народное почитание подтверждается архивными документами.
Материалами для доклада послужили фонды архивов: ЦГА и ГАСПб, а также периодика за 1923-26 годы.

Как известно, захоронение св. Иоанна, осуществленное 23 декабря 1908 года, первоначально находилось на небольшой глубине и было покрыто мраморной плитой. Когда, согласно секретному постановлению Петроградского губисполкома от 19-23 мая 1923 г., монастырь предполагалось закрыть, поступило два ходатайства о переносе мощей. Первое - от "живоцерковной" общины при Иоанновской обители, просившей о перемещении могилы на Новодевичье кладбище. Это ходатайство, однако, вскоре было отозвано, так как оставалась надежда, что монастырь не будет закрыт. Другое ходатайство - от родственников, в частности, за подписью протоирея Иоанна Николаевича Орнатскаго, о перенесении мощей на Смоленское кладбище. Для этой цели был даже начат сбор средств, сохранились подписные листы (например - крестьянка М.И. Крынкина пожертвовала 10.000 руб.). Ходатайство получило положительный отзыв, и уже назначались и вновь несколько раз переносились даты перезахоронения: 26 ноября, 1 декабря, 8 декабря, 28 марта. Наконец, 26 марта 1926 года это прошение также было отозвано. В качестве главных причин того, что перенесение мощей св. Иоанна Кронштадтского на Смоленское кладбище так и не состоялось можно назвать следующее:

  • Против были сестры Иоанновского монастыря.
  • Препятствовала "живоцерковная" двадцатка Иоанновского монастыря (на это указывают отправленные ими в Смольный письма - доносы).
  • Тайное нежелание властей, чтобы святыня была доступна людям.

В то же время, в печати шла разнузданная кампания против св. Иоанна. Нами выявлен целый ряд публикаций (например в мае 1924 года в "Новой вечерней газете" напичатано "письмо трудящихся" с требованием ликвидировать "отживший" "рассадник черных ворон"). Непосредственным толчком к принятию окончательного решения по поводу перезахоронения мощей св. Иоанна Кронштадтского послужили новые, все продолжавшиеся попытки спасти святыню от осквернения. Так, в Петроградский райисполком поступило заявление приходского совета Андреевского собора в Кронштадте (от 9 февраля 1926, председатель - Тюлькин): в виду закрытия монастыря приходской собор ходатайствует о перенесении мощей к ним, в "подвальное помещение собора". Власти не могли не почувствовать реальную угрозу появления чтимой святыни в действующем храме, и проявили завидную оперативность.

В ответ на "заявление" кронштадтцев следует резолюция о том, что удовлетворить просьбу невозможно, и одновременно Петроградский райисполком принимает окончательное решение: усыпальницу замуровать.

Но в 1926 году подобные решения принимались только с ведома Главного Политического Управления, и 15 февраля туда посылают копию запроса Тюлькина с резолюцией и решением райисполкома. Тут же выяснилось, что ГПУ уже занималось этим вопросом, и существует доклад уполномоченного 3-его отдела оперчасти А.Макарова от 16 февраля, который гласил, что в монастырь въехал Научно-Мелиоративный Институт, предложивший замуровать могилу и заложить проходы кирпичом. Но в этом случает "теряется до двухсот саженей хорошего подвального помещения", кроме того замуровываются трубы, и при порче парового отопления возможно придется "замуровку разламывать". Кроме того, "оставлять могилу нетронутой, да еще и замурованной, равносильно сохранению могилы". "Между тем с занятием монастыря Институтом имеется возможность раз и навсегда покончить с могилой Кронштадтскаго. Для этого - мраморную гробницу разобрать, гроб упустить (так в тексте!) на глубину двух метров, а пол забетонировать, предоставив для института все подвальное помещение". "С переносом гроба Ивана Кронштадтского на одно из кладбищ появится новое поклонение, и не пройдет несколько лет, как на месте захоронения будет выстроена церковь".

Тем временем по решению районных властей, без согласования этого "политически-важного вопроса" с ГПУ, началась замуровка усыпальницы. "Новая вечерняя газета" 18 февраля сообщает: "После передачи бывшего Ивановского монастыря Научно-Мелиоративному институту среди религиозно настроенных обывателей распространился слух, что могила старца будет разрушена, а самое тело вывезено неизвестно куда. ...Между тем могила осталась в неприкосновенности, и подвал, где она находится, в настоящее время замурован и вход в него закрыт". Газета умалчивала, что в период между 12 и 23 февраля из усыпальницы были изъяты для продажи мраморные Иконостас и Престол. Подобная ретивость местных властей даже в то время не была одобрена. Доклад Макарова с резолюцией его начальника Леонова ("давать разрешение на перенос гроба не следует, тем более в Кронштадт") был доведен до сведения городских властей. Вскоре вопрос рассматривается тайно на малом президиуме - самой верхушке городской исполнительной власти. 26 февраля 1926 года принят самый важный для нас документ, за подписью председателя Губисполкома. Его следует привести полностью: "Секретное дело. Малый Президиум Губисполкома. 26 февраля сего года без занесения в протокол. Решено: помещение гробницы Иоанна Кронштадтского замуровать, и спустя два-три месяца гроб опустить ниже на 2-3 аршина, а пол над могилой забетонировать Подписано: Ларионов. 26. Февраля 1926 года".

Таким образом, решение носило компромиссный характер и с одной стороны соответствовало представлению ГПУ. Оно предусматривало сокрытие мощей в 2 этапа, которые следовало осуществить разное время. Немедленно замуровать гробницу, что ранее предлагалось Петроградским райисполком и уже осуществлялось, а через 2-3 месяца перезахоронить гроб на большей глубине и забетонировать пол, что считал необходимым сделать оперуполномо