Когда идешь по ночной Москве и видишь кругом огни киосков, вряд ли находишь душевный покой. Но ты идешь по шумной улице, и вдруг у дальнего светофора замирает рев автомобилей, и слышишь из разоренного дома безпечного сверчка.
Мама моя родная! Что мы потеряли?! Чувство? Достоинство? Привычный порядок?
Мы не потеряли ничего, если сверчок выпевает свои сверчковые требования прямо в ночную улицу Москвы 1994 года!
Дмитрий Дмитриевич Васильев обосновался на Садовом кольце и повесил Крест Православный над входом в свой подъезд.
Честь и хвала живущим со Крестом!
Другой патриот - генерал Александр Николаевич Стерлигов объявил Собор... Что с него спрашивать?! Он Духа Святаго дерзает стяжать по Евангельскому обетованию.
Еще один генерал - державник Александр Владимiрович Руцкой, оставаясь законным исполняющим обязанности президента РФ, обнадеживает сограждан навести законность вопреки катастрофическим маневрам законно низвергнутого Советами из должности Ельцина.
Борис Ельцин, тот поглядывает с телеэкрана...
А в жаркой ночной Москве в прорывах тишины поет сверчок.
Сейчас, как это и полагается в смутное время, многие мои друзья, знакомые и единомышленники-патриоты стали крепко пить отечественную и заграничную водку, и я ничуть не отстаю от них, несмотря на некоторую слабость в здоровье. И частенько случается провожать засидевшихся собутыльников в ночную Москву, а потом возвращаться домой с подвыпившей своей подругой. И остановившись, случается послушать в эти жаркие дни песни мужественного сверчка.
Среди нас царит дух разделения и утраты реального восприятия, мы погружены в злободневные мифы, будто в пары алкоголя. С похмелья бывает страшно, и самое сильное чувство страха вызывают попытки на чем-либо сосредоточиться, соединить свой ум, волю и происходящее вокруг.
Но в краткий ночной миг, когда бравый хмель уже отлетел, а тягота выпитого еще не пришла, наступает блаженный момент поразительной ясности сознания.
И даже в это краткое мгновение тебя успевает посетить надежда на спасение, воспоминание о которой позволяет жить дальше, никого особенно из своих соотечественников не виня в происходящих бедах на Русской Земле.
1 Июля 1994 года
Из сборника "Слушая сверчка"
Мама моя родная! Что мы потеряли?! Чувство? Достоинство? Привычный порядок?
Мы не потеряли ничего, если сверчок выпевает свои сверчковые требования прямо в ночную улицу Москвы 1994 года!
Дмитрий Дмитриевич Васильев обосновался на Садовом кольце и повесил Крест Православный над входом в свой подъезд.
Честь и хвала живущим со Крестом!
Другой патриот - генерал Александр Николаевич Стерлигов объявил Собор... Что с него спрашивать?! Он Духа Святаго дерзает стяжать по Евангельскому обетованию.
Еще один генерал - державник Александр Владимiрович Руцкой, оставаясь законным исполняющим обязанности президента РФ, обнадеживает сограждан навести законность вопреки катастрофическим маневрам законно низвергнутого Советами из должности Ельцина.
Борис Ельцин, тот поглядывает с телеэкрана...
А в жаркой ночной Москве в прорывах тишины поет сверчок.
Сейчас, как это и полагается в смутное время, многие мои друзья, знакомые и единомышленники-патриоты стали крепко пить отечественную и заграничную водку, и я ничуть не отстаю от них, несмотря на некоторую слабость в здоровье. И частенько случается провожать засидевшихся собутыльников в ночную Москву, а потом возвращаться домой с подвыпившей своей подругой. И остановившись, случается послушать в эти жаркие дни песни мужественного сверчка.
Среди нас царит дух разделения и утраты реального восприятия, мы погружены в злободневные мифы, будто в пары алкоголя. С похмелья бывает страшно, и самое сильное чувство страха вызывают попытки на чем-либо сосредоточиться, соединить свой ум, волю и происходящее вокруг.
Но в краткий ночной миг, когда бравый хмель уже отлетел, а тягота выпитого еще не пришла, наступает блаженный момент поразительной ясности сознания.
И даже в это краткое мгновение тебя успевает посетить надежда на спасение, воспоминание о которой позволяет жить дальше, никого особенно из своих соотечественников не виня в происходящих бедах на Русской Земле.
1 Июля 1994 года
Из сборника "Слушая сверчка"
