Летом 2013 года истекает третий срок полномочий главы
Центрального банка России Сергея Игнатьева. Однако уже за полгода до
этого эксперты начали обсуждать его сменщика. Согласно информации
Bloomberg, в короткий список кандидатов вошли заместитель главы ЦБ
Алексей Улюкаев и два экс-министра финансов - Алексей Кудрин и Михаил
Задорнов. По мнению экспертов, наибольшими шансами обладает нынешний зам
Игнатьева Улюкаев, однако любое назначение из тройки будет означать
продолжение политики последнего десятилетия. О том, чем грозит
продолжение нынешнего курса ЦБ РФ, о кандидатурах, которые могут
появиться позже, и о том, каким должен быть новый закон о Центробанке,
рассказал Накануне.RU известный экономист, доктор экономических наук, профессор Валентин Катасонов.
Вопрос: В этом году истекает срок полномочий у главы Центробанка Сергея Игнатьева. В СМИ называют трех кандидатов на этот пост, одного из которых должен утвердить президент: Алексей Кудрин, Михаил Задорнов и Алексей Улюкаев. Что вы думаете по поводу этих персон?
Валентин Катасонов:
На самом деле, это все люди из одной обоймы. Никаких изменений при
любом раскладе я не ожидаю. В первую очередь, это касается Улюкаева,
потому что он четко шел в русле Игнатьева, а можно сказать, что Игнатьев
полностью поддерживал и обосновывал линию Улюкаева. Я эту линию не
разделяю. Что касается Кудрина, то он достаточно долго работал с
Игнатьевым, поскольку был председателем Национального банковского совета
на протяжении многих лет. Это такая надстроечная структура, которая
считается высшим органом управления ЦБ. Задорнов - тоже из этой же
команды, хотя я думаю, что вероятность его назначения на этот пост
наименьшая.
Кстати говоря, я совсем не уверен, что эти кандидатуры будут единственными. Сейчас вокруг Центрального банка началось какое-то 
шевеление.
Как вы знаете, президент Российской Федерации Путин дал поручение
Глазьеву, Российской академии наук подготовить бумагу с обоснованием
возможных изменений экономической и финансовой денежно-кредитной
политики. Уже одно это говорит о том, что нельзя полностью сбрасывать со
счетов и кандидатуру Глазьева. Я бы ее включил в список, причем с
шансами не меньшими, чем у Задорнова, но это уже совершенно другая
линия. Думаю, что очень многое определится, когда будет какая-то реакция
президента на тот документ, который должна подготовить команда Глазьева
и Российская академия наук во главе с академиком Некипеловым.
Вопрос: Игнатьев возглавлял ЦБ с 2002 года. Теперь стало очевидно, что проводимую руководством ЦБ линию надо менять?
Валентин Катасонов:
С моей точки зрения, политика Центрального банка была деструктивной. В
лучшем случае, это была политика полного бездействия, мягко выражаясь, а
в общем она была деструктивной, потому что Центробанк продолжал бубнить
насчет того, что "инфляция (борьба с инфляцией - прим. Накануне.RU) -
это главная цель политики ЦБ". На самом деле, сжимая денежную массу,
Центробанк тем самым душил российскую экономику. Сжатие денежной массы
приводило к тому, что деньги становились все дороже, дороже становилось
обслуживание кредитов, полученных предприятиями в реальном секторе
экономики - в некоторых отраслях это на сегодняшний день основная
компонента издержек производства, об этом почему-то вообще никто не
говорит. Чем дороже деньги, тем больше издержки, чем больше издержки,
тем выше цены. Это очень распространенный миф, что "надо бороться с
инфляцией сжатием денежной массы". Но это примерно то же самое, что
сказать, что надо минимизировать количество гемоглобина в крови.
Гемоглобина должно быть нормальное количество.
Центральный банк в нынешнем виде - это не Центральный банк, а валютный обменник. Такие институты называются Currency board, то есть валютное правление. Формально, конечно, сейчас появилось какое-то рефинансирование у ЦБ, но это очень короткие деньги, которые выдаются всего на несколько дней, и на эти деньги нельзя проводить ни индустриализацию, ни серьезную инвестиционную политику. У Currency board своей политики быть просто не может. Этот институт плывет по волнам мировых финансов. Если увеличиваются золотовалютные резервы Центрального банка, значит увеличивается и рублевая масса. А резервы зависят от двух факторов - от цен на "черное золото" на мировом рынке и от притока-оттока иностранных инвестиций. А мы этими процессами не управляем, поэтому создается иллюзия, что Игнатьев чем-то управляет. Ничем он не управляет! Он занимается там, извините, психотерапевтическими сеансами: мол, мы что-то делаем, что-то изменяем, проводим какую-то политику.
Вопрос: Когда говорят о Центробанке, так или иначе, всплывает вопрос о собственном "печатном станке". Нужен он России?
Валентин Катасонов: Обязательно. Это важнейший признак национального суверенитета. Если его нет, значит, страна не суверенна, значит, это колония. Я жестко говорю, но это так.
Вопрос: Что нужно сделать для того, чтобы реализовать наше право на эмиссию своей валюты?
Валентин Катасонов:
Это вопрос не для экономистов, а для политиков. На днях я был на
совещании у Сергея Глазьева, где собрались, в том числе макроэкономисты.
Многие из них говорили правильные вещи, но я им сказал, что новое вино в
старые меха не вливают. Для того чтобы реализовать все эти
макроэкономические рекомендации, необходимо вносить поправки в закон о
Центральном банке. Это должны быть настолько серьезные поправки, что
речь должна идти фактически о новом законе о Центральном банке, о его
статусе, о его целях. На сегодняшний день Центральный банк - это кошка,
которая гуляет сама по себе. Не сама по себе, конечно. Определенные
управленческие импульсы идут из Международного валютного фонда, из
Федеральной резервной системы, из Банка международных расчетов. На те
импульсы Центральный банк реагирует. А со стороны нашей исполнительной
власти, законодательной власти все их призывы не воспринимаются. Могу
даже привести пример. Степашин пытался организовать настоящий
полноценный аудит Центрального банка, а господин Кудрин где-то в
2009-2010 году отбил эту атаку, будучи председателем Национального
банковского совета. Чиновники Центрального банка у нас имеют такой
иммунитет, какого не имеют даже депутаты. Что-то я не слышал, чтобы
кто-то из чиновников ЦБ был привлечен к уголовной ответственности. ЦБ
- это "вещь в себе", государство в государстве, и, пока мы не будем
иметь действительно свой Центральный банк, о суверенитете говорить не
приходится.
Вопрос: Согласно информации, озвученной в СМИ, главу ЦБ Путин должен назначить к марту. На этот же срок запланирован документ Глазьева...
Валентин Катасонов: Да, тут так запутывается сейчас все, что даже трудно сказать, какие будут алгоритмы. В принципе, думаю, что бумага Глазьева в определенном смысле будет информацией для размышления для президента Путина и может оказать влияние на его выбор. Понятно, что президент только рекомендует, а не назначает.
Вопрос: На днях широко обсуждалось возможное ужесточение доктрины внешней политики со стороны Путина, и некоторые эксперты высказывают предположения, что президент готовит определенные действия для движения в этом направлении. Может ли в этом плане появиться новый закон о Центробанке, с учетом тех поправок, о которых вы говорили?
Валентин Катасонов: Может быть, я сейчас выдам некую тайну. Накануне я задал вопрос Сергею Глазьеву и спросил его, будет ли он в своей бумаге вносить проект поправок к закону о Центробанке, но почувствовал, что он на этот вопрос не готов отвечать. Без этого шага все остальные макроэкономические рекомендации - не более, чем благие пожелания, которые Центральный банк, естественно, проигнорирует. В ответ мне сказали, что если я предлагаю, то могу сам и подготовить. На самом деле, это серьезное политическое решение, так оно не готовится, как вы понимаете, не делается "на коленке".
Вопрос: Тем не менее, если бы такая возможность представилась, какие бы рекомендации вы предложили?
Валентин Катасонов:
Прежде всего, я думаю, что надо изменить цели, сделать так, чтобы
главными целями стало обеспечение экономического развития, полная
занятость, инвестиции, хотя бы примерно так, как в законе "О федеральном
резерве" это прописано. Далее, статус, который действительно позволяет
законодательной и исполнительной власти контролировать деятельность
Центробанка. Центробанк - это инструмент общей государственной политики,
он не должен быть автономен. Я понимаю, что это еще одна мифологема,
что Центральный банк должен быть автономен. Эта мифологема формировалась
на протяжении последних ста лет, и человек непосвященный считает, что
так и должно быть, а человек посвященный, конечно, понимает, что это
игры мировой финансовой олигархии, которая основные Центральные банки
мира поставила под свое управление.
Третий момент - регулярный аудит, потому что результаты нашей экономической деятельности - это, в основном, результаты добычи и экспорта нефти и газа, все это аккумулируется в виде валютных резервов, но на каких условиях они помещаются в резервы, мы практически не знаем. Степашин в 2009-2010 годах и пытался разобраться в этом вопросе, но ему не дали. Была предоставлена какая-то записка на основе вторичных данных, предоставленных Центральным банком об эффективности использования валютных резервов, есть и в годовых отчетах Центрального банка соответствующие цифры, которые показывают отрицательную эффективность. Однако нас в данном случае интересуют первичные документы - договора, соглашения по поводу размещения тех или иных валютных траншей на депозитных счетах западных банков, те или иные документы, отражающие данные по покупке и продаже ценных бумаг. Вот это, собственно, и есть настоящий аудит. Об этом пока никто даже не заикается. Необходимо также введение валютного регулирования, валютного контроля, потому что в противном случае любые попытки Центрального банка направлять деньги в приоритетные отрасли, крупные проекты закончатся тем, что деньги просто уйдут за границу. Поэтому Центральный банк должен реанимировать свою функцию по регулированию валютного контроля. Сегодня эта функция Центрального банка фактически исчезла. Можно долго еще перечислять.
Вопрос: Что будет, если пресловутый "печатный станок" в России будет запущен? Как это отразится на инфляции, на стоимости кредитов и т.д.?
Валентин Катасонов: Это зависит от опыта и профессиональных знаний тех людей, которые будут создавать такую систему денежной эмиссии. На самом деле, ничего сверхсложного тут нет, это же не запуск человека на Луну. Денег будет ровно столько, сколько будет товаров - должна быть сбалансированная экономика, и в этой сбалансированной экономике, конечно, инфляции быть не должно. Повторюсь, что это достаточно грубая схема, потому что если мы не пресечем каналы коррупции, то деньги будут уходить за пределы приоритетных отраслей, пределы приоритетных проектов. В результате опять нарушится равновесие товара и денежного предложения. Здесь нужны достаточно серьезные новации в части борьбы с коррупцией, утечки капитала за границу, с уходом денег в серую и черную экономику. Так что, на самом деле, если выстраивать денежно-кредитную политику, то это надо делать в контексте всей экономической политики. Денежная эмиссия должна быть ориентирована на конкретные инвестиционные проекты. Инвестиционные проекты должны вписываться в инвестиционные программы, а инвестиционные программы, в свою очередь, должны вписываться в стратегию развития. Словом, денежно-кредитная политика должна тесно координироваться с экономической инвестиционной и промышленной политикой. В отрыве от общей экономической политики выстроить здоровую денежно-кредитную политику практически невозможно.
