(По страницам «Воспоминаний» товарища обер-прокурора Св. Синода, князя Н. Д. Жевахова)
I.
Летом 2000 года на Поместном архиерейском соборе Русской Православной Церкви произошло событие давно чаемое, более чем жданное, но до сих пор, к сожалению, в достаточной мере не осознанное русским обществом. Я говорю о канонизации Царской Семьи в сонме Новомученников Российских.
Нередко приходится слышать, что это было шагом политическим, и, мягко говоря, навеянным злобой дня. Говорят это, как правило, люди, считающие, что святых прославляет Церковь, а точнее - церковная иерархия. Однако, это в корне не так - святых прославляет Сам Господь (чудесами, знамениями), иерархия же зачастую медлит и осторожничает (как, например, было с прославлением Серафима Саровского, которого Церковь прославила только благодаря настоянию Николая II. Кстати, ещё при жизни сам Серафим пророчествовал: «Царь, который меня прославит - того и я прославлю»).
Вот и в случае с канонизацией Царственных Страстотерпцев позиция нашей церковной иерархии была более чем осторожной - многие иерархи явно или тайно высказывались против, им вторили популярные профессора богословия и прославленные церковные риторы. Пресса хихикала, обыватели недоумевали. Левая оппозиция грозилась вынести Церкви импичмент, а заодно и выразить вотум недоверия - в случае канонизации. И всё же прославление состоялось. Просто потому, что уже нельзя было воспрепятствовать стихийному поклонению верующих Царственным Мученикам. Также как нельзя было уже и замалчивать чудеса, творимые по молитвам к ним. Таким образом, произошло то, что обычно происходит в таких случаях - было закреплено «де юре» то, что уже давно существовало «де факто».
Однако остаётся один до сих пор мало изученный и роковой для сознания русского общества (воспитанного атеизмом и советской историографией) вопрос, вопрос всё ещё «бросающий тень» на лики Царственных Страстотерпцев, вопрос, неразрешимость которого, в своё время повлияла уже на подрыв авторитета царствующего дома, вплоть до уничтожения порядка престолонаследия и осуществления самых зловещих связанных с этим пророчеств - вопрос о фигуре Распутина придворе Их Императорских Величеств Государя Николая Александровича и Государыни Александры Фёдоровны.
Соблазнительность этой фигуры, сработанной «агентами интернационала», прошедшей все школьные и вузовские учебники, прошедшей недавно даже культ американизации и утилитаризации - идеологическая соблазнительность её сегодня также велика и очевидна, как и в 1916 году. Неудивительно по сему, что наиболее трезвой и здравомыслящей частью русского общества вопрос этот и по сей день обходится молчанием - слишком велик соблазн неясного.
Поэтому-то и небезынтересно будет рассмотреть механизмы создания «фигуры» самого Распутина, а также великой смуты и соблазна, связанных с его именем, отмеченные ещё его прозорливыми современниками. Небезынтересно будет также задаться вопросом - как мог христолюбивый и верноподданный русский народ настолько соблазниться этой фигурой и слухами, раздуваемыми вокруг неё, что этого оказалось достаточно для утраты веры в боговодимость царской власти и для молчаливого предания помазанника Божия и всей Царской Семьи на растерзание «интернационалу»?
II.
«Буду я, будет и Царь и Россия; а как меня не будет,
не станет тогда ни Царя, ни России».
Г. Распутин
«Появлению Распутина в Петербурге предшествовала...громкая слава. Его считали если не святым, то, во всяком случае, великим подвижником» - пишет кн. Н. Д. Жевахов (здесь и далее цитирую по книге «Царский Архив. Товарищ обер-прокурора Св. Синода князь Н. Д. Жевахов. Воспоминания», М., 1993 г.). И далее: «кто создал ему такую славу и вывез из Сибири я не знаю...»
Однако приём, устроенный Григорию Ефимовичу в столице не был чересчур неожиданным. И до него появлялись «косноязычные Мити» и другие «юродивые», на которых с такой же горячечной умилённостью набрасывалась экзальтированная, большую часть времени скучающая столичная публика. Но что важно - слава их, да и сами фигуры исчезали, как роса поутру, а вот имя Григория Распутина «не мытьём, так катаньем» удерживалось на слуху не год и не два... И роковую роль в этом сыграла близость «сибирского старца» к Царской Семье. Но неужели же и Государь с Государыней, люди глубоко и искренно верующие и этим разительно отличавшиеся от всё более и более становившегося настоящей тьмой окружавшего их «высшего света» - неужели и они были привлечены к Распутину тем же любопытством, которое не делало разницы между заезжим спиритом, знаменитым тенором или отважным воздухоплавателем?
Разумеется, нет. («Разумеется» потому, что сегодня восстановить духовный облик последнего русского Императора и его Семьи, благодаря доступным архивным документам, достаточно не сложно. Так, например, Блок, которого уж никак нельзя заподозрить в монархизме и симпатии к Романовым, привлечённый к участию в комиссии Временного правительства «по расследованию преступлений царизма», по мере того как начинает знакомиться с документальными фактами жизни Царской четы, пишет о них в своих дневниках со всё более возрастающим уважением. Достаточно оказалось снять традиционные «либерал-демократические» интеллигентские очки.)
Так вот, реальных причин приближения Распутина было две: первая, традиционная для определённой части русской интеллигенции (!) со времён славянофильства (а именно в таковом духе был воспитан своим отцом, Александром III - Николай II) уверенность в том, что правда - в народе. Для Государя Григорий Распутин был как бы выражением народного духа (тех 7/8-х крестьянского населения России, которые этот дух и определяли). Причём (как опять-таки явствует из документов) Распутин был не самым дурным выражением этого духа - во всяком случае его личную преданность Государю, истую набожность, бескорыстность (например, сбор огромной суммы на строительство храма в родном селе) и прочая поставить под сомнение трудно.
Вторая причина приближения Распутина более известна и существенна - это то влияние, которое оказывала молитва «старца» на Цесаревича во время обострений его неизлечимой болезни. Действительно, совершенно необъяснимо для материалистического сознания то, как он помогал больному ребёнку, когда официальная медицина только разводила руками. Но то, что это было именно так - факт.
Тем не менее, пока неясна была близость Григория Распутина к Царской чете, имя его не вызывало никаких кривотолков и упоминалось в прессе весьма благожелательно. Однако, всё изменилось, когда стало очевидным, что Распутин не очередной «митя», что он стал (и надолго) «другом» в Зимнем дворце...
ХХ век, газеты, общественное мнение и... - вот где, пожалуй, впервые применимо к России можно употребить понятие «четвёртая власть» (тогда, вернее, набиравшая, наряду со «второй», силу «третья»). Именно эта закулисная (по выражению И. Ильина) «власть» с гораздо большим вниманием с самого начала отнеслась к фигуре Распутина, чем ко всем его предшественникам вместе взятым. Ни «мужицкой хитростью», ни тем более «святостью» (это при жизни-то ещё святого праведного Иоанна Кронштадского!), ни даже странной чудодейственной силой Распутина нельзя объяснить того внимания прессы, которое она ему уделяла уже с самого момента его появления в столице. Странной также кажется и та быстрота, с которой распахивались перед сибирским мужиком двери столичных салонов, открывая немыслимые до того сферы влияния. Тут своей природной «оборотистости» маловато, тут необходимо то, что в современном шоу-бизнесе называется «раскруткой». И такой «раскруткой» Распутина занимались - но кто?
В силу своих служебных и нравственных обязательств (в том числе перед Государем) пристально следивший за перипетиями распутинского пути кн. Н. Д. Жевахов, видимо, не без оснований указывает на «агентов интернационала, имевших, в лице окружавших Распутина еврейчиков, бойких сотрудников...» С той лишь разницей, что здесь «бойкие сотрудники» занимались не выуживанием сиюминутных денег, а реализовывали гораздо более «крупные» и зловещие проекты.
Единственное, что никакой, даже самой шумной «раскруткой» (как уже говорилось выше) не может быть объяснено, это то, что Григорий Распутин прочно и надолго оказался включённым в сферу духовных и семейных интересов Государя и Государыни. Напротив, именно отчётливое понимание «задуманности» происходящего и не позволило Николаю Александровичу пойти на поводу у «еврейской прессы и думского интернационала» и устранить «старца» из своей жизни, когда позже хлынул мутный поток «разоблачений» Распутина.
Поэтому есть все основания доверять выводам кн. Н. Д. Жевахова о механизмах использования Распутина: когда сам человек отказывается быть послушным орудием в руках «интернационала» (а верноподданность Григория Ефимовича, повторюсь, вне сомнения), таким безотказным орудием оказывается его имя, звук этого имени. И имя Распутина пошло гулять по Руси...
III.
Тут даже особо напрягать свои поднатаревшие в злоумышлениях и клевете газетные головы «бойким сотрудникам» не пришлось - сама судьба, казалось, вручала им контрольный пакет лжи и очернения в развязанной кампании. Ещё бы, вдумайтесь, имя-то какое у «сибирского старца» - Распутин, мгновенно переделанное для простонародья в Распутный. Газеты, брошюрки, думская трибуна - всё, в конце концов, становится средством для тиражирования «образа».
В последнее десятилетие ХХ века мы настолько хорошо были ознакомлены теми же в сущности «деятелями» с так называемым чёрным пиаром и его возможностями, что, я думаю, нет необходимости перечислять весь арсенал средств и методов, использованный при создании «фигуры» Распутина (и до сих пор, кстати, используемый, потому что карта «распутинщины» время от времени вновь используется при раскладке политического пасьянса).Достаточно, как мне кажется, указать на то, что тогда впервые в России был использован откровенно пиаровский метод «заведения дела» (о принадлежности к секте хлыстов), которое за бездоказательностью не поимело даже дальнейшего хода, зато дало повод для тиражирования слухов о «ночных радениях» и «свальном грехе», и всё это «рядом» с Зимним дворцом, всё это с молчаливым киванием головой на портрет Государя. А потом и с откровенными обвинениями. Какие, конечно же, стали возможны уже только после февраля 1917 года, после заключения под стражу Царской Семьи ...
Расследования, заводимые каждой из сменявших друг друга революционных властей (сначала Временным правительством, затем большевиками) точно также не приносили «жаждавшим обличений» никаких результатов и под шумок прикрывались (ведь для того, чтобы открыто объявить о том, что, к примеру, чаще других «обвинявшаяся» в близости к Распутину и «распутстве» с ним фрейлина Государыни Анна Вырубова в результате «медицинского освидетельствования» оказалась девственницей (!) - требовалось мужество отнюдь не революционное).
В общем, дело было сделано. Процесс физического убийства Распутина, а точнее долгого и мучительного, с каким-то мистическим ужасом, убивания (сначала подсыпали яда, затем расстреляли из пистолета, после этого били тяжёлой гирей по голове - ещё был жив - под конец связали руки и утопили в проруби), сравним только - символически и страшно - с тем, как на протяжении всего «распутинского» десятилетия убивалась в народе вера в Царя, в богоустановленность царской власти вообще, вера в святое святых Русской государственности. Ведь вдуматься только, какой путь должно пройти было сознание русского мужика (про другие сословия я и не говорю) от Царя-батюшки и Царицы-матушки начала века до «николашки» и «сашки» накануне русской смуты! Путь, который нельзя «пройти» - его можно только пролететь очертя голову (а в каком-то радостном упоении этим, вспомним Достоевского, одна из гибельнейших и в тоже время характернейших склонностей природы человека - особенно русского человека). И здесь мы опять же на своём недавнем опыте можем убедиться в правоте писателя: путь от «в СССР секса нет» до постельных подробностей и обнажённого мяса - во весь экран и на всю страну - оказался не более извилист и столь же стремителен и сокрушителен.
Однако вовсе не это пророческое наблюдение гения поражает до глубины души в свете всего уже сказанного, а другое - дарованное нам в одном из эпизодов «Братьев Карамазовых». Помните, смерть старца Зосимы и «запах тления» от просто-таки обязанного, по общему мнению, быть нетленным подвижника. Давно подмечено, что скандал был вообще атмосферой всех романов Достоевского, но здесь уже отнюдь не «скандал в благородном семействе» - здесь скандал, можно сказать, бытийственный, потому что затрагивает бытийственные основы русского человека: веру в святых его старцев. За утратой этой веры сразу же и следовало - «очертя голову».
Так вот, самое интересное то, что за физическим «тлетворным духом» Алёше Карамазову явственно открывается нравственный «дух тления», исходивший от невидимых ранее его глазу сторон монастырской жизни. И это в неменьшей степени сокрушает его чистое сердце, чем обида на небо за непрославление «его старца» тотчас же.
Не вдаваясь в чересчур прямые уподобления и излишне буквальное следование избранной метафоре, скажем только, что созданный пиар-технологами начала века виртуальный «дух распутинщины» как нельзя нагляднее и лучше иллюстрировал и объяснял причины реально ощущаемого всеми «духа тления», носившегося над Российской империей, и был умело использован для разрушение святая святых Русской государственности - образа Православного Царя, помазанника Божия, хранителя веры и устоев. За этим уже неотменимо следовало - «очертя голову».
«Де юре» это «очертя голову» закончилось с прославлением Русской Православной Церковью Государя и его Семьи в сонме Новомученников Российских, «де факто» оно продолжается до сих пор, потому что в русском обществе целостного покаяния за случившееся нет (Да и не может быть, потому что в нём самом нет ни единства, ни целостности. Поэтому-то, кстати говоря, и нет - но это уже тема отдельного разговора).
Тем не менее, потратив немало времени на уяснение вопроса о «виртуальном Распутине», в конце этой статьи я хотел бы рассказать о том, как закончил свой земной путь реальный Григорий Ефимович Распутин, этот сибирский крестьянин, пророчески связывавший свою гибель с гибелью Царя и самой Российской империи. (Через несколько месяцев после убийства Распутина Царь был лишён царства, через год - жизни. О гибели Российской империи спорят до сих пор - погибла ли она тогда бесповоротно или трансформировалась? Однако бесспорно то, что катастрофа не замедлила случиться.)
Как видно из материалов уголовного дела, Распутин был брошен в прорубь ещё живым. Когда начались его поиски и была найдена возле проруби его галоша, водолазы обследовали прорубь и нашли тело самого Распутина. «Руки и ноги были запутаны верёвкой; правую руку он высвободил, чтобы перекреститься уже в воде, пальцы были сложены для молитвы...»
Впервые опубликовано в газете «Завтра»
1. Люся