«Ни в коем случае нельзя поститься в отрыве от молитвы»

Вечером 22 февраля 2026 года, в Неделю сыропустную, воспоминание Адамова изгнания (Прощеное воскресенье), Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл молился за вечерней и возглавил чин прощения в кафедральном соборном Храме Христа Спасителя г. Москвы, сообщает Патриархия.ru.

В храме молились также: митрополит Воскресенский Григорий, управляющий делами Московской Патриархии, первый викарий Патриарха Московского и всея Руси по г. Москве; епископ Раменский Алексий, личный секретарь Святейшего Патриарха Кирилла; протоиерей Михаил Рязанцев, ключарь Храма Христа Спасителя; духовенство и миряне. 

Богослужебные песнопения исполнили Патриарший и камерный хоры Храма Христа Спасителя (регенты И.Б. Толкачев и С.С. Сидоренко).

Богослужение транслировалось в прямом эфире на телеканалах «Союз» и «Спас», а также на официальном портале Русской Православной Церкви Патриархия.ru.

Первая часть службы совершалась в светлых облачениях. После пения великого прокимна и закрытия Царских врат духовенство переоблачилось в великопостные черные ризы.

В конце вечерни была прочитана молитва св. Ефрема Сирина «Господи и Владыко живота моего». Святейший Патриарх Кирилл прочитал молитвы на начало Великого поста и обратился к участникам богослужения с Первосвятительским словом:

«Этим богослужением мы вступили в поприще Великого поста. Пост, как мы все хорошо знаем, есть время самоограничения, связанного с отказом от вкушения скоромной пищи, от участия в каких-то увеселениях. И, конечно, пост предполагает особую концентрацию нашего внимания на молитве.

Каждый православный человек молится утром и вечером, но пост есть некое требование к каждому из нас, чтобы мы обновили своё отношение к молитве. Не просто произносили известные нам слова, но старались во время молитвы действительно обращаться к Богу, пусть и словами из молитвослова, а не только своими собственными.

Ведь молитва осуществляет связь человека с Господом, и никакой другой связи с Ним нет. Только молитва, и потому пренебрежение молитвой — это какое-то самоистязание. Если человек не молится, зачем ему вообще в храм ходить? Если он не молится, зачем ещё какие-то обрядовые установления исполнять? Если нет молитвы — искренней, сердечной, исполненной веры — то всё остальное — медь звучащая и кимвал бряцающий (см. 1 Кор. 13:1), некая обрядность, которая может кому-то нравиться с эстетической точки зрения, но вряд ли приносит пользу.

Если мы ходим в храм или читаем молитвенные тексты дома, это означает, что мы участвуем в молитве. Но молитва не должна быть только произнесением каких-то слов. Мы должны сконцентрировать своё внимание. Мы должны напрячь свои силы. Мы должны предстать пред лицом Божиим. Предстать пред нашим Судьёй, нашим милостивым Отцом, и обратиться к Нему со словами, которые для нас очень важны. Ведь мы Его просим о том, что для нас действительно важно, без чего и жить будет тяжело.

Такое отношение к молитве, конечно, очень мобилизует человека, хотя нередко может и утомлять. В своё время я спрашивал афонских монахов: "Вы в таких трудных условиях живёте — это и пост, и различные ограничения, — а что для вас самое трудное?" Очень часто я слышал в ответ: "Самое трудное — это молитва". И это действительно так.

Но если у человека нет опыта молитвы, то он не может считать себя верующим, религиозным. Само слово "религия" в переводе с латинского означает "связь" — связь с Богом. А эту связь мы устанавливаем только через молитву. Нет молитвы — нет и связи с Богом, нет религии. Религия остаётся как некое культурное или историческое явление, но она теряет всю свою силу. Человек не молящийся напрасно называет себя верующим, потому что в чём тогда вера выражается, если нет связи с Богом?

Поэтому ещё и ещё раз давайте скажем самим себе: во время Великого поста, посещая богослужения или молясь дома, обратим особое внимание на качество нашей молитвы. Не нужно, молясь, пытаться сделать что-то невозможное. Не нужно накладывать на себя особые требования. Самое главное — осознать совершенно ясно, что мы предстоим Богу и только молитва связывает нас с Господом. А если молитвы нет, то нет и связи, а значит, нет и религиозного чувства.

Именно это мне хотелось сказать в преддверии Великого поста, потому что пост располагает к молитве. Большинство православных людей посещают богослужения и утром, и вечером, особенно на первой седмице Великого поста. А если люди утром работают и не могут прийти, то часто приходят вечером, чтобы молиться под слова канона Андрея Критского. Другими словами, пост — это время, когда человек, даже не очень воцерковлённый, считает для себя необходимым чаще приходить в храм, а значит, чаще возносить к Богу свою молитву.

Но есть ещё одно очень важное действие, которое помогает человеку изменить себя, насколько это возможно, в течение поста, — это воздержание. Именно поэтому Церковь предлагает воздержание от определенных видов пищи. Кто-то однажды мне сказал: "Да какая разница, что я ем? Главное — не что я ем, не то, что в меня входит, а то, что от меня исходит. А я стараюсь не обижать людей, не говорить плохих слов, и вообще кому какое дело, что я с утра ем, — колбасу или хлеб?" С точки зрения светской логики это вроде имеет смысл. А на самом деле это огромная ошибка, потому что воздержание от пищи — это наложение на себя определенных обязательств пред Богом.

Конечно, Богу не нужны наши постные дни — Он всемогущий, всесильный, Создатель мира. Это нужно нам, если мы ради Бога ограничиваем себя и в том виде пищи, к которому привыкли, которому радуемся, и делаем это не просто так, а вкладывая в это религиозный смысл: "Это моя маленькая жертва Господу, и верю, что Он ее примет и поможет мне быть ближе к Нему". Поэтому молитва и воздержание являются способом и средствами обновления нашей духовной жизни в течение Великого поста.

Четыредесятница — это долгое время, и на некоем эмоциональном энтузиазме не продержишься. Для сохранения всей дисциплины Великого поста нужна, во-первых, твердая уверенность в том, что именно так нужно поступать. И, во-вторых, понимание того, что даже небольшое усилие с нашей стороны, как воздержание от пищи или посещение богослужений, — это единственное средство, которое может нас, грешных, недостойных, заблуждающихся, находящихся в оковах этой земной жизни, падающих, но встающих, приблизить к Господу и Спасителю нашему. Если бы не было так, если бы пост не приводил к достижению таких высоких целей, то никто бы никогда и не постился. А с какой стати? Проходит пост, а на душе ничего, может быть, даже хуже.

Кстати, иногда бывает и такое, как мне сказала одна благочестивая старица, "молитвенное озлобление". Старица жила в одном из монастырей, и я имел с ней духовную беседу, ещё будучи юношей. Она и сказала мне о "молитвенном озлоблении". Я спросил: "А в чём оно выражается?" — "А в том, что человек постится, молится, но становится от этого ещё более злым". Почему? Потому что пост ослабляет физические силы человека, влияет и на нервную систему, и если пост не сопровождается искренней молитвой, то, конечно, может спровоцировать отрицательную эмоциональную реакцию.

Поэтому ни в коем случае нельзя поститься в отрыве от молитвы. Нельзя поститься, а в храм не ходить. Нельзя поститься, а не читать слова Божиего. Потому что тогда ограничение в принятии определённого вида пищи может не благу послужить, а наоборот, привести к возникновению духовных проблем.

Молитва, воздержание от пищи — это важные факторы, помогающие человеку изменить образ мыслей, как-то повлиять на свои чувства. Но всё это возможно только тогда, когда молитва и воздержание не являются чем-то автоматическим, исключительно обрядовым, на грани фольклора и обычая. А иначе и от поста, и от молитвы будет мало пользы.

Посещая храм Божий во время Великого поста, мы должны о многом просить Господа. Во время длинных богослужений мы можем и о себе подумать — проанализировать свою жизнь, своё поведение. Такой самоанализ очень необходим православному христианину, причём он не требует участия третьего лица — только ты сам пред Господом. Конечно, чтобы получить прощение грехов, нужно перед священником исповедоваться в храме, но у себя в келье или комнате можно очень многое сделать в плане коррекции своей духовной траектории.

Размышление над самим собой, молитва к Господу, воздержание, покаяние формируют лучшие условия для духовного возрастания. Поэтому пост — это не тяжелое время, не какие-то бремена, которые возлагаются на человека. Напротив, пост помогает нам стать лучше, обновить свои духовные силы, приблизиться к Господу, научиться, а это очень важно, иному отношению с ближними. Увидеть в них тех, кого не стоит обижать, ведь всякие обиды, которые мы им наносим, разрушают ткань добрых отношений, а потому представляют опасность и для человеческого общежития, и для нашего духовного состояния. Беречь мир с окружающими — ничуть не менее важно, чем соблюдать пост, ограничивая себя в том или ином виде пищи.

Итак, молитва, воздержание от действий, которые могут повредить нашему общению с другими, — это и есть силы и средства, которыми мы должны вооружиться в течение Великого поста и использовать их для того, чтобы наша духовная жизнь и мы сами действительно изменились к лучшему. И да помогает нам Господь именно так провести поприще Великого поста — в молитве, в воздержании, в самоконтроле, в борьбе со слабостями и недугами духовными, о которых только мы сами и знаем, — с тем чтобы в Светлое Христово Воскресение мы могли не только услышать радостные богослужебные песнопения, но и почувствовать радость перемен в своей жизни. Аминь».

Затем Предстоятель Русской̆ Православной̆ Церкви испросил прощения у клира и верующего народа.

По традиции участники богослужения попросили друг у друга прощения.