Существует целый рой спецьялистов по литературе, которым всё равно – от кого получать деньги. Брали у Сорроса, принимали-с у Чубайса, теперь вот получают за патриотизьм. Как правило это бесцеремонные отпрыски поздних советских партейных цензоров, ну и известно кого. Они мастера наводить тень на плетень и мутить воду. Чтобы потом в мутной водице руками порыться. Дескать, а любил ли Россию Блок? Или – сколько бутылок в день выпивал Есенин?
А ещё они мастера писать монографии в серии ЖЗЛ. Ну и писали бы себе о Трифонове. Ну Ефремове. А лучше о Стругацких (тут, как говорится, сразу двух зайцев, и с двойным гонораром).
Нет, им подавай «почвенников». А это уже заявка на идеологию.
Не помню кто из них оприходовал Шукшина, но посыл тот же: а веровал ли Василий Макарович, и если да – то как? Может были у него староообрядческие (лучше, конечно, пятидесятнические) корни, чи что?
...Держу в руках №1 за 2025 год замечательного литературного журнала «Бийский вестник», который уже много тощих для русской литературы лет ведёт вопреки моде и погоде Виктор Буланичев.
Листаю содержание, и вдруг – перечитываю несколько раз: «Неизвестное письмо Шукшина». Как? Вроде всё собрано, издано?
Понятно, что именно с него (пробежав предысторию) начинаю журнал, и, Господи! В первых же строках, первых буквах – вот, оно, родное, долгожданное:
«Милая Ренита! Родной ты мой человек. Знаю, как долго ждала ты от меня этого слова. Верую! Верую, милая, как мать в детстве учила в отца и сына и святого духа! (орфография В.М. Шукшина)»
И дальше – о себе, об их дружбе.
Письмо личное, адресовано близкому другу Рените Григорьевой (хранилось в семье Григорьевых и публикуется с разрешения супруга).
Но сколь драгоценная находка!
Просто яичко к Христову Дню!
Унылые пасечники мёртвых литературных ульев, конечно, затянут, дескать, дело настроения, в приходских книгах не означено.
Плевать!
Сам Василий Макарович своему близкому другу просто и ясно отвечает на этот главный вопрос.
...Есть в письме ещё один интересный широкому читателю фрагмент:
«Помаленьку начал про Димитрия записывать. Трофимыча (Сизов, Мосфильм) бог не зря послал – но и с Андрюхой тоже ведь как-то расплеваться надо – хватит ему Рублёва!».
Если кто не знает: Шукшин с Тарковским однокурсники, и соперники. Поначалу шли ноздря в ноздрю: 1962 год – Тарковский получает «Золотого льва» на Венецианском кинофестивале; 1964 год – Шукшин там же получает «Льва святого Марка». В 1966 Тарковский снимает «Андрея Рублёва», и, как мы, видим Шукшин уже думает, как бы ему ответить.
Понятно, разная стилистика, разное понимание кино, разное происхождение, наконец. Но мне почему-то очень симпатично это соперничество двух русских гениев.
И если Андрей Арсеньевич о Боге говорил постоянно – в кино, в письмах, в интервью, в дневниках, то приведённое выше – простое и радостное – признание скупого на слова и жесты Шукшина ещё более драгоценно!
С чем я всех нас и поздравляю, дорогие мои!
Как и с Грядущей и Неотменимой Пасхой Христовой!
Аминь.