Писатель Альберт Лиханов: «Я молился. И Господь услышал»

Источник: Православие.Ru

Маленьким мальчиком он молился Богу, чтобы его отец вернулся с фронта живым. И детская молитва была услышана. Это чудо – его путеводная звезда и в жизни, и в творчестве. Ребенок военного времени вырос, занялся литературой и добился небывалого читательского отклика. Сострадание, чуткость к чужому горю, внутреннее благородство отличают героев его книг. И что поражает в судьбе Альберта Лиханова: он не только пишет пронзительные истории для юношества, но и деятельно помогает сиротам, инвалидам, малоимущим, помня о заповеди: «Блаженны милостивые».

В середине сентября известный писатель и общественный деятель празднует свое 85-летие.

Досье:

Альберт Лиханов родился 13 сентября 1935 года в Кирове. Автор книг: «Чистые камушки», «Семейные обстоятельства», «Мой генерал», «Голгофа», «Благие намерения», цикла повестей о военном детстве «Русские мальчики», «Никто», «Слетки», «Сломанная кукла», «Непрощенная» и других. Возглавляет Российский детский фонд, основание которого инициировал в 1987 году.

Альберт Анатольевич Лиханов Альберт Анатольевич Лиханов

– Альберт Анатольевич, как вы пришли к вере?

– Я был крещен сразу после рождения. Мое светское имя Альберт, а христианское – Глеб. Я очень люблю своего святого покровителя. Это настоящий герой для меня. Юноша, который был убит не чужим человеком в тайной бойне за власть, один из первых русских святых.

Вера с детства жила в моем сердце. В годы войны, когда мой отец был на фронте, я просил Господа, чтобы Он его спас. И меня услышали. Отец ушел на фронт в августе 1941 года, а в октябре его уже ранило. Его отправили поездом на Урал. А по дороге находился город Киров. Отец попросил его списать в местный госпиталь. Там работала моя мама. И я встретился с отцом. Это переживалось как небывалое счастье и чудо. И как при таком счастье не возникнуть вере? Я словно слышал внутренний голос: «Как это произошло? Почему? Я молился. И Господь услышал». В декабре 1941 года отец второй раз ушел на войну. И получилось так, что через год его снова ранило. Его отправили на Восток. И он снова оказался в Кирове – уже в другом госпитале, где опять работала моя мама, переведенная из прежнего госпиталя. И я опять его увидел. А потом отец в третий раз ушел на фронт.

Он вернулся домой в 1946 году, после войны с Японией. Он не был командиром. По профессии мой отец слесарь, а в армии служил старшим сержантом. И эта триада его трех возвращений была для меня знаком и Божией милостью. Как не верить в Господа после этого?

Эта триада трех возвращений отца была для меня знаком и Божией милостью

– А как вы осознали свое писательское призвание и нашли свою тему в литературе?

– Это не я отыскал, а сама жизнь и судьба моя меня отыскали. Я отношусь к детям войны. Я помню осознанно, как начиналась Великая Отечественная война, какое это было горе и испытание для всех. Эта тема присутствует в разных моих книгах. О войне у меня написано 15 повестей, которые являются главами романа «Русские мальчики». Самая свежая повесть – «Незабытые игрушки» – о том, как дети жили перед войной. Тогда ощущалось единство незнакомых людей, общая судьба и надежда на лучшее. И любовь к родине, к своей земле была живым чувством. Именно поэтому столько людей бросилось в военкоматы и отправилось добровольцами на фронт. Такой был душевный порыв!

Сегодня фраза «пойти добровольцем на фронт» звучит для кого-то как просто красивое выражение. А я помню, как мой отец, рабочий-слесарь, уходил на войну. Прошло столько лет, и сегодня, из нынешнего, совсем иного времени, начинаю по-настоящему сознавать, какая тогда была решимость, какой тогда важный смысл содержался во всем этом. Когда человек уходил добровольцем на фронт, это почти всегда выбор смерти, готовность умереть, пожертвовать собой, чтобы защитить Отечество и семью.

– Какие эпизоды из своего военного детства вы можете вспомнить?

– Были такие случаи – не один, – когда моя мама брала меня к донорскому пункту. Сдавала там кровь, выходила зеленая, а потом вела меня в донорский магазин. Там я сидел на подоконнике и ждал, когда она мне принесет маленький кусочек топленого масла. Получалось, что в буквальном смысле своей кровью наши матери спасали своих детей. А о детях-сиротах заботилось государство.

Мама сдавала кровь, за это получала кусочек масла и приносила его мне. Вот так – своей кровью – наши матери спасали детей

В мою родную Кировскую область только из Ленинграда эвакуировали 40 тысяч детей. Их разместили в деревнях, в избах – местные жители подвинулись и приняли их к себе. Эти маленькие беженцы находились там до тех пор, пока не произошел перелом на фронте. Блокада длилась 900 дней, а после отступления фашистов можно было вернуться домой. И я слышал такую народную молву: когда из Кирова в Ленинград пришел первый эшелон с детьми, которые были в эвакуации, то матери, встречавшие поезд на вокзале, встали на колени перед русскими женщинами, которые спасли их детей. Разве это не служение Господу? Здесь и вера, и милосердие, и патриотизм самой высокой пробы.

Российский детский фонд

Российский детский фонд

– А открыто говорить о своей вере вы смогли только в перестройку?

– Раскрою малоизвестную информацию: когда создавался советский Детский фонд, я добился у партии, у высших органов власти, чтобы нам разрешили иметь в составе своего правления представителей всех конфессий, официально зарегистрированных в СССР. Один из митрополитов Русской Православной Церкви – владыка Мефодий (Немцов) – по благословению тогдашнего патриарха Пимена вошел в состав нашего правления. Это был 1987 год. С тех пор с владыкой Мефодием мы продолжаем общаться. И мы часто к нему обращаемся за поддержкой. Так что Детский фонд пробил броню и выстраивал сотрудничество с Русской Церковью еще в советские времена. И надо сказать, что представители партии и государства легко согласились на это.

Мы создали Детский фонд, чтобы помогать сиротам – находить для них приемные семьи. Меня как писателя всегда волновала тема взросления, становления характера юного человека. Я знал, как много детей страдает от предательства взрослых, разводов родителей, отсутствия любви. Но мало рассказать об этом в книгах. Мне хотелось помогать конкретному ребенку в трудной ситуации.

– Что делает Детский фонд сегодня?

– У нас действует девиз: «Ни дня без доброго дела». Работает не только наш центральный аппарат, но и 74 отделения по всей стране. Когда приходит большая беда, мы стараемся сразу включиться. Вот случилось амурское наводнение: пострадали дети Амурской области, Еврейской автономной области, Хабаровского края и Якутии. Мы помогли более чем 8 тысячам детей: одели, обули, доставили учебные пособия. Купили для домовых помещений коммунальное оборудование. Это был большой, серьезный проект. Работали с нашей стороны руководители всех отделений. Они сумели собрать вокруг себя огромный человеческий массив – волонтеров, помощников, и власть была благодарна им. В Иркутской области прокатилось наводнение в прошлом году. 5 тысяч пострадавших детей должны были пойти в школу. А у них из-за этого стихийного бедствия не было школьной формы. Мы заказали иркутской швейной фабрике 5 тысяч школьных костюмов. И каждому ребенку вручили. Цена проекта – 15 млн. рублей. Мы – не бюджетная организация, а общественная. Мы эти миллионы должны всякий раз собрать, найти единомышленников, которые на это пойдут. Вот таковы наши тяжкие хлопоты.

– В чем сегодняшние вызовы детству?

– Сегодня новые испытания перед детским миром. Очень много соблазнов, которые растлевают личность и ломают судьбы. К сожалению, материнство неоднородно. Современные женщины не всегда готовы служить своему ребенку. Много детей страдают. Бывает, что при закрытии государственных детских домов и при распределении деток по семьям они не находят себя в отношениях с приемными родителями. Это тоже – ужасная, новая травма для детской души. Случается, что дети переходят из семьи в семью. Ужасно разочаровываются, замыкают в себе свое горе. В результате они никому не верят. Такие подранки – настоящие страдальцы. И эту проблему надо как-то озвучивать. Чтобы этот детский стон и призыв был услышан. Этому и служит наш Детский фонд. И как писатель я стараюсь об этом тоже рассказывать – как могу. Я написал целый цикл повестей о страданиях сиротства.

– Что у вас вызывает особую тревогу?

– Сейчас мы сталкиваемся с таким парадоксом: чем сытнее живут люди, тем ниже уровень нравственности. Происходят непонятные процессы: английская газета «Гардиан» сообщает, что в России тысяча новорожденных младенцев от суррогатных матерей ждут своего вывоза за рубеж, потому что они «сделаны» по заказу западных клиентов. Как вам это нравится? Женская наша прекрасная порода вдруг становится производителем детей на продажу. Как это: из чужого «биоматериала» в своей утробе выносить ребенка и продать его за деньги без всякой жалости? Это что за мораль такая? Что за производство? И где тут прячется такое святое понятие как материнство? Я знаю, что есть исключительные ситуации, когда такое возможно. Но это не должно становиться модой и профессией.

Из чужого «биоматериала» в своей утробе вынашивать детей и продавать их? Это что же за производство?!

– У вас крепкая семья. Расскажите, пожалуйста, о ней.

– Мы с женой Лилей-Анной принадлежим к поколению детей войны. В раннем возрасте мы видели лишения и научились ценить человеческую участливость.

У меня отец прошел войну и вернулся, а у моей жены отец погиб в июле 1941 года, он был лейтенантом-пограничником. А в 1945-м погибла ее мать. Лиля была сиротой, росла вместе с сестрами. Их спасли и воспитали бабушка с дедушкой в Кирове. У советского времени был один существенный плюс: человек мог рассчитывать на деятельную помощь государства, а еще имел свободную возможность для самореализации. Так была отстроена социальная система. Лиля была дочкой погибшего офицера. После училища она работала на радио звукооператором, а потом стала ведущей детских программ. В 1958 году ее пригласили стать первым диктором на Кировском телевидении. Когда я ее увидел, тут же захотел познакомиться. С тех пор мы вместе.

Альберт Лиханов с женой Лилией Альберт Лиханов с женой Лилией

Все в жизни рифмуется и все не случайно. На мой взгляд, Господом обозначена тропа, по которой мы идем. Наша семья – жена, сын, внук, правнук и две правнучки. Живем любовью.

Когда приближался золотой юбилей нашей совместной жизни, мы затеяли своеобразный семейный крестный ход при участии нашего взрослого сына Дмитрия. В канун Пасхи, это был 2009 год, мы отправились к храму Покрова на Нерли под Владимиром. Несмотря на весну, в ночь замела пурга, выл ветер. Батюшка отслужил молебен, в том числе и нам с женой пожелав всех благ. Наутро мы переехали в Муром, где настоятельницей женского монастыря была тогда матушка Тавифа, обезноженная благодетельница, передвигавшаяся на коляске. Снова был молебен у мощей Петра и Февронии, к которым мы приложились и помолились. А дальше мы перебрались в Киров, где в Предтеченском храме, где меня когда-то крестили, мы с женой обвенчались. После полувека нашей жизни. Теперь мы вместе уже 61 год, помоги Господи!

– А в какой храм вы ходите?

– Наш фонд находится в старинной русской усадьбе в самом центре Москвы, в Армянском переулке. Это родительская усадьба Федора Ивановича Тютчева. Здесь были древние, XVII века, белокаменные палаты боярина Милославского, а потом князя Сергея Гагарина. И мы все это восстановили.

У нас есть свой домовой храм во имя Димитрия Солунского.

Его нынешний настоятель – отец Николай Соколов, он же – настоятель храма в Третьяковской галерее, где хранится одна из главных русских святынь – подлинная Владимирская икона Божией Матери. Наш батюшка из известной семьи священников. Рад, что могу с ним общаться. Мне, чтобы помолиться, и ходить никуда не надо. У нас храм – в фонде, где я служу.

Загрузка...

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции»; Комитет «Нация и Свобода»; Международное общественное движение «Арестантское уголовное единство».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.
Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить
Введите комментарий
Альберт Лиханов
Все статьи Альберт Лиханов
Татьяна Медведева
Все статьи Татьяна Медведева
Последние комментарии
Примет ли Путин своего бывшего заблудшего советника?
Новый комментарий от monarhist
16.01.2021 07:13
Стране нужны политологи!
Новый комментарий от Александр Волков
15.01.2021 11:56
Синодик русского духовенства, скончавшегося в период коронавируса
Новый комментарий от Владимир Николаев
15.01.2021 09:44
Слава Герострата и Вовочка из анекдота
Новый комментарий от Игорь Бондарев
15.01.2021 09:25