Помню, когда вышел самый первый трейлер этого фильма - невозможно пафосный, с обещаниями чего-то ошеломительного, то ли «главного фильма года», то ли «великого кино о великой любви», его венчал титр с надписью: «МатиДьда». Да, с двумя «д». Две буквы, «л» и д», ведь стоят рядом на клавиатуре.
Это было примерно такое же предзнаменование, каким для Николая II стала Ходынка, только на уровне фарса. И все-таки мало кто тогда в полной мере осознал божественную иронию. Он же Учитель; «он ведь снимал когда-то нормальное кино», как про другого выдающегося кинодеятеля говорил герой «Шапито-шоу». Столько хороших костюмов и дорогих декораций, столько хороших актеров. Ну, будет качественная мелодрама, на которой не захочется от стыда спрятаться под кресло.
И всю дорогу, пока шли скандалы вокруг картины, я, сколько мог, защищал «Матильду» в эфире радио «Комсомольская правда» и на страницах газеты от нападок Натальи Поклонской и ее полоумных поклонников.
В итоге - никаких претензий к костюмам, декорациям и актерам. А от всего прочего лезешь под кресло и там потихоньку становишься на сторону Натальи Владимировны. Не нужно быть ни «царебожцем», ни вообще православным, чтобы на двадцатой минуте стало отчаянно неловко за Ники, Аликс, Минни и даже за Матильду. Только когда немного отходишь и успокаиваешься после просмотра, понимаешь, что лучше всего этот фильм описывается хармсовской фразой: «Мама! Пойди сюда! Фокусники приехали!» Сериалы про Распутина (хоть с Машковым, хоть с Депардье) или про Екатерину II (хоть со Снигирь, хоть с Александровой) выглядят на этом фоне очень глубокими и тонкими, элегантными и изысканными.
* * *
«Матидьда» начинается со сцены коронации; тайком прокравшаяся в собор балерина громко кричит Николаю, у которого на голове Большая императорская корона: «Ники!» Обернувшийся Николай падает в обморок от наплыва огромной любви, корона падает на пол.
Но кто же такая эта Матильда? Через минуту нам объясняют: звезда борделя, известного также как Мариинский театр. Никаких предисловий, никаких объяснений, с места в карьер: тупо бордель, и высокопоставленные особы выбирают там девочек по фотокарточкам. («Мы лучше, чем публичный дом - мы получаем казенные субсидии» - объясняет балеринам наставник в исполнении Евгения Миронова). И вот уже император Александр III (Сергей Гармаш) раскладывает перед наследником фотографии, наставительно тыча в изображение Матильды: «Вот такая тебе нужна!» Дело разворачивается в поезде, ну и все, кто хоть немного знает русскую историю, уже могут предсказать дальнейшее: поезд сойдет с рельсов, Александр III получит травму и вскоре умрет.
А Ники будут тащить на престол - а он будет упираться, потому что всерьез оценил выбор папы. О, это конец всему, эта фотография изменила все.
На первом свидании с Кшесинской несчастный принц будет обращаться с ней как с проституткой, а она в ответ закатит ему такую пламенную речь в стиле боевого НЛП («А хотите, я расскажу вам, как все у нас будет? Вы никогда больше не сможете никого любить, кроме меня...»), что несчастный Николай, оставшись на этот раз без секса, окажется пригвожден к проказнице Матильде навеки.
Какая там Аликс (будущая Александра Федоровна, предназначенная ему в жены?) Аликс же некрасивая, она жена, она сама по себе неинтересный сюжет, а вот Матильда - это да: подбавим жару. (Я понимаю, что это грубо, но в фильме, поверьте, оппозиция между красоткой Матильдой и некрасивой Аликс выглядит в десять раз грубее и пошлее, это надо увидеть, чтобы поверить; и кроме того, Учитель вообще не заморачивается на балетном искусстве - он не считает нужным предъявлять никаких доказательств, что Кшесинская была не просто умелой мужеукладчицей, но еще и выдающейся балериной. Только в одном эпизоде она пыхтя и топая, практически на спор, выполняет 32 фуэте подряд - вуаля, вот вам и балерина, а что, нет? Но есть же приличия; в конце концов, без Матильды не было бы, например, Анны Павловой, и в историю она вошла отнюдь не только как умная шалава, то и дело менявшая в карьерных целях одного великого князя на другого).
И вот Николай так исступленно любит Матильду, так мечется между чувством и долгом (никогда еще классицистический конфликт не был выражен на экране так комично), что просто чудо, что он в результате счастливо прожил в браке много лет, пока всех не убили. Извините, опять-таки - я не говорю, а пересказываю.
И эти диалоги, от которых хочется задохнуться.
Двоюродный брат будущего императора, Андрей, тихо влюблен в Матильду. Николай его спрашивает:
- Какой подарок ты ей приготовил, браслет или серьги?
- Жизнь! А то можно прожить ее и так и не понять, кто ты.
- Я тоже хочу узнать, кто я! - торжественно отвечает Николай и отправляется, значит, с этой целью предаваться любви с Матильдой. Но потом ему наставительно говорят: «Ты имеешь право на все. Кроме любви!» Ох, даже Алле Пугачевой, исполнительнице всем знакомой песенки про королей, в этот момент захочется удавиться. Но там там практически все так.
Андрея играет Григорий Добрыгин, и он великолепен. (Еще раз - там все актеры великолепны, кроме Данилы Козловского, который искренне старался и тоже был бы прекрасен, если бы в ходе монтажа его не превратили в нелепого, некстати встревающего в сюжет яростного комического бородача, не существовавшего в природе офицера Воронцова).
Андрей потом станет мужем Матильды, когда она исчерпает оставшиеся возможности. Какая все-таки интересная женщина была, может, кино про нее снять?
* * *
Во время той же несчастной коронации к Николаю подходят и говорят: «Государь, простите, но у нас тут катастрофа на Ходынке». Непосредственно во время коронации у нас происходит катастрофа на Ходынке! Все, кто читал Гиляровского - или, например, «Коронацию» Бориса Акунина, который читал Гиляровского - достаточно четко представляют себе, когда и как именно произошла катастрофа: ранним утром после коронации, не говоря уж о том, что три дня спустя. Но Алексею Учителю все равно (может, это что-то петербуржское, врожденное презрение к московским проблемам?) Для него это вообще не катастрофа, а просто возможность сделать эффектный кадр при ярком дневном свете.
Ники потом вечером гуляет, полный скорби, по Ходынскому полю, приказывает из личных средств дать по 500 рублей серебром семье каждого погибшего, а потом говорит «Дайте факел» - берет факел и ПОДЖИГАЕТ НЕЗАЖЖЕННЫЕ ФЕЙЕРВЕРКИ!
Матильда во время секса с будущим императором все время кутается в кружево, практически в какой-то оренбургский пуховый платок, чтобы эффектнее выглядело, такая вот эротика. Как выражались во времена нашей с вами юности, «романтический саксофон», только без саксофона.
И у меня больше нет никакого желания, Наталья Владимировна, пускаться с вами в пререкания - рецензия ведь уже плавно перетекла в письмо о сущности любви. Знаете, вы были абсолютно правы в одном: там все вранье. Ни малейшего доверия ни к одной сцене, ни к одному персонажу, ничего реального - просто возможность сделать эффектные кадры. И совершенно неважно, по каким именно пунктам Алексей Ефимович сможет отбиться (типа «Николай II действительно падал в обморок во время коронации») - «Матидьда» полна ослепительной фальши. И как бы ни силился отличный немецкий актер Ларс Айдингер изобразить любовь к симпатичной польской актрисе Михалине Ольшанской, Учитель своими диалогами и монтажом выжигает все доверие к этим чувствам на корню.
Денис КОРСАКОВ
колумнист, специальный корреспондент отдела культуры и светской хроники
