Одним из главных измерений кризиса, вызванного притоком беженцев и нелегальных мигрантов в Европу, стало стремительное нарастание противоречий между центральными органами Европейского союза и национальными правительствами. Ощущая неспособность и нежелание Брюсселя эффективно решать серьёзную проблему, власти стран-членов ЕС пытаются самостоятельно защитить интересы собственных граждан в столь важной для обеспечения национальной безопасности сфере.
Одновременно растут противоречия внутри самого Евросоюза. Возникло противостояние, с одной стороны, Германии и ее союзницы Австрии, с другой - государств Центральной и Восточной Европы (ЦВЕ), обоснованно видящих в действиях Берлина и Вены, в значительной мере пользующихся молчаливой поддержкой Брюсселя, стремление переложить на страны ЦВЕ нелёгкое финансовое, политическое и социокультурное бремя.
Симптоматичным в этом плане стало намерение кабинета Виктора Орбана прекратить свободный пропуск беженцев через свою территорию в сторону Германии и Австрии.
«Мы будем выполнять наши обязательства, будем стараться регистрировать всех прибывающих мигрантов и будем защищать наши границы, - подчеркнул пресс-секретарь правительства Венгрии Золтан Ковач. - Но из-за того, что австрийские и германские лидеры общественного мнения создали ощущение, что всем беженцам рады, мигранты отказываются сотрудничать с властями, отказываются регистрироваться... Австрия пропустила тысячи человек без того, чтобы их идентифицировать. Вы даже не знаете, кого вы впускаете в страну».
Чуть позже премьер-министр Венгрии Виктор Орбан призвал власти Австрии и Германии закрыть свои границы для мигрантов. Если это не сделать, в Европу будут и дальше приезжать миллионы людей, подчеркнул Орбан, добавив, что большинство из сегодняшних мигрантов являются «экономическими беженцами». Будапешт ссылается в данном вопросе на Дублинское соглашение, согласно которому ответственность за мигрантов берет на себя первая страна ЕС, в которую они прибыли. Иными словами, беженцы стремятся в Германию и Австрию, но отвечать за них должна та же Венгрия как первая страна ЕС, оказавшаяся на их маршруте. В ходе экстренных телефонных переговоров Орбана с лидерами Германии и Австрии венгерскому премьеру удалось достичь соглашения о превентивном пропуске мигрантов в эти страны, но долгосрочным решением проблемы эта разовая акция служить не может. И Орбан вновь подтвердил свою оппозицию плану Еврокомиссии по выделению каждой стране квот на прием мигрантов.
Политика Германии, которая оказывает решающее влияние на принятие Еврокомиссией решений в том, что касается региона ЦВЕ, определяется стремлением максимально облегчить для себя бремя приёма беженцев, но при этом позиционировать себя в качестве «друга мигрантов» и притягательного для них островка стабильности и благополучия.
Понятно, что две такие задачи противоречат друг другу. Немецкие эксперты уже подсчитали, что общие расходы Германии на беженцев в 2015 году составят около 10 млрд евро. Предполагаемая сумма в четыре раза больше, чем годом ранее, когда расходы на беженцев составили 2,4 млрд евро. Тогда в ФРГ прибыли около 200 тысяч мигрантов, а в текущем году Германия готовится принять в общей сложности до 800 тысяч беженцев.
Ежегодные расходы на одного мигранта составляют 12-13 тысяч евро. В эту сумму входят стоимость жилья, питание, карманные деньги, медицинское обслуживание и административные расходы.
Ещё одна сторона проблемы - это то, что ни Еврокомиссия, ни Германия не могут предпринять решительные шаги, которые позволили бы справиться с ситуацией без потери политического имиджа, во многом построенного на пресловутом мультикультурализме. Стремительный рост радикальных настроений и в странах ЦВЕ, и в Германии налицо. Канцлер Ангела Меркель была вынуждена спешно отправиться в Саксонию с тем, чтобы попытаться снизить накал страстей в этой федеральной земле. А немецкий эксперт Ханс-Йоахим Маац счел нужным предупредить власти Берлина, что «проблематику, которая возникает вокруг ситуации с беженцами, нельзя сводить к небольшому числу радикалов». И тут вспоминаешь, что речь идет о родине национал-социализма...
Несмотря на всё это, Еврокомиссия и германское правительство по-прежнему предпочитают евроиллюзии. К тому же брюссельская бюрократия не имеет никаких средств вмешаться в ситуацию в тех регионах, откуда, собственно, в Европу и прибывают.
Безопасная и богатая Европа оказалась в кольце войн, от которых люди, спасая свои жизни, будут продолжать бежать. Польская Gazeta Wyborcza пишет: «Их может остановить или завершение этих войн, или создание такой ситуации, при которой бегство будет точно также грозить смертью. Иными словами, Европе нужно либо вмешаться в создающие миграцию конфликты, либо остановить эту миграцию силой... Сейчас и то, и другое сложно себе вообразить. Но если, как предсказывают власти Германии, в этом году туда приедут 800 тысяч беженцев, общественная реакция будет в долгосрочной перспективе катастрофической: перед ней не устоит Шенгенское соглашение»...
Пока же в кругах брюссельской бюрократии начался беспрецедентный по своему цинизму и одновременно безволию торг: можно ли разрешить национальным правительствам временно «откупаться» от квот на прием мигрантов? Еврокомиссия, в частности, рассматривает возможность замены обязательной квоты на мигрантов для членов Евросоюза денежными взносами на решение проблемы беженцев. Причем это подается как забота о Венгрии, Польше, Чехии, Словакии и других государствах, которые обвиняют Брюссель в стремлении решать проблемы беженцев за их счет.
Еврокомиссия даже здесь ведёт себя двусмысленно. В Брюсселе предупреждают, что платежи отдельных стран в особый фонд поддержки беженцев дадут возможность этим странам избежать участия в расширенном режиме квот лишь временно. Иными словами, словакам или венграм предлагается заплатить за то, чтобы сохранить у себя демографический, социально-экономический и культурно-национальный баланс, но лишь на какое-то ограниченное время. Когда же это время пройдёт, всё начнется сначала или потребуются новые отчисления в пользу Еврокомиссии. Вместе с тем в Брюсселе настаивают, что любой отказ от квот должен быть оправдан «объективными причинами». По-видимому, объективность будут оценивать опять-таки еврокомиссары и ещё госпожа Меркель.
(Окончание следует)
