Почему для Олега Дерипаски Пасха важнее санкций

Источник: Крестовский Мост

 

Что следует сделать перед наступлением нового дня, нового времени? Или пред наступлением «святой ночи»? Великий русский писатель Иван Бунин в рассказе «На чужой стороне» вспоминал, как готовились люди к Пасхальной Вечере:  «Все спешили докончить только самые неотложные дела, чтобы поскорее разойтись по квартирам, вымыться, надеть все чистое и в семье, с облегченным сердцем, дождаться праздника, отдохнуть хоть ненадолго от беспорядочной жизни». И встретить жизнь новую. Воскрешение и Возрождение.

Православные уклады в России 20-го века менялись и отменялись, но неминуемо возрождались и хранили главный смысл – будущее есть, и оно зависит от нашего общего настоящего. И Пасха всегда была символом перехода к дню светлому — своего рода Рубиконом, данным нам как шанс на Возрождение.

Если же спуститься теперь «с небес на землю», оглядеться вокруг и посмотреть на самих себя в зеркала нового времени, неизбежным и самым важным покажется нам вопрос – Куда мы идем? Что нас ждет завтра? Каковы горизонты того самого «русского пути» на непредсказуемой и загадочной тропинке нашей истории? И можно ли сейчас в шуме военных действий различить шепот будущего? Не только можно, но и нужно. И вот что автору этих строк вспоминается в этой связи в первую очередь.

Модель Рубикона

Когда в апреле 2018-го года российский бизнесмен Олег Дерипаска впервые попал в санкционный список США, его реакция существенно отличалась от комментариев «соседей по списку». Дерипаска тогда сказал: «Сначала я планирую отметить день светлой Пасхи, которую празднуют все православные в это воскресенье. Уже после этого мы проанализируем возникшую ситуацию с юристами». Перефразируя Бунина, российский, как было принято его называть, «олигарх», решением Минфина США сокративший свое состояние в одночасье на миллиарды долларов, решил, что важнее сначала «с облегченным сердцем» начать все заново. Зная о личном вкладе Дерипаски в восстановление и обустройство Соловецкого монастыря и Серафимо-Дивеевского женского монастыря, где в Троицком соборе покоятся мощи святого иеромонаха Серафима Саровского, можно предположить, что Вера в его жизни – не дань моде, а свет. И потому Пасха – важнее санкций.

Согласно учению знаменитого немецкого психолога Хайнца Хекхаузена, изучавшего движущие силы поведения и мотивации человека, «люди воли», полные решимости изменить мир и самих себя, неизбежно приходят к точке невозврата – Рубикону.

Теория Хекхаузена «Модель Рубикона» основывается на том, что при переходе от постановки цели к её реализации принимается окончательное решение, и вся энергия направляется на единственно важную цель. Эта цель уже неоспорима, она определяет все будущие действия. И он к ней идет. В тот год, в апреле 2018-го, санкции и Пасха по времени совпали. Рубикон был перейден…

Энергия вызова

Мне кажется, на опубликованный в апреле этого года Манифест Дерипаски: от новой реальности к «новой нормальности» было бы интересно посмотреть именно через призму психологической «Модели Рубикона», пройденного автором концепции «Образа будущего», который сегодня рисует Дерипаска. В таком контексте Манифест приобретает почти мистический и сакральный смысл – как документ, знаменующий смену эпох, экономических укладов и смыслов времени, происшедших, прежде всего, — в жизни самого Олега Дерипаски.

До сих пор в мире художественных произведений нет ни одной книги или фильма, который в точности отражал бы внутренний мир «человека успеха» нашего времени. Мы не знаем, что переживают и чувствуют люди, построившие империи и завоевавшие миры. И чувствуют ли они? Какая у них мотивация? Возможно, ближе всех к попытке разгадать феномен и образ успеха был Френсис Скотт Фицджеральд в «Великом Гэтсби», но так и не окончивший свой роман «Последний магнат». Мастер анализа деталей Артур Хейли, автор банковского триллера «Менялы», не нашел фигуры, с которой мог бы срисовать подобное полотно, а других авторов не подпускали к себе сами «натурщики».

В то же время немецкий психолог Юлиус Куль в своей теории управления действием описал различные стратегии успеха, выделив такое явление как «подвиг воли», во многом объясняющий мотивационные практики личности решительной, волевой, активной. Такую личность временная неудача не останавливает, и даже крушение империи – не опускает на дно депрессивной рефлексии, а наоборот – дает старт мощнейшему энергетическому и эмоциональному всплеску, броску вперед.

Новый опыт

Санкции 2018-го года, казавшиеся многим началом «заката» империи крупнейшего металлургического магната (среди прочих он был первым, об этом говорил тогда список «Форбс»), не только не обрушили его империю, но, более того, дали рождение его новому образу и подарили ему новый опыт. Самое важное, что произошло за период 2018-2022 годов в жизни бизнеса Олега Дерипаски – санкции против всех своих компаний он снял. Но какой ценой?

Сократив свое участие в акционерном капитале созданных и принадлежащих ему компаний до необходимого минимума, он вывел их из-под санкционного удара без ущерба для их финансового состояния и без сокращений рабочих мест. Дерипаска сегодня – по-прежнему под персональными санкциями, он лишен свободы передвижений по большей части мира, он потерял недвижимость и активы во многих странах, его банковские счета закрыты, его состояние сократилось примерно с 20 до 4 миллиардов долларов (мы должны понимать, что статистические подсчеты «Форбс» не имеют точных критериев, и реальную стоимость активов нельзя оценить с помощью машинки для пересчета наличных). Он принес себя в жертву?

И тут кроется главное. Ровно в тот момент, когда рядовой обыватель, опираясь на собственный бытовой взгляд на деньги как мерило успеха, назвал бы этот Рубикон «крахом», психолог Юлиус Куль оценил бы это же событие как ту самую «точку невозврата», которая и есть вызов, дающий старт для энергичного броска в завтра – для «подвига воли». Принеся себя в жертву сиюминутной финансовой ситуации, Дерипаска не проиграл. Он выиграл.

Программа Возрождения

Потеря миллиардов долларов (для кого-то и тысячи рублей достаточно) может стать причиной психологического кризиса такой силы, что приведет если не к суициду, то к продолжительной депрессии. Но у кого-то в переломный момент, когда Рубикон пройден, распрямляется внутренняя пружина, мобилизующая ресурсы – прежде всего, это – знания, опыт, принципы, система ценностей и природный азарт. Ну да, еще неплохо бы верить в завтрашний день. Хотя бы для того, чтобы увидеть в «новой реальности» перспективу «формирования высоких темпов экономического роста на основе всемерного поощрения частной инициативы». В его программе (или, как было сказано – Манифесте) нет ничего нового. Ничего нового для него.

Дерипаска, пройдя этап сокращения личного капитала в процессе спасения промышленного сектора и рабочих мест от Кубани до Сибири, сегодня предлагает программу Возрождения – минимизировать госуправление экономикой и банковской сферой, сократить силовой блок, открыть шлюзы предпринимательской инициативы, даже провести амнистию частного бизнеса и его представителей, зажимаемых госинститутами разной формации в течение многих лет. В ситуации, когда сокращение расходов из госбюджета представляется неминуемой мерой экономического выживания, в любом случае будет выбор – сокращать административный сектор с его сырьевыми гигантами, мигалками, льготами и прочими атрибутами «госпаразитизма» или сокращать рабочие места, пенсии и стипендии. Дерипаска предлагает государству сделать тот выбор, который он сделал сам всего лишь 4 года назад — в сторону ее народа и будущего самой страны.

Колокол времени

Наверное, важно сказать, что Манифест Дерипаски и его возросшая активность в публичном пространстве — это еще не есть политическая программа. Это скорее призыв к разговору о будущем. С Олегом Дерипаской можно спорить, его концепт нужно обсуждать (правда, пока не видно, что кто-то в состоянии), но уже сейчас можно уверенно сказать – он сегодня бьет в колокол, потому что новый вызов времени он воспринимает как свой личный. В 90-х, когда не было ни правил, ни законов, ни пресловутой стабильности, молодому российскому бизнесу нужно было принимать решения молниеносно и жестко — были ошибки, это неминуемо. Опыт тех ошибок нужно учесть сейчас, когда снова нет ни правил, ни законов, по которым будет строиться новая мировая экономика. То, что один человек воспринимает брошенный России вызов как свой личный – тут нет никакой высокопарности, это не мессианство, не какая-то уникальность. Это скорее странность. А где все остальные? Почему он один об этом говорит?

Есть уже и первая критика – а не рано ли говорить о будущем системы управления, когда весь мир читает фронтовые сводки? Во-первых, потом будет поздно. Во-вторых, а не в Пасху ли, в день рождения новой жизни, об этом и говорить?..

Александр Куприн в «Пасхальных колоколах» напоминал о чудесной русской традиции: «Все ребятишки Москвы твердо знают, что в первые три дня Пасхи разрешается каждому человеку лазить на колокольню и звонить, сколько ему будет удобно. Даже и в самый большой колокол!» В этот самый большой колокол и звонит Олег Дерипаска – в колокол политической реформации. Да, конечно, не стих ещё шум боёв, и не все вернутся с фронтов живыми, но разговор о будущем нужно начинать сегодня. И в Светлую Седмицу – самое время ударить в колокола!

 Андрей КАЛИТИН