В последние годы в стране все больше становится школ с так называемым этнокультурным компонентом образования, где обучаются дети одной национальности. Благо это для России или очередная проблема?
Конец прошлого и начало нового столетия отмечены в российском образовании появлением нового института - школы с национальным этнокультурным компонентом. В основе этого явления лежат события и процессы, порожденные распадом огромной страны - СССР. Формирование новых государств на постсоветском пространстве, сопровождаемое практически повсеместно существенным снижением жизненного уровня населения, повлекло за собой резкое усиление миграционных процессов. Огромное число переселенцев-мигрантов (и официальных, и так называемых "серых", не имеющих официального статуса мигранта) хлынуло в наиболее экономически развитые районы России.
Поскольку переселение часто носило характер семейного, в стране резко возросло число детей и подростков из семей мигрантов, что породило серьезную проблему для российской системы образования - появилась задача обучения этих детей в российских школах
При этом обнаружилось, что, во-первых, подавляющее большинство детей-мигрантов плохо владеет русским языком и не может быть успешно включено в учебный процесс массовой школы без соответствующей предварительной языковой подготовки. Во-вторых, уровень базового образования большей части этих детей недопустимо ниже, чем у их ровесников в российских школах. В-третьих, поведенческие особенности детей-мигрантов, обусловленные этнопсихологическими и социально-культурными особенностями, в новых для них условиях российской школы очень часто сопровождались конфликтами с учащимися, а порой - и с учителями.
Все это потребовало поиска путей решения создавшейся проблемы, в первую очередь - в мегаполисах и просто крупных городах, - именно там, где количество детей-мигрантов оказалось выше всего.
В итоге этого поиска было решено пойти путем создания школ с различными "этнокультурными компонентами".
Причем, национальному компоненту отводится четверть учебных часов базисного плана. Предполагалось, что таким образом удастся не только "мягко" адаптировать учеников к требованиям российского образования, но и содействовать сохранению черт и навыков национальной идентичности.
Основную ценность появления учреждений образования такого типа политологи видят в том, что этношколы прививают российской молодежи уважение к ценностям и традициям других народов, воспитывая толерантность, что снижает уровень ксенофобских и националистических настроений в российском обществе.
Это, по мнению французских аналитиков, неминуемо приведет к еще большей изоляции детей мигрантов, фактически оставляя их в замкнутой субкультуре диаспоры.
В Германии, где проживает огромная турецкая диаспора, идея появления школ с турецким этнокультурным компонентом не нашла понимания не только в структурах государственной власти, но и... среди руководства самой турецкой общины страны. Турки в Германии прокламируют ценность обучения своих детей именно в немецких школах, поскольку, с одной стороны, возможность постоянной языковой коммуникации с немецкими детьми позволяют легче и быстрее решать задачу изучения немецкого языка детьми переселенцев. С другой стороны, лидеры турецкой общины в переговорах с представителями министерства образования и науки ФРГ откровенно объясняли свое желание обучать своих детей в немецких школах и тем, что не уверены в возможностях школ с турецким этнокультурным компонентом поддержать тот уровень общеобразовательной подготовки, что присущ немецким школам. Кроме того, те же турецкие лидеры не скрывают, что их желание обучать своих детей в немецких школах связано с уверенностью в более эффективной борьбе в традиционных учебных заведениях с употреблением наркотиков среди молодежи. При этом они ссылаются на значительный опыт, накопленный германской системой образования в развитии массового молодежного досуга - спорта, мероприятий культурно-воспитательного характера, что в итоге позволяет отвлечь школьную молодежь от бездумного времяпрепровождения, минимизировать риск ее контактов с наркозависимой средой и наркодилерами.
Изначально предполагалось, что появление школ с этнокультурным компонентом будет способствовать, в том числе, и более успешному освоению детьми мигрантов русского языка, без чего их социально-культурная адаптация в новой для них, русскоязычной среде будет крайне затруднительной. Следует сказать, что, например, Московским Департаментом образования немало делается для того, чтобы дети мигрантов могли овладеть русским языком в процессе обучения. При этом следует иметь в виду, что подобные проблемы в городе удается решать за счет средств, выделяемых на эти цели из городского бюджета.
Однако опыт работы других российских школ с этнокультурным компонентом свидетельствует о том, что качество обучения русскому языку оставляет желать много лучшего.
Русский язык в некоторых этнокультурных учебных заведениях запущен до такой степени, что комиссии отказываются эти школы аттестовывать. Как выясняется, преподаванием русского языка в этих школах зачастую заняты педагоги, для которых русский... не является родным или хотя бы привычным, хорошо знакомым с детства языком. Кроме того, замечено, что в мононациональных школах наблюдае
Конец прошлого и начало нового столетия отмечены в российском образовании появлением нового института - школы с национальным этнокультурным компонентом. В основе этого явления лежат события и процессы, порожденные распадом огромной страны - СССР. Формирование новых государств на постсоветском пространстве, сопровождаемое практически повсеместно существенным снижением жизненного уровня населения, повлекло за собой резкое усиление миграционных процессов. Огромное число переселенцев-мигрантов (и официальных, и так называемых "серых", не имеющих официального статуса мигранта) хлынуло в наиболее экономически развитые районы России.
Поскольку переселение часто носило характер семейного, в стране резко возросло число детей и подростков из семей мигрантов, что породило серьезную проблему для российской системы образования - появилась задача обучения этих детей в российских школах
При этом обнаружилось, что, во-первых, подавляющее большинство детей-мигрантов плохо владеет русским языком и не может быть успешно включено в учебный процесс массовой школы без соответствующей предварительной языковой подготовки. Во-вторых, уровень базового образования большей части этих детей недопустимо ниже, чем у их ровесников в российских школах. В-третьих, поведенческие особенности детей-мигрантов, обусловленные этнопсихологическими и социально-культурными особенностями, в новых для них условиях российской школы очень часто сопровождались конфликтами с учащимися, а порой - и с учителями.
Все это потребовало поиска путей решения создавшейся проблемы, в первую очередь - в мегаполисах и просто крупных городах, - именно там, где количество детей-мигрантов оказалось выше всего.
В итоге этого поиска было решено пойти путем создания школ с различными "этнокультурными компонентами".
Причем, национальному компоненту отводится четверть учебных часов базисного плана. Предполагалось, что таким образом удастся не только "мягко" адаптировать учеников к требованиям российского образования, но и содействовать сохранению черт и навыков национальной идентичности.
Основную ценность появления учреждений образования такого типа политологи видят в том, что этношколы прививают российской молодежи уважение к ценностям и традициям других народов, воспитывая толерантность, что снижает уровень ксенофобских и националистических настроений в российском обществе.
У них
Насколько российский путь поддержки этнокультурных школ прогрессивен с точки зрения европейской практики? Ведь опыт ряда ведущих стран Европы, испытывающих серьезный иммиграционный прессинг (прежде всего Франции и Германии), свидетельствует о том, что политэлиты этих государств избрали совершенно другой путь включения детей иммигрантов в образовательное пространство страны проживания. Так, французские власти весьма твердо отказались от идеи появления школ с каким-либо этнокультурным компонентом. По их мнению, процесс интеграции переселенцев-мигрантов в социально-культурное пространство Франции и так проходит крайне вяло, а попытки образовательной сегрегации детей мигрантов и вовсе выведут их из зоны ежедневного общения и контактов с местным населением.Это, по мнению французских аналитиков, неминуемо приведет к еще большей изоляции детей мигрантов, фактически оставляя их в замкнутой субкультуре диаспоры.
В Германии, где проживает огромная турецкая диаспора, идея появления школ с турецким этнокультурным компонентом не нашла понимания не только в структурах государственной власти, но и... среди руководства самой турецкой общины страны. Турки в Германии прокламируют ценность обучения своих детей именно в немецких школах, поскольку, с одной стороны, возможность постоянной языковой коммуникации с немецкими детьми позволяют легче и быстрее решать задачу изучения немецкого языка детьми переселенцев. С другой стороны, лидеры турецкой общины в переговорах с представителями министерства образования и науки ФРГ откровенно объясняли свое желание обучать своих детей в немецких школах и тем, что не уверены в возможностях школ с турецким этнокультурным компонентом поддержать тот уровень общеобразовательной подготовки, что присущ немецким школам. Кроме того, те же турецкие лидеры не скрывают, что их желание обучать своих детей в немецких школах связано с уверенностью в более эффективной борьбе в традиционных учебных заведениях с употреблением наркотиков среди молодежи. При этом они ссылаются на значительный опыт, накопленный германской системой образования в развитии массового молодежного досуга - спорта, мероприятий культурно-воспитательного характера, что в итоге позволяет отвлечь школьную молодежь от бездумного времяпрепровождения, минимизировать риск ее контактов с наркозависимой средой и наркодилерами.
У нас
Между тем, российский опыт развития школ с национальными этнокультурными компонентами продолжает распространяться, и за годы его существования серьезные отечественные аналитики - педагоги и психологи - выявили ряд серьезных, типичных для этого типа образовательных учреждений, проблем.Изначально предполагалось, что появление школ с этнокультурным компонентом будет способствовать, в том числе, и более успешному освоению детьми мигрантов русского языка, без чего их социально-культурная адаптация в новой для них, русскоязычной среде будет крайне затруднительной. Следует сказать, что, например, Московским Департаментом образования немало делается для того, чтобы дети мигрантов могли овладеть русским языком в процессе обучения. При этом следует иметь в виду, что подобные проблемы в городе удается решать за счет средств, выделяемых на эти цели из городского бюджета.
Однако опыт работы других российских школ с этнокультурным компонентом свидетельствует о том, что качество обучения русскому языку оставляет желать много лучшего.
Русский язык в некоторых этнокультурных учебных заведениях запущен до такой степени, что комиссии отказываются эти школы аттестовывать. Как выясняется, преподаванием русского языка в этих школах зачастую заняты педагоги, для которых русский... не является родным или хотя бы привычным, хорошо знакомым с детства языком. Кроме того, замечено, что в мононациональных школах наблюдае