О конкурентоспособности и воспитании
Выступление
министра звучало достаточно оптимистично. Во-первых, разделение
Минобрнауки на два ведомства позволит сконцентрироваться на решении
задач, связанных со школьным и средним образованием. Во-вторых,
президент в майском указе поставил две чёткие задачи - вхождение
российской системы образования в десятку лучших мировых систем и
воспитание гармонично развитой личности. Наконец, в-третьих, на
достижение этих целей выделены средства, которые, по словам Васильевой,
станут «финансовой основой» для планируемых мероприятий.
Обеспечивать глобальную конкурентоспособность российского общего образования будут, похоже, единственным известным чиновникам способом: повышением позиций в международных рейтингах. Рейтингов выбрано три, причём в одном из них (TIMMS, Trends in Mathematics and Science Study - оценка уровня учеников начальных классов в области естественных наук) Россия уже сегодня занимает лидирующие позиции. В рейтинге PIRLS (Progress in International Reading Literacy Study), где изучается способность младших школьников читать и понимать текст, по мнению министра, «ситуация тоже хорошая».
Хуже с исследованием PISA (Programme for International Student Assessment), по результатам которого Россия сейчас находится на 36 месте. В этом рейтинге оцениваются математические возможности и умения, а также навыки функционального чтения у учеников 9-х классов. Нынешние девятиклассники, прочитав текст, не в состоянии пересказать его содержание парой фраз - а значит, не понимают его содержания. Выход прост: поскольку результаты нужно показать только через несколько лет, достаточно взяться за нынешних пятиклассников и начать целенаправленно учить их проходить подобные тесты и читать тексты так, чтобы хоть что-то оставалось в голове.
Безусловно, этот полезный навык молодым людям пригодится в жизни. Заметим, что некоторые депутаты Госдумы испытывают серьёзные проблемы с функциональным чтением. Например, представитель партии «Родина» Алексей Журавлёв из доклада РАНХиГС о системе образования запомнил, что образованием в нашей стране охвачены только 65 процентов детей. Ольге Васильевой пришлось его успокаивать: речь идёт о дополнительном образовании, то есть о кружках и секциях, а в обычную школу в России, к счастью, ходят практически все дети.
Что касается воспитания гармонично развитой личности, то действовать предполагается по нескольким направлениям: развивать систему дополнительного образования, выявлять талантливых детей, формировать образовательную среду, в том числе цифровую, совершенствовать содержание образовательных программ, повышать квалификацию педагогов и так далее.
Само собой, деятельность Минпросвещения не ограничивается этими двумя задачами. Министерство продолжает контролировать строительство школ и детских садов, развивать систему среднего профессионального образования и реализовывать программы профориентации школьников, а также формировать систему непрерывного образования для граждан всех возрастов.
Важно понимать, что значительная часть средств федерального бюджета, направляемых на решение всех перечисленных выше задач, в виде субвенций передаётся регионам. Это означает, что эффективность расходования этих средств ведомство Васильевой и радо бы контролировать в режиме реального времени, но получается это не всегда. Впрочем, для реализации нацпроекта «Образование» в министерстве создан федеральный проектный офис. Наверное, это поможет. По крайней мере, министр заверила, что федеральные проекты ощутимо «расширяют горизонты».
Об оценке эффективности и отсутствии системы
Выступления представителей Счётной палаты редко бывают позитивными - такова уж специфика этого контролирующего органа. Не стала исключением и работа ведомства Васильевой.
Аудитор
Счётной палаты Михаил Мень обратил внимание на то, что единственный
целевой показатель, характеризующий развитие дошкольного образования,
касается наличия или отсутствия очередей в детские сады. И даже по этому
параметру желаемые значения достигнуты не так, как хотелось бы, а за
счёт переоборудования помещений дополнительными местами - а значит,
переполненности групп.
Есть нестыковки и по многим другим позициям. Так, выделение бюджетных средств на создание новых мест в школах не подкреплено потребностью в этих самых новых местах. Повышение квалификации планируется для 50 процентов педагогов, а проверка - только для 10 процентов, поэтому оценить эффективность мероприятий заведомо не получится. По словам Меня, министерство каждый год включает в план мероприятия по оценке качества общего образования, но поскольку официально утверждённых критериев такой оценки нет, невозможно понять, дают ли эти мероприятия какой-либо результат. В системе дополнительного образования тоже не хватает показателей по оценке эффективности: в конце концов, охват детей занятиями в кружках весьма отдалённо характеризует успехи в развитии и воспитании разносторонней и социально ответственной личности.
Та
же мысль красной нитью проходила в выступлении председателя думского
комитета по контролю и регламенту Ольги Савостьяновой. Парламентарий
посетовала, что прозвучавшие цифры - сто тысяч новых ученических мест,
пятьсот тысяч преподавателей и так далее - не отвечают на главный
вопрос: какова реальная потребность и насколько она будет удовлетворена.
Кроме того, Савостьянова обратила внимание, что некоторые показатели в
госпрограммах «закрепляют уже достигнутый успех», а в некоторых случаях -
и низкие темпы роста. Например, доля учащихся, трудоустроенных по
специальности после окончания колледжей, должна за период с 2018 по 2021
годы вырасти с 61 до 66, то есть всего на пять процентов.
Но основная проблема, по мнению Ольги Савостьяновой, заключается даже не в цифрах, которые можно привести в соответствие с целями и задачами, введя понятные и измеримые показатели.
«Мы проанализировали полномочия Министерства просвещения и министерств субъектов РФ, - сообщила Савостьянова. - К сожалению, мы не обнаружили там конкретных механизмов, которые позволяют строить систему управления образованием в Российской Федерации, как и не нашли, кто непосредственно несёт ответственность за содержание этого образования».
По мнению парламентария, на смену «точечным прорывам» должна прийти единая система, которая охватила бы все субъекты Российской Федерации.
Тезис этот, надо сказать, пришёлся Ольге Васильевой по душе. Отвечая на вопросы депутатов, министр несколько раз цитировала Савостьянову и разводила руками: мол, и рада бы проконтролировать и добиться исполнения, да вот беда - управленческая вертикаль не выстроена. В большинстве субъектов школы подчиняются даже не региональным министерствам образования, а муниципалитетам. Стало быть, с Минпросвещения взятки гладки.
Например, на вопрос о качестве питания в школах министр ответила, что тут влияет «личностный фактор», то есть все вопросы нужно адресовать директору школы. А вот если бы была выстроена управленческая вертикаль, тогда вопрос о питании решался бы в масштабах страны «одним кликом».
Кто и когда будет заниматься выстраиванием системы управления и делаются ли вообще такие попытки, осталось за рамками правительственного часа. Наверное, можно было бы посочувствовать министру и пожелать скорейшего создания всех необходимых механизмов, если бы год назад, на правительственном часе в Госдуме 2 октября 2017 года, Ольга Васильева точно так же не сетовала бы на оторванность школы от государства и на отсутствие «жёсткой вертикали» (см. материал profiok.com). Хочется спросить: под силу ли Ольге Васильевой осуществить задуманное, если за год ничего не удалось сделать?
О недофинансировании системы образования
Председатель
думского комитета по образованию и науке Вячеслав Никонов видит корень
всех проблем в недостаточном финансировании сферы образования.
Выделяются средства на строительство новых школ, но их всё равно
недостаточно, чтобы ликвидировать к 2025 году вторую смену. На
чемпионатах WorldSkills учащиеся колледжей одерживают победу, но средств
для оснащения организаций СПО современным оборудованием нет. Собираемся
вводить «цифровую образовательную среду», а 50-мегабитный интернет
доведён далеко не до всех школ. Кроме того, по словам Никонова, «на
обучение деньги предусмотрены, а на воспитание - не предусмотрены».
«У нас хорошая образовательная система, мы хорошо выглядим в рейтингах, но при этом система недофинансирована», - заключил парламентарий.
Вопрос
ребром поставил Валерий Гартунг из «Справедливой России». Он отметил,
что причиной возможного недостижения целей, поставленных президентом,
многие считают недостаток финансирования. «Что же мешает правительству,
имея профицит бюджета, реализовать задачи и цели, поставленные самим же
правительством?» - спросил Ольгу Васильеву депутат.
В очередной раз упомянув отсутствие управленческой вертикали, Ольга Васильева отметила, что «на местах» не всегда удаётся правильно распределить даже имеющийся бюджет. В этом смысле показателен опыт Кировской области, где в экспериментальном порядке школы были переведены в региональное управление. Только за счёт изменений в логистике удалось за год сэкономить 65 миллионов рублей - это значительная сумма для региона. Или взять, к примеру, школьные автобусы. Некоторые регионы представили запросы всего на один или три автобуса, что, по словам Васильевой, несерьёзно.
«Чтобы были результаты, нужно, чтобы кому-то это хотелось сделать», - подытожила министр. Что ж, осталось только понять, где же взять этого «кого-то»... Пока же есть, по выражению Вячеслава Володина, «тревожные звоночки»: например, по результатам 2018 года средства, направленные в регионы на развитие дополнительного образования, освоены только на восемь процентов. Дело, видимо, не только в финансировании.
О физиках с биологическим уклоном
Наблюдая
жонглирование цифрами и отсылки к отсутствию системы управления,
Вячеслав Володин поначалу молчал. Но затем не выдержал и напомнил
коллегам-депутатам, что неплохо было бы перевести разговор в более
конструктивное русло, раз уж государственные программы реализуются «не
так, как хотелось».
Володин поинтересовался у Ольги Васильевой, как обстоит дело с обеспечением школ, особенно сельских, учителями-предметниками.
Министр ответила, что вакансий в школах страны не более одного процента, на что Володин попросил не отчитываться «средней температурой по больнице», а вникнуть в ситуацию в райцентрах и сёлах, где учителя вынуждены преподавать не только свой предмет, но и ещё несколько.
Дальше
началось странное. Ольга Васильева вспомнила довоенные и послевоенные
годы, когда учителя преподавали «не только по несколько языков, но и по
несколько предметов». Развивая эту мысль, министр сообщила, что человек,
носящий высокое звание педагога, вполне может делать невозможное, в том
числе и преподавать несколько предметов. «Я не думаю, Вячеслав
Викторович, что если я, допустим, физик, то я не могу преподавать
биологию, вы понимаете?» - обратилась она к Володину.
Понимать Володин отказался. Вместо этого он напомнил, что одна из основных задач министерства просвещения заключается в том, чтоб «преподаватель, которого готовят в вузе, преподавал предмет, который он знает досконально». Вариант с физиком, преподающим математику, парламентария не устроил: «У нас иногда ветеринарный врач преподаёт иностранный язык, могу вам и такие примеры привести».
Резонный вопрос: если ведомство не обладает реальной статистикой о дефиците педагогов, как же тогда формируется набор в педагогические вузы? Если нет данных о том, сколько сейчас в школах преподавателей пенсионного возраста, то откуда возьмутся те, кто сможет их заменить? Ответов на эти вопросы, к сожалению, не прозвучало.
* * *
Разошлись, впрочем, мирно. Ольга Васильева поблагодарила депутатов за конструктивные выступления, а Вячеслава Володина - за «правильную жёсткую конкретику».
В свою очередь, Володин попросил министра принять участие в парламентских слушаниях по вопросам образования, которые пройдут весной 2019 года. Времени для подготовки к следующему раунду у команды Васильевой более чем достаточно. Будет ли результат?
P.S. Судя по всему, частое общение в соцсетях и мессенджерах пагубно влияет не только на школьников, но и на депутатов Госдумы и министров. Стиль их речи в последнее время разительно изменился - увы, не в лучшую сторону. Удивительно слышать на официальном мероприятии слова «инженерка» и «пятидесятка» из уст министра просвещения (эти термины обозначают соответственно систему безопасности в школах и 50-мегабитное подключение интернета). Не менее удивляет «дошколка» (дошкольное образование) в речи Бориса Чернышёва (ЛДПР) и главы комитета по образованию Вячеслава Никонова, или, скажем, «внебюджетка» (внебюждетное финансирование) в выступлении Алёны Аршиновой из «Единой России». Может быть, борьбу за качество образования и сохранение русского языка этим уважаемым людям стоит начать с себя?
А вообще правительственный час оставил очень тягостное впечатление. Видимо, от предыдущего министра образования Ольга Юрьевна Васильева отличается лишь уважением к традициям советской школы, а также тем, что не катается на коньках около Кремля, не покоряет Северный полюс и не пляшет на балах. С результатами работы всё как-то менее очевидно.
ЦЭРС ИНЭС
