Чудо — событие, разительно отличающееся от обычных вещей, — так думала и я, пока много лет назад не стала невольным свидетелем одного диалога.
Двое мальчишек, лет восьми-девяти, размышляли о чудесах. Слова их были так просты и точны в определениях, что необъяснимое в тот момент случилось и со мной.
Дети, словно споря, перечисляли удивительные события своей жизни: «чуть не утонул», «почти заблудился», «был на море и видел белуху», «нашел гнездо, а там птенчики», «потерял крестик, а потом его нашел», — затем делали свои выводы и обменивались мнениями.
Кто помнит себя в детстве, поймет: передо мной в тот момент раскрылось два детских сердца, видящих чудо в каждом дыхании жизни и внимающих всему новому. Взрослые, к сожалению, утрачивают эти способности, хотя и жаждут ярких событий, кардинально отличающихся от обыденной жизни. Но, произойди они, поверят ли в них люди XXI века, привыкшие к достатку и зрелищам?
Ребята вызвали тогда во мне тоску по детским годам, по той радости, с которой встречалось мною всё новое. Ежедневное чудо — не фейерверк и фанфары, не только яркие, запоминающиеся на всю жизнь случаи, но и тихие эпизоды, помогающие укрепить веру и пережить скорби. Главное – уметь их увидеть…
…Жар у годовалой дочки не спадал много дней. Обессиленная, она могла только лежать. Пришедший на вызов педиатр стал уговаривать госпитализировать ребенка, но я отказывалась, понимая, что кроме врачебного контроля стационар нам ничего не предложит. Рассердившись, медик оставила мне направление и ушла.
В отчаянии, не понимая, верно ли поступила, я позвонила крестному, попросила молитв. Евгений ответил, что в этот момент находится в храме, где вот-вот начнется Литургия, пообещал заказать молебен о здравии. Благодарная ему, я взяла ослабевшую ручку дочки в свои ладони и погрузилась в молитву.
Удивительно, но примерно через полчаса моя кроха вдруг села в своей кроватке и попросила пить. Лихорадки больше не было. Болезнь отступила.
Позже выяснилось, что в тот день по просьбе Евгения за дочку молились сразу несколько человек.
…Однажды летним днем после Литургии мы с младшим сыном заторопились домой, но, как только вышли из храма, нас кто-то окрикнул. Пришлось остановиться и недолго поговорить с позвавшим нас человеком.
Путь к дому проходил мимо стройплощадки, обходить которую следовало по галерее безопасности. Когда мы приблизились к ней метров на пятнадцать, то я заметила странные движения подъемного крана: он падал!
Я схватила на руки сына, весело скакавшего впереди меня, и отбежала с ним на пару метров назад. В этот момент кран уже проломил навес для пешеходов, и огромная железная конструкция на мгновение зависла над автодорогой, по которой двигалась легковушка, — секунда, и свалится прямо на нее!
К счастью, в этот момент кран зацепился за электропровода, что немного замедлило его падение, и машина успела протиснуться в эту щель, проскочить. Со страшным грохотом подъемник рухнул сразу за автомобилем, сломав несколько берез. Люди не пострадали.
Страшно подумать, что было бы, не задержись мы у храма на несколько секунд, — в момент падения крана мы как раз проходили бы под навесом.
«Ну и работенка у твоего Ангела Хранителя!», — удивились тогда друзья. То же самое сказали они мне и спустя еще немного времени, когда я чудом выжила в ДТП, отделавшись сотрясением мозга и ушибами.
Друзья были правы. Присутствие хранящей меня силы еще никогда не ощущалось так явственно, как в те моменты. Но одно из самых загадочных событий случилось в моей жизни по молитвам к Пресвятой Богородице и праведному Иоанну Кронштадтскому в дни Великого поста.
Мне и дочке предстояла поездка в поселок Пинега. Мы не были там ни разу и очень хотели поехать. Однако за сутки до отправления дочка сильно заболела. Поднялась высокая температура, хотя ничего у нее не болело. Ухаживая весь вечер за своей девочкой, уставшая, я присела возле ее кровати и стала молиться святому Иоанну Кронштадтскому, уроженцу Пинежских земель.
Но в этот момент мне привиделась икона Богородицы, старинная, вся потемневшая. Образ Царицы Небесной был еле уловим на ней. Я очень удивилась, но поняла, что за дочь следует молиться Божией Матери. К утру дочка поправилась, и мы благополучно добрались до Пинеги, попали на Литургию в Троицком храме и причастились.
После богослужения я заметила на одной из стен церкви тот самый образ Богоматери, что привиделся мне. Настоятель храма отец Алексий пояснил, что эту икону в церковь принесли прихожане, но историю ее происхождения он не знает, до сих пор не ясно, и какой именно образ Богородицы изображен. Однако священник отметил, что лик Царицы Небесной в последнее время стал просветляться.
Являлось ли это совпадением, для меня было не столь важно, ведь дочка по молитвам к Пресвятой Богородице так быстро поправилась.
Чудесных событий в жизни нашей семьи было много: и выздоровление супруга по молитвам детей, и благополучное возвращение родных из непростого путешествия, и начавший цвести амариллис, который мы считали окончательно погибшим от морозов.
С цветком вообще удивительная история. С момента появления в доме он никогда не цвел, а потом и вовсе погиб. Так мы считали. Но после череды скорбных событий вдруг внезапно ожил. И не просто ожил, а начал цвести, словно утешая нас.
Вот такое чудо в цветочном горшке. С тех пор растение дарит нам яркие красные цветы каждую весну. Чем это не доказательство, что небо слышит наши просьбы, будь то чистые детские пожелания или многочасовые молитвы, и отвечает нам — пусть и крошечным, но чудом ожившего цветка или спасением твоей жизни? Главное — увидеть.
Ольга Владимирова, рисунок автора
Материал из «Вестника Архангельской митрополии» №1/2021
