Белые ночи в самом умышленном городе и сами-то нереальны, фантасмагоричны, и название повести, апеллируя именно к этой стороне действительности, подчёркивает сущность феномена.
Разве можно жить внутри действительности, в прочном гнезде обстоятельств, оплетающих нас?
Можно жить только в мечтаниях: так появляется Мечтатель, творящий свою реальность: несколько рассеянную, но сладкую, сладкую…
Город опустеет – будто сразу поднимется, и уедет на дачу; и Настенька, столь необходимая Мечтателю родственная душа, пришпиленная к бабушке, не сможет всерьёз вторгнуться в жизнь духовного брата: как позже вторгнулся в потустороннюю, ирреальную Смешной человек, заразив обитателей неизвестных пространств чем-то ядовито-человеческим.
Ах, всё путается, белые ночи провоцируют на подобное схождение не соединимого.
…А. Дружинин поставил «Белые ночи» выше Голядкина: история двойников слишком выморочной казалась; С. Дудышкин отнёс повесть к лучшим произведениям 1848 года; Висконти, предлагая свой киновариант прочтения, вряд ли ориентировался на что-то, кроме собственных ощущений; как и европейские звёзды, разыгрывавшие такую старую русскую драму.
Такую вечную.
Эскапизм – характеристика личности, но не следствие времён, хотя и меняется исторический антураж, эскапизм остаётся пищей многих, и вряд ли стоит утверждать, что в мечтаниях проще жить, нежели в действительности.
История Настеньки, её слепой бабушки, нелепой пришпиленности к бабушкиной юбке…
Потом появляется постоялец.
Чувства мешаются.
Человек может пропасть также внезапно, как появился, оставив после себя улыбку печали, как чеширский кот.
Настенька решает ответить на чувства Мечтателя.
Ничего не получится, конечно.
…не обольщайтесь, читающие, у вас тоже не получится ничего, ибо силы, распоряжающиеся вашими жизни, сокрыты и сильны, и планы их не узнать никогда…
