…а нос у него был картошкой, а не пуговкой, а лицо… такое своё, народное…
Михаилу Пуговкину выпала не столь уж частая честь быть народным любимцем: любая роль делала его известнее и известнее, хотя, казалось бы, некуда уж…
Он обладал редким даром веселить сердца и души, представляя типажи столь же забавные, сколь и связанные именно с народным мировосприятием жизни: будь неунывающий Яшка из «Свадьбы в Малиновке», или представитель вроде бы элитарной профессии – режиссёр Якин – из неувядающего Ивана Васильича…
Пуговкин и был – из народа, из села, из крестьян; он участвовал в войне, прошёл её бездну, не утратив очевидной весёлости, органично соединённой с комичностью дара.
В селе он закончил только три класса – больше учиться возможности не было; но с пяти лет так задорно плясал и пел частушки, что сельчане прочили ему карьеру актёра уверенно, и… доброжелательно.
Дар его щедр: всем должно быть хорошо и весело: словно флюиды, исходящие от образа Пуговкина, обещают именно это…
Не унывать!
Этакий Ванька-Встанька: только отшлифованный великолепным мастерством: когда усилий актёрской игры не видно: всё органично растворяется в представленном образе.
На фронт он ушёл добровольцем, был тяжело ранен, мог лишиться ноги: однако, судьба, гораздая на каверзы, всё же не дерзнула ломать актёрскую карьеру.
Пуговкин дебютировал в кино перед войной – в 1940 году, в картине «Дело Артамоновых»: роль крошечная – купца, стремящегося всех переплясать; она крошечная, но – от неё словно разлетаются брызги весёлости…
…отец Фёдор, возжаждавший богатства, несущийся по стране за стульями, в которых ничего нет: забавный и по-своему трагичный, великолепно сделанный, и сколько оттенков комического предлагает Пуговкин!
Он играет в Театре драмы, одновременно учится, постепенно – шире и шире раскрывается мир кино…
Фильмография обширна: здесь и сказки, и комедии, и драматические фильмы; главной остаётся комедия – искромётный Пуговкин, чьи голосовые модуляции не спутать ни с чьими, чей образ выкруглен народной тайной, остаётся вариантом прекрасного народного архетипа: лукавого и неутомимого, бескрайнего в своей любви к жизни…
И также – бескрайне – радующего зрителя бесконечных поколений.
