НАЧАЛО ВОИНСКИМ УСТАВАМ НА РУСИ

Хотя с именем Петра Великого и связан целый ряд громких побед русского оружия, сам царь был не столько полководцем, сколько организатором армии: именно при нем создается в России регулярное войско. Но попытки в этом направлении предпринимались, конечно, и раньше. Так, при Иване III большое развитие получает издавна практиковавшаяся на Руси поместная система: служивые люди наделялись землей и обязывались по первому зову являться в строй с определенным количеством ратников. По прекращении же службы прекращалось и их владение поместьем. Потом Иван Грозный нашел, что у многих вотчинников скопились излишки земли, а вот воинскую повинность они отправляют не слишком рьяно, тогда как он желал, чтобы царская служба была "без лжи". Грозный распорядился земельные излишки изъять и перераспределить. Были точно определены и размеры "уложенной службы" с земли, а также создана "московская тысяча", для которой отобрали "лучших слуг" - бояр вместе с детьми боярскими и окольничих. Эти "лучшие слуги" либо уже имели вотчины под Москвой, либо наделялись ими теперь.
Именно "московскую тысячу" можно рассматривать как прообраз будущего регулярного войска. Более или менее постоянный характер имела и сторожевая, станичная служба, начало которой положил еще Димитрий Донской, а расцвет пришелся на время Ивана III. Грозный постарался упорядочить и ее и с этой целью назначил начальником над ней князя Михаила Воротынского, знаменитого воеводу. Воротынский с помощниками написал устав службы, утвержденный царем. Устав предусматривал правила поведения станичников чуть ли не на все случаи жизни, например: "Два раза на одном месте кашу не варить, а где кто полдневал, там не ночевать" или: "Ездить по урочищам направо и налево по два человека". Пока внедрялся устав, Воротынского настигла опала и смерть, и на его место был назначен боярин Никита Юрьев, усиливший надзор за станичниками. Что все эти меры по введению устава и упорядочению станичной службы оказались небесполезными, свидетельствует неудача нашествия Девлет-Гирея на Москву в 1572 году: он полагал, что достигнет русской столицы с той же легкостью, как и в предшествующем 1571 году, а встретил организованный отпор.
Однако уже царь Алексей Михайлович видел, что войско, устроенное по типу дворянского ополчения, изжило себя: служивые оставались, по сути, полувоенными людьми: жили на казенных землях, имели право жениться и заниматься различными промыслами. Вот с этим-то положением, весьма мало способствовавшим правильной организации армии, и повел прежде всего решительную борьбу Петр Великий. С казенных земель он перевел воинов в казармы, а воинскую повинность возложил не только на дворян, но и на все классы общества, за исключением духовенства и принадлежащих к тем или иным гильдиям граждан. Естественно, дело не обошлось без издержек. Так, резко упало количество крепких и здоровых мужчин среди новобранцев. В 1719 году Военная коллегия сетовала: "В одни нынешние приводы больше 700 человек за негодностью в службу не приняты". Петр не остался глух к этим жалобам, и Военная коллегия, вдохновляясь его указаниями, предписала офицерам безотлагательно приводить рекрутов к присяге, а чтобы новоявленные солдаты не разбегались, "препоручить их круговой порукой... и учить их непременно солдатской экзерциции и читать им воинский артикул, дабы в полки не сущими мужиками, но отчасти заобычайными солдатами пришли".
Упомянутый здесь Артикул был издан в 1715 году, а уже в следующем, 1716-м, он составил вторую часть знаменитого петровского "Устава Воинского". 209 статей Артикула есть не что иное, как толкование вопросов дисциплинарного характера. Всех же частей, или книг, в Уставе пять, и непосредственное отношение к решению проблем военно-учредительного плана имеет из них первая, разбитая на 68 глав. Третья, содержащая 14 глав, является процессуальным кодексом как для гражданских лиц, так и для военных чинов. Четвертая снова возвращает нас к воинским делам и состоит из трех частей: 1. "О эксерциции"; 2. "О приготовлении к маршу"; 3. "О должности полковых чинов". В пятой вниманию государственных коллегий и всех подведомственных
им канцелярий предлагается Регламент, все 56 пунктов которого они и обязываются неукоснительно соблюдать.
Знакомство с "Уставом воинским" начнем с главы о волонтерах. Согласно ей добровольцы, вливаясь в армейские ряды, не получали денежного довольствия, зато имели перспективу дослужиться до унтер-офицера. Петр разрешил принимать в волонтеры не только бояр и дворян, но и людей "подлого" звания, только бы вели себя честно, трезво, умеренно, учтиво. Это положение открывало широкий доступ в русскую армию иностранцам, которые начали прибывать в Россию толпами. В рассказе Нестора Кукольника "Сержант Иван Иванович Иванов, или Все заодно" описывается, как крепостной в армии стал командиром своего барина. Что ж, бывало и такое, ибо император всячески расширял "контингент", из которого комплектовали офицерский корпус.
Читая "Устав" далее, ясно ощущаем заботливое, в своем роде любовное отношение Петра к артиллерии. В тогдашние артиллерийские боевые порядки входили пушки, мортиры, гаубицы со станками, ядрами, пульками, большими и малыми гранатами, картечами, порохом и фитилями. Любопытен подробный перечень инструментов: топоры, пилы, лопаты, кирки, деревянные или веревочные лестницы, понтоны, бревна, доски, то есть все те средства, которые помогали форсировать болота и реки, делали артиллерию мобильной. К артиллерийским расчетам причислялось более двух десятков разного рода специалистов - вплоть до мясников, хлебников, барабанщиков, коновалов. Инженеры-саперы тоже относились к артиллерии и подчинялись генерал-инженеру или генерал-квартирмейстеру.
Внимания заслуживает глава о "корволантах" - оперативных, весьма мобильных соединениях (легких корпусах) для действия в тылу неприятеля. Их задачей было "чинить диверзию". Насчитывал такой корпус обычно 6-7 тысяч человек. Предусматривались совместные действия кавалерии, пехоты и легкой артиллерии.
А теперь ознакомимся с обязанностями некоторых должностных лиц. Начнем с генералиссимуса. Это звание перекочевало в петровский воинский устав из Франции, где король Карл IX присвоил его своему брату Генриху III. Генералиссимус, стоящий во главе русской армии, обо всех своих планах обязан был доносить государю и военному совету и действовать не прежде, чем получит их согласие. Впрочем, в экстрен-
ных случаях он мог ограничиться военным советом с последующим донесением государю. История России знает четырех генералиссимусов: А. Д. Меншикова, принца Антона Браун-швейского, А. В. Суворова и И. В. Сталина.
За генералиссимусом следовал генерал-фельдмаршал, он же аншеф. Командуя армией, аншеф имел весьма широкий круг обязанностей, среди которых не забыты и такие: проявлять храбрость, ибо это "страх неприятелю творит", а также заботу и попечительность, чтобы всякому в армии "возлюблен и страшен был".
Прежде чем вступать в бой, генерал-аншефу предписывалось произвести тщательную оценку театра военных действий, сил противника и собственных, а полкам сделать внушение, чтобы они в предстоящей баталии держались храбро. В то же время аншефу надлежало контролировать военные суды и, случись судьям ошибиться, отдавать под суд их самих. Главное же - "блюсти себя от лихоимства. И не только блюсти, но и других от этого жестоко унимать и довольствоваться определенным. Ибо многие интересы государственные через то зло потеряны бывают. Ибо такие командиры, которые великое лакомство имеют, не много лучше изменника считаются. <...> Того ради всякому командиру надлежит сие непрестанно в памяти иметь и от оного оберегаться".
Генерал кригс-комиссар заведовал армейской казной, вел учет всех запасов армии и берущихся с неприятеля контрибуций, чинил смотр войску и, блюдя интересы царя, следил, "чтобы никакой кражи, також негодных людей, лошадей, мундиру и ружья не было". Подчиненные ему комиссары во всех родах войск наблюдали, чтобы "армия везде бы снабжалась по табелю". Кригс-комиссар опрашивал при случае "всякого драгуна, солдата, все ли достают исправно, что им определено, и в свое ли время", и по жалобам учинял следствие, отыскивал виновных. Без жалости отдавался под суд в случае растраты и сам кригс-комиссар. Он же вел учет офицерских и унтер-офицерских вакансий.
Генерал-квартирмейстер: "Сей чин требует мудрого, разумного и искусного человека в географии и фортификации, понеже ему надлежит учреждать походы, лагеря и по случаю фортификации". От квартирмейстера требовалось знание артиллерии и умение ориентироваться на театре военных действий. Он постоянно пребывал при командующем и отмечал на карте все перемещения войск, попутно соображая, где кому и на каких квартирах стоять. Кроме того, "наперед, пока войско в поход еще не пошло, надлежит генералу-квартирмейстеру некоторые росписи изготовить", так как он определял порядок и маршрут армейских продвижений, следил за обустройством дорог и снабжением войск. Он же вел и журнал боевых действий, дабы "все походы и бывшие лагеря записывать".
Генерал-аудитор заведовал войсковой канцелярией. Ему рекомендовалось быть не только специалистом в своей области, но и человеком благой совести, дабы "при написании и исполнении приговора преступник оным отягчен не был". Выражаясь современным языком, он являлся председателем военного трибунала, хотя его роль не ограничивалась только карательными функциями.
Непростые обязанности лежали и на гене-рал-кригсцалмейстере. В петровской армии это то же, что начальник финансовой части в нынешней, иначе сказать, высшее административное лицо, распоряжающееся всеми расходами по содержанию армии. Ничего генерал-кригс-цалмейстер так не боялся, как задерживать жалованье и не иметь отчетные документы всегда готовые к проверке. От финансистов государь строжайше требовал не лихоимствовать, в рост деньги не отдавать и "никаким случаем через различные вымыслы в раздаче оного жалованья не корыстоваться".
Находим в "Уставе" также рассуждение о "вожжах" и стоящем над ними капитане. Дело в том, что при штабе командующего всегда находились проводники, набираемые из местного населения, которыми заведовал человек, знающий иностранные языки. Это и был капитан над "вожжами". Снабжали "вожжей" по солдатским нормам.
Каждой дивизии полагалось иметь доктора и штаб-лекаря; полк довольствовался услугами одного лекаря, рота - цирюльника. Доктора и лекари всех степеней обязаны были бесплатно лечить любого, независимо от чина, ибо за это они получали жалованье. Но с офицеров, которые наживали себе "французскую" болезнь или получали раны в драке, плату брали.
Полевая почта, к тому времени существовавшая, петровским "Уставом" была просто узаконена. Прежде всего, в ее обязанности входила доставка эстафет в армию и донесений "наверх", что являлось опять-таки элементом боевого управления. Учреждаясь обычно при далеко отстоящем от города войске, почта располагала нужным количеством лошадей и курьеров. В ее штате числились почтмейстер, два писаря и почтальоны.
Существовал еще один армейский институт - полевой трибунал во главе с генерал-гевальдигером, при котором состояли священник и палач. Отслеживали нарушителей устава фискалы, имевшиеся в каждом полку. Полковые фискалы обо всех посылали свои донесения дивизионному обер-фискалу, а тот, в свою очередь, - армейскому. Людям, занимавшимся этой работой, предписывалось быть "доброй совести перед Богом, дабы никого напрасно не оскорбить, а особливо беспорочно служащих". Ведя расследование, фискал не имел права влиять на ход дела. Если его донос подтверждался частично, в вину ему это не ставили, если же в слишком уж малой степени, то рассматривали, не было ли в данном случае у фискала какой-нибудь личной корысти. Из штрафных денег, изымавшихся по фискальной информации, четверть получал информатор, другая четверть делилась между всеми его коллегами, а половина шла в казну.
Вслед за делами фискальными идет параграф об обязанностях исполнителя приговора трибунала - профоса. Полковые профосы надзирали над арестантами и подчинялись генерал-профосу. Но это не все: профосам приходилось следить также за санитарным состоянием гарнизонов, в том числе и за чистотой отхожих мест.
Военная полиция того времени называлась "салвогвардия" - очевидно, от латинского слова "салво" (бережение, спасение).
В одной из глав "Устава" описывается порядок несения караульной службы. Так, командиру полка запрещалось покидать крепость без разрешения губернатора или коменданта. Ворота крепости открывали с побудкой сержант и четыре солдата под командой караульного офицера. Сержанты доносили обо всем случившемся за ночь. Вечером же по вручении пароля и после сигнального выстрела из пушки под бой барабанов маркитанты выпроваживали гостей, если таковые были, и проверяли караулы. Когда возникала необходимость открыть ворота ночью, это делали в присутствии дежурного майора. Часовому "Устав" грозил "лишением живота" за самовольную отлучку с поста. Если кому взбредет на ум проверить наличие свинца, пороха или запального фитиля в ружье часового, тот ружья не отдавай, а будут настаивать - стреляй.
"Воинский артикул" или, говоря современным языком, дисциплинарный устав надо понимать несколько шире, чем просто воинский. Царь заложил в нем основы уголовного права вообще. Прежде чем коснуться вопросов собственно правосудия, "Устав" возглашает: "Богу единому слава". Вопросам богослужебным уделялось большое внимание. При фельдмаршале или высшем генерале находился обер-полевой священник, управлявший полевыми священниками в войсках, дабы "со всякою ревностью и благочестием свое звание исполняли". "Устав" напоминал, что каждому христианину надлежит "не в лицемерном страхе Божием жить". Молитвенное правило исполнялось военными людьми три раза в день по сигналу барабанщиков. В воскресные дни и в большие праздники надлежало отправлять "вечерни и утрени и перед молитвой бить барабану". Иноверцам разрешали молиться по-своему. Если офицер без уважительной причины пропускал службу, с него удерживали полтинник в пользу госпиталя. Появление офицера на молитве пьяным грозило ему арестом у профоса, а если не исправится, то и разжалованием в рядовые. Рядового за подобный проступок сажали в железа. К священникам в армии относились с уважением, никто не смел с ними пререкаться, им же вменялось в обязанность вести трезвую и умеренную жизнь. В случаях не надлежащего исполнения священником своих обязанностей с него взимали штраф в размере рубля - опять же в пользу госпиталя. Банкеты и прочие суетные забавы во время службы запрещались.
Параграфы, посвященные дисциплинарным взысканиям, - суровы. Виновному в ограблении или избиении лица, имеющего охранную грамоту от царя, назначалась смертная казнь. Вообще артикулов, предписывающих последнюю, в "Уставе" немало. Никто да не дерзай "вооруженною или не вооруженною рукой" нападать не только на фельдмаршала или генерала, но даже и на офицера и сержанта, а буде кто решится на подобное - тому голову долой.
Обсуждать приказания начальников запрещалось, замеченному же в неспешном - по лености или глупости (только чтоб без злого умысла) - выполнении распоряжений вышестоящих грозило разжалование в рядовые.
Офицер, несущий караульную службу, не мог покинуть самовольно пост под "опасением лишения живота". А "кто уснет в лагере, поле или в крепости, будучи в карауле, или напьется так, что службу нести не может, должен быть расстрелян". За самовольные отлучки били розгами. Постоянно пьянствующий офицер увольнялся со службы. "Кто пьян напьется и в пьянстве своем что злого учинит, тогда тот не токмо чтоб в том извинение получил, но по вине вящею жестоко наказан имеет быть".
За "шалости" при раздаче денег, за подделку ведомостей и тому подобное ответственных по финансовой части лишали чина и ссылали на "принудительные работы". Зашедшему слишком далеко стяжателю грозила опять же смертная казнь.
Знамя части знаменосец мог передать другому только в случае тяжкого ранения и с разрешения офицера. Когда служивый перебегал к неприятелю, его имя в назидание прочим прибивали к виселице. При взятии города или крепости штурмом предписывалось под страхом смерти щадить женщин, детей, стариков, священников. Пленного, которому пощада уже была обещана, убивать воспрещалось, в противном случае виновный лишался чести или даже жизни.
"Вольные" сборища запрещались. Всякий бунт карался виселицей. А вот что сказано о драках: "Кто кого пырнет ножом, тому прибить руку гвоздем или ножом на час. Кто кого ударит по щеке, того профос перед ротой тоже ударит".
"Пасквилянтов" сурово наказывали, а сочинения их предавались публичному сожжению. Параграф "Устава" на этот счет, как и вообще по поводу всяких бранных слов, гласит следующее: "От позорных речей и б.-ких песен достойно и надобно всякому под наказанием удержаться". За "обычное" убийство отсекали голову, а вот за отравление колесовали. Тело человека, самочинно покончившего счеты с жизнью, бросали в "бесчестное" место.
Самыми тяжкими воинскими преступлениями при Петре Великом считались измена и шпионаж, каравшиеся, естественно, смертной казнью...
Вышеприведенными фрагментами мы здесь, пожалуй, и ограничимся, хорошо сознавая, насколько легко коснулись этой поистине необъятной темы - "Воинские уставы в России: история и современность", до сих пор представляющей собой практически нехоженное поле для исследователя.

Загрузка...

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.
Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить
Введите комментарий
В. Дукельский:
"Ходили мы походами..."
Из записок начальника разведки 10-й оперативной эскадры Тихоокеанского флота СССР
01.02.2004
Все статьи автора
"общество"
К истории церкви Иоанна Воина
Легенды и были в жизни храма..
11.08.2016
Ангельский прием
Патриарх принял гостей в трапезных палатах
03.03.2008
Педагогические секты
Деятельность деструктивных групп в Новосибирске
08.02.2006
Все статьи темы
Последние комментарии
Читаем новости и делаем выводы…
Новый комментарий от диакон
06.04.2019
«Русской народной линии» 10 лет!
Новый комментарий от Русский Сталинист
06.04.2019
«Надеемся на милость Божию»
Новый комментарий от диакон
06.04.2019
Храмы не могут стать источниками распространения инфекции
Новый комментарий от Серёга Чудиса
06.04.2019
Мой друг Сергей Юкин
Новый комментарий от Григорий Иванович
06.04.2019
Маловерие
Новый комментарий от _Ольга_
06.04.2019