Фото: Агентство «Москва»
Взаимоотношения науки и религии нередко считают конфликтными. Один популярный ныне телеведущий, например, объясняет свой атеизм тем, что он по образованию биолог. А разве может, по его мнению, поверить в Бога тот, кто знает, как устроены живые организмы? Однако именно научные знания убеждали многих верующих учёных в существовании Творца. Возможно, дело в дозах. «Только лёгкие глотки научного знания отдаляют человека от религии и Бога, а более глубокие снова возвращают его к ним», — считал великий математик и физик Готфрид Лейбниц. И многие современные учёные вполне гармонично совмещают веру и научную деятельность. А есть и такие, кто принимает духовный сан. Расскажем лишь о некоторых из них.
Митрополит Константин — кандидат медицинских наук
В 1981 году 30-летний врач Олег Горянов защитил кандидатскую диссертацию в Смоленском мединституте и получил престижную должность старшего преподавателя. Коллеги не сомневались, что у него большое будущее в науке.
Но, не проработав и года, он вдруг уволился, переехал, устроился разнорабочим на железную дорогу, а потом на лесоповал, на должность сучкоруба. Что же произошло с молодым учёным?
Спустя много лет митрополит Константин рассказывал, что в нём шла борьба. С одной стороны, удачно складывалась карьера. С другой — росло желание служить в Церкви. Он с юности изучал Священное Писание и религиозно-философскую литературу; некоторые тексты, перепечатанные на машинке, ему давали почитать на одну ночь. Из-за этой двойной жизни в душе нарастал конфликт. Успех при защите диссертации стал последней каплей: кандидат наук решил поступить в Духовную семинарию.
Сделать это в советское время было не просто. Знающие люди объясняли, что семинаристом может стать лишь человек с невысоким социальным статусом. Если поехать в Загорск прямо из мединститута, то власти могут расценить это как проявление психического недуга и упечь в больницу. Поэтому Горянов начал с нуля: отправился в глубинку, рубил лес, а потом устроился ночным охранником в гродненский Жировичский монастырь. И уже оттуда по благословению белорусского митрополита Филарета (Вахромеева) прибыл в Московскую духовную семинарию.
Через три года, уже учась в Духовной академии, Олег Горянов принял монашество с именем Константин. Сегодня владыка возглавляет Карельскую митрополию и Синодальную богослужебную комиссию. Он автор многих публикаций и нескольких богословских трудов. На вопрос об отношениях медицины и православной веры отвечает: «Нельзя считать, что медицина — исключительно материалистическая наука. Материя очевидна, но в человеке есть ещё и душа».
Архимандрит Филипп работает в Счётной палате
Мы встречались с отцом Филиппом (Симоновым) в его рабочем кабинете. Впрочем, здесь его чаще называют Вениамин Владимирович. И одет он вовсе не по-монашески, а в строгий костюм с галстуком. Ведь это Счётная палата РФ, где он трудится уже много лет, а сейчас — директор одного из департаментов.
Правда, и ряса всегда наготове. На наших глазах отец Филипп продемонстрировал, как ловко он переоблачается, если кому-то понадобится исповедаться — такое тоже случалось.
Это один из самых удивительных вариантов истории учёного, ставшего священником. Не было резкого перехода из одной сферы жизни в другую. Не было внезапного озарения и пересмотра жизненных ценностей. Всё органично и логично с самого детства — как будто две судьбы развивались параллельно, переплетаясь и сливаясь в одну яркую жизнь.
Он ещё ребёнком ходил с бабушкой в храм иконы «Нечаянная Радость» в Марьиной роще, а уже в школе решил стать монахом. Родители не запрещали, но уговорили сначала поступить в университет. Как и школу, он окончил МГУ с отличием. Затем кандидатская, докторская. Всё давалось легко и, главное, не мешало его церковной жизни. Он принял монашеский постриг, стал служить в храме. По благословению духовника, а затем и Патриарха совмещал монашество с научной и чиновничьей карьерой. Трудился в Министерстве внешних экономических связей, на руководящих постах Межбанковской валютной биржи, крупного банка, наконец, в Счётной палате. При этом — ещё и преподавательская работа в МГУ.
Его книги становятся событием как для богословов, так и для экономистов. А о своём необычном совместительстве отец Филипп сказал нам так:
— Даже апостол Павел большей частью жил своим трудом, делая палатки. У каждого свои «палатки».
Физик-теоретик Кирилл Копейкин — протоиерей и настоятель храма
Он с детства проявлял способности к точным наукам, окончил физико-математическую школу, поступил в Ленинградский университет и занялся квантовой физикой. Позже священника Кирилла спрашивали, что навело его на мысль о священстве — может, парадоксы квантовой теории? Нет, к служению в Церкви он пришёл после эмоционального потрясения: рано умер его отец.
— Тогда я понял, что единственное, ради чего стоит жить, — это то, что останется с нами за пределами материального мира, — рассказывал он. — А значит, надо стать священником.
После окончания семинарии и рукоположения отец Кирилл не оставил занятий наукой, но перевёл их в иную плоскость. Он стремится синтезировать теоретическую физику и богословское знание. Самая известная его книга называется «Что есть реальность? Размышляя над произведениями Эрвина Шрёдингера». Протоиерей Кирилл возглавляет центр междисциплинарных исследований в Санкт-Петербургском университете и одновременно преподаёт в Духовной академии.
В конце 1990-х с ним произошёл характерный случай. Отца Кирилла пригласили в родной университет прочесть лекцию. В своём выступлении он цитировал Библию: в первый день Бог создал свет, в четвёртый — Солнце… Студенты начали спорить: Солнце возникло из туманности, гравитационного сжатия! «Знаю, — согласился батюшка. — Но если чуть изменить константу слабых взаимодействий, Солнца не получится. А откуда взялась эта константа?» Слушатели в недоумении развели руками. «Так вот, когда я говорю, что Господь создал Солнце, я под этим подразумеваю: Бог определил константу слабых взаимодействий. Но в библейские времена такой формулировки просто никто бы не понял».
Монахиня Анувия (Виноградова) известна во всём мире как востоковед
Очень многие её и сейчас знают как Наталию Михайловну Виноградову, ведь она остаётся действующим сотрудником Российской академии наук, учёным с мировым именем. Её монографии по археологии и востоковедению по-прежнему на слуху и широко цитируются.
Но сама Наталия Михайловна давно привыкла к другой жизни, к другим своим именам — с тех пор как в 2002 году стала казначеей Иоанно-Предтеченского монастыря в центре Москвы и была пострижена в инокини как Николая, а в 2010 году приняла монашеский постриг с именем Анувия.
Вот уже много лет она совмещает монашество и науку. Но если раньше много ездила в научные экспедиции и выступала на международных симпозиумах, то теперь её основное послушание — в монастыре. Это прежде всего организация строительно-реставрационных работ в возрождающейся обители, за что казначея Анувия удостоена и церковных, и светских наград. А её научный багаж ничуть не устарел и не потерял актуальности.
— Мой духовник не требовал, чтобы я оставила науку, — говорит матушка. — Материала для исследований хватает. Но то горение к археологии, которое было раньше, во многом угасло. Сейчас для меня смысл жизни — в монашестве. Научная деятельность продолжается и в монастыре, только в другом русле. У меня было заветное желание: организовать богословские курсы для сестёр, и мечта исполнилась.
По её словам, самые важные события в жизни происходят по воле свыше и по молитвам. Именно так, увлёкшись однажды идеей восстановления монастыря, она неожиданно для себя стала монахиней. Именно так находятся в самый нужный момент средства для реставрации обители. Их приносят иногда незнакомые люди. И это давно уже не удивляет.
Специалист по физике плазмы служит в Знаменской церкви
Книга подмосковного священника «Христианство и наука о происхождении и эволюции Вселенной» разошлась быстро и стала редкостью. Её автор — протоиерей Михаил Захаров — ещё и кандидат физико-математических наук. Он предложил богословскую трактовку нынешних научных представлений о происхождении Вселенной и убедительно показал, что современная наука не только не противоречит христианскому вероучению, а, наоборот, всё более и более соответствует ему.
Собственно, доказательством тому служит и сама жизнь отца Михаила. Он окончил Московский физико-технический институт, занимался физикой плазмы, защитил диссертацию и при этом воцерковлялся.
— Мой путь к вере и к священству был очень логичным, — сказал нам священник. — Чем больше я углублялся в науку, чем больше размышлял, тем крепче становилась вера. Вот и принял крещение после аспирантуры. Стал погружаться в церковную жизнь, был рукоположен в священный сан.
Однако и наука не ушла из жизни отца Михаила. На различных конференциях он сделал немало докладов на церковно-научные темы. И в повседневном пастырском служении, по его словам, научный багаж полезен — в проповедях, в общении с паствой. А в Знаменском храме подмосковного Красногорска, где служит отец Михаил, среди прихожан есть и его коллеги по научной работе.
Из Института биофизики Александр Борисов пошёл учиться в духовную семинарию
В октябре этого года протоиерею Александру Борисову исполнится 80 лет. Почти 30 лет он служит в центре Москвы настоятелем храма Святых Космы и Дамиана в Шубине. А до этого были учёба на биолого-химическом факультете Московского педагогического института, работа в лаборатории радиационной генетики Института биофизики Академии наук СССР, защита диссертации по генетике, степень кандидата биологических наук. И параллельно — принятие крещения, посещение богослужений, молитвы, духовное чтение.
Несколько лет научные занятия и вера были для него вполне совместимы. А потом…
— В 1972 году у меня возникло чувство, что я живу слишком благополучно, — рассказывал отец Александр. — Кандидат наук, работаю в академическом институте, готовлюсь к защите докторской. «Наука без меня не пропадёт, — рассудил я, — а вот Церковь — это именно та часть нашей жизни, от которой зависит всё остальное». В итоге решил стать священнослужителем.
Его приняли сразу в 4-й класс духовной семинарии. Потом заочно учился в Духовной академии. Власть не простила «измены» советскому учёному, тормозила его продвижение в Церкви. В течение 16 лет он служил диаконом. Священником стал в 1989 году. Биологией отец Александр уже не занимался, но издавал богословские труды, переводил с английского. Иногда его спрашивали, как он относится к теории Дарвина. Он отвечал, что считает её в принципе верной и что эта теория не опровергает веру в сотворение мира Богом. Просто наш мир не создавался в готовом, неизменном виде, он существует сотни миллионов лет и по воле Божией постоянно меняется.
Профессор РАН Сергей Кривовичев — клирик храма в Кировске
Меньше года назад отец Сергий стал священником, после того как 14 лет служил диаконом. Своё рукоположение он считает одним из важнейших событий в жизни. И это при том, что научная карьера Сергея Владимировича Кривовичева развивалась стремительно. Он был одним из самых молодых профессоров в стране, совершил множество серьёзных открытий, стал ведущим в мире специалистом в области структурной минералогии, доктором геолого-минералогических наук, президентом Международной минералогической ассоциации. В его честь назван новый минерал — кривовичевит.
Не так давно он возглавил Кольский научный центр РАН. И в Церкви соответственно этому изменилось место его служения. Теперь он в Кировске — клирик храма Нерукотворного Образа Господа Иисуса Христа. При этом Сергей Кривовичев стал первым за последние 100 лет руководителем научного центра Академии наук, имеющим духовный сан.
В сентябре ему исполнилось 47 лет. У него семеро детей: Иван, Николай, Евфрасия, Василиса, Алексей, Платон, Александра.
А о том, как уживаются в его судьбе вера и наука, говорит так:
— Мы расшифровываем кристаллические структуры соединений, внутреннее положение атомов — по сути, открываем новую реальность. Мы заглядываем туда, куда никто никогда не заглядывал. И когда ты это видишь, ты испытываешь духовную радость и уже не мыслишь себя без этой спрятанной красоты. Как говорил академик Боголюбов, не бывает неверующих физиков. Научная работа подразумевает очень тонкую духовную интуицию. Ведь в итоге наука построена не на рациональности, а на созерцании.
По мнению Сергея Кривовичева, его наука не меньше физики способствует укреплению человека в вере.
