itemscope itemtype="http://schema.org/Article">

В поисках утраченной России

Писатель Иван Бунин и его окаянные дни

Новости Москвы 
0
605
Время на чтение 8 минут
В поисках утраченной России

Лето 1917 года Иван Бунин провел в своем имении, в селе Глотово Елецкого уезда Орловской губернии. Он не хотел видеть кипящий, ощетинившийся штыками Петроград, Москву, где тоже все клокотало и бурлило.

Иногда Бунин успокаивал себя: «Если человек не потерял способности ждать счастья - он счастлив. Это и есть счастье». Но такие всплески были редки. Привычное состояние писателя - грусть, тоска. Он жил в напряженном ожидании глобальных перемен...

Иван Алексеевич Бунин был высок - и ростом, и возвышенным, отточенным слогом. С виду - значительный, щеголеватый: сверкало пенсне, топорщилась холеная бородка. На слова был едок, ироничен. «Характер у меня тяжелый, - говорил о себе. - Не только для других, но и для меня самого. Мне с собой не всегда легко».

Но это - издали. Люди, с которыми писатель был близок, утверждали, что он - добрый и деликатный человек. Но - страстный, мятущийся. У Бунина был тайник, к которому никто не допускался. Это - его душа.

Он смотрел на Москву, как влюбленный - пристально и нежно. С трепетом описывал Поварскую, Мясницкую, Каланчевку, Арбат. Московских обывателей рисовал так тщательно, метафористично, что читатели их тотчас представляли: «В сумраке возле входа стоял большой старик в длинной чуйке и кожаных калошах, грубый и крепкий, как старая лошадь, сурово (в назидание кому-то) гудел, подпевая...».

Под пером Бунина все московское казалось уютным, манящим. Например, трактиры: «Народу было немало, пахло блинами и жареными снетками, в низкой зале было чадно, белые половые бегали, танцуя, выгибая спины и откидывая назад затылки, хозяин, во всем являвший собой образец тоже русского духа, внимательно косил за каждым из них глазами...».

Никто лучше Ивана Алексеевича не описал русскую природу: «Изумительны были два-три клена и особенно одна осинка в Скородном позавчера: лес еще весь зеленый - и вдруг одно дерево, сплошь все в листве прозрачно, багряно-розовой с фиолетовым тоном крови...».

Читая Бунина, оживает душа, благостнее и покойнее становится на сердце. В сумраке времен возникают очертания той, давно ушедшей России. И словно слышится голос писателя: «Так ведь и я жил всегда - только тем, что вызывало любовь, радость...».

Вдруг, как смерч, ураган - Февральская революция. От покоя и умиротворения не осталось и следа.

Исчезли с московских улиц значительные городовые. Дворники тоже куда-то подевались, и от того повсюду - горы мусора. Испарился дух кофе и свежих булочек из Филипповской булочной. В витринах прежде изобильного Елисеевского гастронома появились зияющие пустоты.

Глаза барышень потухли, они уже не сбивают весело «рыхлый снег с каблучка», как в песне, а запершись, сидят по домам, ибо повсюду бесчинствуют воры и бандиты. Офицеры идут по улицам не гордо щелкая каблуками, как бывало, а торопливо, не глядя окрест. Не ровен час, остановят «революционеры», начнут глумиться, сорвут погоны...

Всюду митингуют, кричат, кого-то славят и кого-то же - матерят. Много искаженных лиц - то ли злобой, то душевной болезнью. Однако не говорят «недужен», а «захвачен революционным порывом».

Хлынули красные реки - лозунгов, транспарантов. И - крови. Ее будет все больше и больше...

Когда началась Первая мировая, старший брат Бунина Юлий Алексеевич, умный и рассудительный господин, предрек: «Война России за Сербию, а затем - революция в России. И конец всей нашей прежней жизни!».

В самую точку попал! К несчастью...

Вот как описывает Иван Бунин Петроград, увиденный им в апреле 1917-го: «Невский был затоплен серой толпой, солдатней в шинелях внакидку, неработающими рабочими, гулящей прислугой и всякими ярыгами, торговавшими с лотков и папиросами, и красными бантами, и похабными карточками, и сластями, и всем, чего просишь. А на тротуарах был сор, шелуха подсолнухов, а на мостовой лежал навозный лед, были горбы и ухабы. И на полпути извозчик неожиданно сказал мне то, что тогда говорили уже многие мужики с бородами:

- Теперь народ, как скотина без пастуха, все перегадить и самого себя погубить.

Я спросил:

- Так что же делать?

- Делать? - сказал он. - Делать теперь нечего. Теперь шабаш. Теперь правительства нету».

Вот именно - шабаш. Впрочем, тогда Бунин еще слабо верил, что все наладится.

«В мире была тогда Пасха, весна, и удивительная весна: даже в Петербурге стояли такие прекрасные дни, каких не запомнишь. А надо всеми моими тогдашними чувствами преобладала безмерная печаль...».

Вскоре Бунин со своей женой Верой Николаевной Муромцевой уехал в свое имение. Иван Алексеевич и раньше проводил в Глотове много времени - работал над многими своими произведениями, в том числе над «Суходолом», «Господином из Сан-Франциско», «Легким дыханием». Здесь он создал множество стихотворений. Но в семнадцатом Бунин особенно стремился уехать прочь из Москвы. Не мог спокойно смотреть, как стремительно меняется жизнь, люди мрачнеют, ожесточаются...

Но и в Глотове - «Деревенскому дому, в котором я опять провожу лето, полтора века» - писатель не находит спокойствия. Записывает в дневнике: «На станции «революционный порядок» - грязь, все засыпано подсолнухами, не зажигают огня... По поезду идет солдатский контроль. Ко мне: сколько мне лет, не дезертир ли? Чувство страшного возмущения. Никаких законов - и все власть, все, за исключением, конечно, нас. Волю «свободной» России почему-то выражают только солдаты, мужики, рабочие. Почему, напр., нет совета дворянских, интеллигентских, обывательских депутатов?..».

Роятся угрожающие слухи: «Ив. С. в лавке говорил, что на сходке толковали об «Архаломеевской» ночи» - будто должна быть откуда-то телеграмма - перебить всех «буржуев». Говорят об арестах великих князей, наглости большевиков, что Троцкий призывал к прямой резне...

В сельскую глушь новости из Петрограда и Москвы доходят, но случайно, с большим опозданием. Но лучше бы их не было вовсе - беспокойные глаза Бунина бегут по смятым листам, и папироса в руке дрожит от негодования: «В газетах - ужас: нас бьют и гонят (имеются в виду сводки с фронтов Первой мировой - В.Б.), «наши части самовольно бросают позиции...».

«Снова боль, кровная обида, бессильная ярость! Бунт в Егорьевске Рязанской губернии по поводу выборов в городскую думу, поднятый московским большевиком Коганом...».

Через день-другой новости не лучше: «Открытие «Совета Республики», пошлейшая болтовня негодяя Керенского, идиотская этой стервы-старухи Брешко-Брешковской...».

Писатель отвлекается от тяжких мыслей разговорами с домашними, неторопливым, привычно восхищенным созерцанием природы: «В саду по утрам, в росистом саду уже стоит синий эфир, сквозь который столбы ослепительного солнца... Листва точно холодным мылом потерта...».

Иван Алексеевич, к слову, мог любоваться окружающим миром часами - его волновал каждый порыв ветра, всякий шелест дерева. Солнце ли выглянуло, дождь ли собрался - он со своей словесной палитрой уже наготове: удивляется, умиляется.

Бунин проводит время в разъездах - то в гости отправится на тарантасе, то пешую прогулку затеет - он вообще был непоседой. Его вечно куда-то тянуло - то Ялту, то в Ниццу, то в Константинополь. Сам про себя говорил: «бродник». Были такие казаки. Они не могли усидеть на месте, все их тянуло бродить. Таким и Бунин был всю жизнь.

Сочиняет он мало, да и то, огорчившись, комкает написанное и - в печь: «С неделю уже ровно ничего не делаю... пытаюсь писать стихи. Убожество выходит!» Или вовсе не макает перо в чернильницу: «Опять прошел день. Как быстро и как опять бесплодно!..» «Все то же: пустота ума, души, довольно тупое спокойствие...».

Бунин обложился книжками, но радости это ему не приносит.

А развязка все ближе, ближе. Не здесь - в Петрограде. Но и в деревне, и окрест, все объято тревогой. Прошел слух, что скоро начнут громить помещичьи усадьбы. 21 октября Бунин записал в дневнике: «Завтра Казанская (Праздник Казанской иконы Божьей матери - В.Б.), могут напиться - вся деревня варит самогонку - все может быть. Отвратительное, унизительное положение, жутко.

В языке и умах мужиков все спуталось. - Никто, впрочем, не верит в долготу этого «демократического рая...».

Когда Бунины собирали вещи, прибежал мужик из соседнего села с криком: «Там все бьют, все громят! Мельницу селезневскую разнесли! Уезжайте скорее!»

С трудом дотащились на поезде от Ельца до Москвы, и попали из огня да в полымя! Когда Иван Алексеевич с женой вышли из вагона на Курском вокзале, в городе начались уличные бои большевиков со сторонниками Временного правительства. С превеликим трудом Бунины добрались до дома на Поварской...

Каждый день - орудийные раскаты, щелчки выстрелов, взрывы гранат. Электричество дают, но телефон выключили. И слухи, слухи: «Каледин диктатор, идет в Москву» и т.д. «Труд» (газетка Минора) врала, что в Петербурге все (о, ужас, какой удар, всего потрясло) кончено - большевики разбиты»... Изнурился от безделья, ожиданья, что все кончится вот-вот, ожиданья громил, - того, что убьют, ограбят. Хлеба дают четверть фунта. А что на фронте? Что немцы? Боже, небывалое в мире зрелище - Россия!».

Вслед за Петроградом, большевики взяли Москву. Бунин впервые за несколько дней вышел на улицу и не узнал свой город: «День темный. Грязный. Москва мерзка как никогда. Ходил по переулкам возле Арбата. Разбитые стекла и т.д... Сильно плакал. Восемь месяцев страха, рабства, унижений, оскорблений! Этот день венец всего! Разгромили людоеды Москву!»

Писатель был так потрясен, что долго не прикасался к дневнику. Впрочем, может, и записывал что-то, но бумаги не сохранились?

Бунин взялся за перо 1 января (по старому стилю) 1918 года. Он был лаконичен: «Москва. Кончился этот проклятый год. Но что дальше? Может, нечто еще более ужасное. Даже наверное так».

Не ошибся, к несчастью, Иван Алексеевич.

С тех пор Бунин вел дневник регулярно. Через несколько лет записки писателя составили основу книги «Окаянные дни». Ее фрагменты впервые опубликовала парижская эмигрантская газета «Возрождение» в середине 20-х годов. В полном виде «Окаянные дни» вошли в собрание сочинений Бунина, изданные берлинским издательством «Petropolis» в 1936 году.

...Глядя на происходящее, Иван Алексеевич привычно ужасался. Все вокруг дорожало, а жизнь человеческая - дешевела. Многие ужасались - откуда в русском народе, смиренном и богобоязненном, вдруг проснулись звериные инстинкты?

В «Окаянных днях» Бунин приводит характерную сценку, которая отчасти может объяснить жестокость победителей. Старик из «бывших» говорит рабочему: «У вас, конечно, ничего теперь не осталось, ни Бога, ни совести». Тот подтверждает: «Да, не осталось». Старик продолжает: «Вы вон пятого мирных людей расстреливали». На что рабочий отвечает: «Ишь ты! А как вы триста лет расстреливали?»

Стало быть, рабочие и крестьяне брали «реванш» за многовековое унижение и угнетение? Но ведь зверствовали не только они, но и те, кто гнету не был подвержен и жили относительно недурно! Издевались над городовыми, офицерами, «буржуями», ради забавы, Опьяненные вседозволенностью, захваченные инстинктами толпы. «Усердствовали» не только мужики, но и дети, женщины...

Многие говорят - Бунин в «Окаянных днях» запечатлел только плохое и ужасное. И не следовало, мол, все это выставлять напоказ. Писателю противопоставляли Александра Блока, который «услышал музыку революции».

Но Блок - поэт. Он жил образами и не реальными, а выдуманными, родившимися в его воображении. К тому же был увлечен, точнее, ослеплен идеей слома старого, отжившего мира, на обломках которого предстояло построить новый, светлый! О жертвах революции и думать не хотел. Кстати, Илья Эренбург упрекал Блока в том, что его мало интересуют «различные эксперименты над живой плотью родины».

Бунин же - писатель. Более того, он - яркий художник, зорко подмечавший все детали, нюансы происходящего. И в оценке событий - в данном случае революционных - он был привычно точен. Ну, и пристрастен был, конечно, и горяч Иван Алексеевич.

Бунин категорически отвергал новый строй, потому что очень дорожил старым, пусть не идеальным, но привычным, уютным, близким ему миром. Он восклицал: «Наши дети, внуки не будут в состоянии даже представить себе ту Россию, в которой мы когда-то (то есть вчера) жили, которую мы не ценили, не понимали, - всю эту мощь, богатство, счастье...».

Источник: Столетие.Ru
Заметили ошибку? Выделите фрагмент и нажмите "Ctrl+Enter".
РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.
Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить

Сообщение для редакции

Фрагмент статьи, содержащий ошибку:

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции»; Комитет «Нация и Свобода»; Международное общественное движение «Арестантское уголовное единство»; Движение «Колумбайн»; Батальон «Азов»; Meta

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html

Иностранные агенты: «Голос Америки»; «Idel.Реалии»; «Кавказ.Реалии»; «Крым.Реалии»; «Телеканал Настоящее Время»; Татаро-башкирская служба Радио Свобода (Azatliq Radiosi); Радио Свободная Европа/Радио Свобода (PCE/PC); «Сибирь.Реалии»; «Фактограф»; «Север.Реалии»; Общество с ограниченной ответственностью «Радио Свободная Европа/Радио Свобода»; Чешское информационное агентство «MEDIUM-ORIENT»; Пономарев Лев Александрович; Савицкая Людмила Алексеевна; Маркелов Сергей Евгеньевич; Камалягин Денис Николаевич; Апахончич Дарья Александровна; Понасенков Евгений Николаевич; Альбац; «Центр по работе с проблемой насилия "Насилию.нет"»; межрегиональная общественная организация реализации социально-просветительских инициатив и образовательных проектов «Открытый Петербург»; Санкт-Петербургский благотворительный фонд «Гуманитарное действие»; Мирон Федоров; (Oxxxymiron); активистка Ирина Сторожева; правозащитник Алена Попова, социолог Искэндэр Ясавеев, журналист Евгения Балтатарова; писатель Дмитрий Глуховский; Социально-ориентированная автономная некоммерческая организация содействия профилактике и охране здоровья граждан «Феникс плюс»; автономная некоммерческая организация социально-правовых услуг «Акцент»; некоммерческая организация «Фонд борьбы с коррупцией»; программно-целевой Благотворительный Фонд «СВЕЧА»; Красноярская региональная общественная организация «Мы против СПИДа»; некоммерческая организация «Фонд защиты прав граждан»; интернет-издание «Медуза»; «Аналитический центр Юрия Левады» (Левада-центр); ООО «Альтаир 2021»; ООО «Вега 2021»; ООО «Главный редактор 2021»; ООО «Ромашки монолит»; M.News World — общественно-политическое медиа;Bellingcat — авторы многих расследований на основе открытых данных, в том числе про участие России в войне на Украине; МЕМО — юридическое лицо главреда издания «Кавказский узел», которое пишет в том числе о Чечне; Артемий Троицкий; Артур Смолянинов; Сергей Кирсанов; Анатолий Фурсов; Сергей Ухов; Александр Шелест; ООО "ТЕНЕС"; Гырдымова Елизавета (певица Монеточка); Осечкин Владимир Валерьевич (Гулагу.нет); Устимов Антон Михайлович; Яганов Ибрагим Хасанбиевич; Харченко Вадим Михайлович; Беседина Дарья Станиславовна; Проект «T9 NSK»; Илья Прусикин (Little Big); Дарья Серенко (фемактивистка); Фидель Агумава; Эрдни Омбадыков (официальный представитель Далай-ламы XIV в России); Рафис Кашапов; ООО "Философия ненасилия"; Фонд развития цифровых прав

Списки организаций и лиц, признанных в России иностранными агентами, см. по ссылкам:
https://minjust.gov.ru/uploaded/files/kopiya-reestr-inostrannyih-agentov-20-01-2023.pdf
https://ria.ru/20230120/inoagenty-1846393284.html

Валерий Бурт
Майя Санду хочет покончить с нейтралитетом
В Молдове продолжаются репрессии, идёт зачистка информационного пространства
01.02.2023
Монголия в объятиях массовых протестов
Люди требуют «назвать имена воров»
09.12.2022
По личному приглашению Сталина
Как Дуайт Эйзенхауэр прилетал в Москву
25.11.2022
Визит кубинского лидера в Москву говорит о многом
Две страны, у которых есть история и перспектива отношений
21.11.2022
Джорджа Мелони – кто она?
Перемены стучатся в дверь
03.10.2022
Все статьи Валерий Бурт
Новости Москвы
Все статьи темы
Последние комментарии
Почти что исповедь с проповедью
Новый комментарий от С. Югов
04.02.2023 20:10
Нерусские русские
Новый комментарий от Алексей Петрович
04.02.2023 18:43
Волгоград или Сталинград?
Новый комментарий от Zakatov
04.02.2023 18:04
«Мы все подсели на западную культуру»
Новый комментарий от учитель
04.02.2023 17:32
«Чебурашка» как потомок «Последнего богатыря»
Новый комментарий от Советский недобиток
04.02.2023 17:16
Наша брань
Новый комментарий от Игорь Бондарев
04.02.2023 15:34
Вместо декоммунизации – рекоммунизация?
Новый комментарий от Потомок подданных Императора Николая II
04.02.2023 13:50