Турецкий президент оказался в парадоксальной ситуации. С одной стороны, он обладает колоссальной поддержкой народа. А с другой, для сохранения власти и жизни Эрдоган должен отказаться от прежних геополитических амбиций.
Метаморфоза российско-турецких отношений и вчерашний визит Эрдогана в Санкт-Петербург в очередной раз дают повод вспомнить все многочисленные афоризмы и остроты о том, что небеса покровительствуют России и управляется она непосредственно Господом.
Меньше года назад наши страны в буквальном смысле находились на грани полномасштабной войны, пару месяцев назад заморозка отношений между нами носила столь глубокий характер, что больше напоминала ледниковый период.
И вот буквально за несколько недель все изменилось кардинально, причем Россия на порядок улучшила свои позиции в отношениях с Турцией по сравнению даже с самыми «золотыми» временами в прошлом.
Так что есть повод обернуться и попытаться понять, как и почему ситуация пришла именно в эту точку.
Началось все почти век назад, когда Мустафа Кемаль Ататюрк создал современную Турцию, какой мы ее знаем и которой теперь осталось совсем немного времени. Кемалистская Турция отказалась от османской имперскости и в основу государства положила турецкий национализм. Турция Ататюрка была (тут все более уместен глагол в прошедшем времени) светской, современной и вестернизированной.
Воплощением идеалов Кемаля и гарантом продолжения его пути государством стала армия. Она регулярно устраивала перевороты, когда возникали угрозы для кемализма в стране.
Прозападность Турции естественным образом привела ее к выбору союзников и партнеров - от членства в НАТО до упорного стремления вступить в Европейский союз. А это, в свою очередь, привело к тому, что верхние слои турецкого общества и важнейшие общественные институты (система образования, армия, государственная служба) в значительной степени состоят (состояли) из приверженцев западного пути для Турции.
Однако к 2000-м годам картина перестала быть столь благостной. Да, благополучные, образованные городские жители в значительной степени поддерживали именно путь, проложенный Ататюрком. Однако все громче стал звучать голос других слоев населения - бедных, религиозных и менее образованных жителей села и депрессивных провинций.
От имени именно этих людей стал говорить Реджеп Тайип Эрдоган, пришедший к власти в 2003 году.
Турецкий президент (а тогда премьер-министр), по сути, воплощал в себе противоположность Ататюрку - исламист (пусть и умеренный), одержимый имперскими неоосманскими амбициями. Все это круто замешано на авторитаризме, авантюризме и склонности к резким, не всегда продуманным телодвижениям.
За время своего правления Эрдоган многого добился во внутренней политике. Турция при нем пережила небывалый социально-экономический взлет. Огромные массы самого бедного населения страны стали жить действительно лучше, а их поддержка обеспечила турецкому лидеру надежную опору во внешней политике, которой вполне подходят эпитеты «рискованная» и «авантюрная».
Эрдоган оказался одержим идеями возрождения имперского величия своей страны в неоосманском варианте. Под его руководством Турция самым активным образом продвигала свои интересы по всем соседям, используя для этого все возможные методы - от респектабельнейших гуманитарных (турецкие школы) до откровенно сомнительных (поддержка российских северо-кавказских боевиков и нефтеторговля с ИГИЛ).
Неудивительно, что у национального лидера, вознамерившегося возродить былое имперское величие державы и начавшего активно (и зачастую топорно) действовать для достижения этой цели, возникло большое количество недругов и недоброжелателей.
Эрдоган для спасения себя и своей семьи должен уничтожить самый продвинутый слой турецкого общества - светских образованных прозападных профессионалов. И он это делает. Прямо сейчас он разрушает армию, которая еще месяц назад была самой мощной в регионе. Он разрушает систему образования, которая была главным инструментом турецкой мягкой силы.
Разрушить легко. Создать новое трудно. На Турции как влиятельной региональной державе уже сейчас можно ставить крест - в обозримом будущем она будет заниматься своими внутренними проблемами.
И вовсе не зря два дня назад президент Ирана Хасан Роухани отпустил крайне ехидную шпильку по поводу желания России и Ирана помочь Эрдогану «для создания хороших условий в стране и решения проблем, чтобы он мог принять верное решение».
Она была немыслима еще месяц назад, поскольку тогда Турция и Иран были прямыми конкурентами в регионе, и их противоборство шло на равных. А теперь персы демонстративно указывают туркам их место как младшего партнера.
Это объясняет, почему Кремль спас Эрдогана, предупредив о перевороте, а, похоже, оказал и еще какую-то, более весомую, помощь. Данной неофициальной информации находится все больше и больше подтверждений.
У российских спецслужб и Генерального штаба хорошие аналитики.
России больше не нужно верить Эрдогану или надеяться на его порядочность. В результате совокупности обстоятельств у России теперь есть инструменты, которые позволяют держать турецкого президента в весьма жестких тисках.
В конце концов, несмотря ни на какие усилия турецкого президента, никто не может гарантировать, что в Турции не будет предпринята другая попытка переворота и что она не окажется удачной.
А как показала ночь на 16 июля, у Реджепа Эрдогана очень большие трудности, чтобы найти страну, готовую предоставить ему убежище. В результате может оказаться, что его борт будет готов принять только один аэропорт - Ростов-на-Дону.
Но для этого здесь и сейчас он должен... вести себя хорошо. И, судя по вчерашним его речам в Петербурге, он это понимает.
Источник
