Изучающие поведение и психику человека психологи и нейробиологи в своих исследованиях едины в одном: всё, воспринимаемое человеком, происходит в его мозге, который управляет нашими действиями. При прямом воздействии на органы чувств – слух, зрение, вкус, обоняние и осязание, на которые происходит это влияние, активное или пассивное, – формируется полная картина воспринимаемой информации о предметах, объектах, системе знаний, понятийное мышление.
Естественно, что все органы чувств связаны между собой, поэтому единый образ возникает у человека даже тогда, когда на его сознание и психику воздействуют сразу всеми типами информации. И хотя у каждого человека свой главный способ её воспринимать: зрительный, слуховой, тактильный или логический, если постоянно влиять на него, то через очень небольшое время можно получить требуемый продукт – другую личность, соответствующую среде обитания. Что и произошло с украинским народом – усилиями киевского режима «украинствующих». Посредством постоянного воздействия на сознание людей всеми средствами массовой информации Украины было создано новое общество.
В условиях, когда после развала СССР на Украине происходила тотальная деградация культуры, науки и образования, их упрощение, то после 2014 года и начала СВО этот процесс многократно усилился благодаря украинским СМИ: множеству ТВ-каналов, Интернету, социальным сетям. Именно на упрощение, деградацию мысли и невежество своих граждан делалась и делается ставка украинствующих и их зарубежных хозяев, которые в конечном итоге и получают главную прибыль от всех этих разрушительных процессов, происходящих в головах людей.
Суть украинства хорошо выразил в своей работе «Украинствующие и мы», написанной ещё в 1939 году, русский политический деятель, известный публицист, по убеждениям националист и монархист, Василий Шульгин. Он родился и вырос в Киеве, поэтому хорошо знал политическую среду тогдашней Малороссии.
Шульгин считал украинство типичной сектой и выделял три категории украинствующих: «1. Честные, но незнающие. Это те, которых обманывают. 2. Знающие, но бесчестные; призвание сих обманывать "младшего брата". 3. Знающие и честные. Это маньяки раскола; они обманывают самих себя» (Шульгин В.В. Украинствующие и мы. Белград: Изд. Н.З. Рыбинского, 1939. С. 5).
Первая категория в настоящее время – это подавляющая часть населения современной Украины. Сформировались поколения, которым с детства промывали мозги на темы «древней истории Украины», «роли украинского народа в развитии Европы, Азиатского континента и всего человечества», «кто настоящие герои Украины»… Им невдомёк, что назначенными героями этой выдуманной страны в реальности были убийцы, палачи и предатели своего народа.
Интересно, что уже тогда, в 1930-е годы, Шульгин весьма точно отметил: «Никогда не следует забывать, что и сейчас, как и прежде, ставка украинствующих – на народное невежество. Просвещение такой же враг для них, как заря для злых духов» (там же).
Возвращаясь к современному положению на Украине, отмечу, что за последние пятнадцать лет проводимая там пропаганда не только стала крайне агрессивной, но фактически превратилась в государственную идеологию. Людей с юных лет «зомбируют» на тему украинства посредством СМИ, особенно телевидения, которое доходит до каждой семьи. Тех же, кто пытается идти против этой линии, «зачищают» по всем направлениям, вплоть до физической ликвидации.
В настоящее время можно смело назвать украинское телевидение видом оружия массового поражения разума народа. Все средства массовой информации Украины за прошедшие четыре года ведения СВО, работая в режиме 24/7, занимаются деятельностью, направленной на изменение сознания масс. Украинское ТВ в этом ряду стало наиболее мощным инструментом пропаганды, особенно после закрытия в стране всех оппозиционных ТВ-каналов.
Сегодня в сознание украинцев вкладывают различные, порой до нелепости смешные и глупые нарративы. Правду смешивают с полуправдой и убедительно настаивают на полной выдумке, на фейке. Этот способ ведения информационной войны влияет не только на украинское население, но и на иностранных зрителей и даже на граждан России. Украинские СМИ, работающие на киевский режим, создающие для своего населения выдуманную реальность, ежедневно её поддерживают. Главное поле их деятельности – текущая информация и история. Это позволяет управлять настоящим и программировать будущее.
Таким образом киевская власть сформировала чудовищную по своей сути социальную среду, в которой главную роль играет разнузданный и абсолютно оторванный от существующей реальности пропагандистский вздор, или полная ахинея. Обманутый украинский народ верит пропаганде власти и с крайней раздражительностью реагирует на любую альтернативную точку зрения.
Однако такое, казалось бы, бредовое содержание украинской пропаганды считать признаком глупости и некомпетентности её творцов нельзя. Вспомним доктора Геббельса с его знаменитыми высказываниями: «Чем чудовищнее ложь, тем охотнее в неё поверят», «Дайте мне средства массовой информации, и я из любого народа сделаю стадо свиней». Не забудем, что это было сказано более восьмидесяти лет тому назад. Что же говорить о современных, более совершенных методиках превращения людей в зомби?
В действительности в украинских идеологических штабах, в том числе в военной структуре Армии, Центрах информационно-психологических операций ВСУ (ЦИПсО), сидят не только беспринципные информдиверсанты, организаторы майданов, но и лучшие специалисты западных спецслужб, таких как ЦРУ и МИ-6, которые уже многие десятилетия активно занимаются манипуляциями общественным мнением и общественным сознанием, участвуют во всех международных конфликтах на планете.
По примеру своих хозяев украинские инфоспециалисты активно участвуют в проведении информационно-психологических операций, а именно – манипулировании чувствами и страхом; телефонном терроризме; создании при помощи телевидения другой реальности; создании атмосферы аморальности; отключении исторической памяти. Главная цель таких действий – подрыв доверия к решениям военного и политического руководства РФ, формирование сомнения и предубеждения в отношении добросовестности работы органов власти в нашей стране, в целом же – дестабилизация внутриполитических настроений в России.
На Украине мало того, что попираются все нормы и принципы демократии, там создана подлинная тирания, о которой молчат СМИ «цивилизованного» Запада. Народ безмолвствует, потому что сила воздействия на психику людей со стороны режима намного превышает силу сопротивления и недовольства масс. К тому же нельзя сбрасывать со счетов суровые карательные меры, которые применяются к тем, кто не поддерживает государственную политику, в том числе к тем, кто во время военных действий сдался в плен.
Для облегчения сдачи украинских боевиков наше Министерство обороны распространяет для них информацию о радиочастотах, на которых можно договориться с российскими военными. Но эти радиочастоты также активно ловят и прослушивают украинские спецслужбы, которые действуют по методичке ВСУ, где написано, что в случае ухода военнослужащих с занимаемых позиций их требуется уничтожать. Для этих целей ВСУ имеют в своём составе карательные и националистические батальоны, которые уничтожают оставляющих фронт военных всеми доступными средствами, в основном с помощью дронов.
Если при сдаче в плен солдат не был уничтожен своими же войсками, то на родине, он это хорошо знает, его ожидает не очень радужное будущее. Поэтому, когда мы наблюдаем процедуру обмена пленными, то в глазах украинских военных видим тоску и отчаяние. Каждый из них понимает – по возвращении домой его ждет либо тюрьма, либо отправка назад на фронт. Других перспектив, как правило, нет.
На основании вышесказанного становится понятным, почему в своём большинстве украинские военные массово не сдаются в плен и не оставляют без боя своих позиций, и почему они по-прежнему ходят в контратаки, пытаясь вернуть освобожденные нашими войсками населенные пункты. Происходит это по причине активной пропаганды режима.
Бытующее у нас утверждение, что украинцы массово не сдаются в плен из-за того, что боятся быть расстрелянными своими же сослуживцами, вряд ли соответствует истине. По большому счету, граждане Украины вполне осознанно делают свой выбор, и прежде всего благодаря воздействию на их сознание украинских государственных СМИ.
Так, согласно результатам социологического исследования, проведенного украинским Центром Разумкова (Киев), «в возможность военной победы в конфликте с Россией верят 58,8% украинских граждан» — это высокий процент, и только «18,3% считают такой сценарий маловероятным». Значит, за четыре года киевский режим и подконтрольные ему СМИ сумели добиться больших успехов в деле разжигания ненависти украинцев к России и нашим гражданам.
Участники исследования также ответили на вопрос о возможных уступках в ходе переговоров с Россией, если бы решение зависело лично от них. «Лишь 8,1% респондентов согласились бы на территориальные уступки, 10,1% — на отказ от проевропейского курса развития государства, тогда как 62,3% заявили о неготовности идти на уступки ни по одному из перечисленных пунктов». Вот таковы результаты работы СМИ.
Победные реляции, которые регулярно транслируются с экранов наших телевизоров о том, сколько уничтожено личного состава и техники противника, не являются объективными показателями действий ВСУ и не объясняют, почему они без боя не сдают ни один населенный пункт. Конечно, исходя из геополитической обстановки, усилий президента США Д. Трампа закончить войну, мы ждем того времени, когда украинский фронт посыплется. Но этого пока нет!
Несмотря на то, что каждый день наши войска освобождают очередные населенные пункты, продвижение вперёд идёт очень медленно, украинцы изо всех сил стараются не дать противнику занять их территорию. Народ Украины через СМИ ежедневно получает прививку злобы и враждебности к России и русским. Они всерьёз считают, что мы напали на их Родину и хотим её завоевать. Это объясняет тот феномен, почему даже заблокированные и полностью окруженные, без боеприпасов и питания, украинские военные сдаваться в плен не спешат.
К тому же и украинцы, и их западные хозяева уверенно твердят о возврате якобы захваченных нашими войсками территорий, совершенно забывая о проживающем там гражданском населении. И это несмотря на то, что всем здравомыслящим людям понятно, что свободолюбивый Донбасс, Херсонская и Запорожская области никогда не вернутся назад в украинское пристанище, потому что население этих территорий, также как Николаевской, Одесской и Харьковской областей, никакими корнями никак не было связано с украинством, бандеровщиной и расцветшем на Украине сатанизмом.
Они испокон веков были русскими, входили в состав Российской империи как Новороссия и Слобожанщина. Тем не менее, на переговорах о подписании Договора о мире, идущих в настоящее время между делегациями России и Украины при посредничестве США, одним из главных пунктов рассматривается возвращение в состав Украины Донбасса – якобы этот вопрос является главным препятствием к миру, судя по заявлениям американской стороны.
Но если представить даже гипотетически, в кошмарном сне, что будет возможен какой-то делёж этих уже освобожденных земель и возврат их Украине, то каждому понятно, какое будущее ожидает население этих территорий. Оно будет беспощадно уничтожаться, прежде всего, на основании украинского закона о сепаратизме. И вина этих людей будет состоять лишь в том, что они какое-то время, в ходе СВО, проживали на территории Российской Федерации.
Не следует гадать на кофейной гуще о других вариантах возможной судьбы этих людей. Стоит просто вспомнить события сентября-октября 2022 года, когда наши войска в ходе наступления ВСУ сдали города Харьковской области: Балаклею, Изюм и Купянск. Вошедшие вслед за войсками нацбатальоны и подразделения СБУ провели чистки, результаты которых до сих пор не обнародованы.
Вспомним, как тогда были убиты воспитатели, учителя, преподаватели училищ и колледжей только за то, что в период нахождения этих территорий под контролем российских войск они прошли обучение и профессиональную переподготовку в Крыму, возвратившись домой с учебниками и методичками на русском языке, планируя применять их при обучении детей в школах и средних учебных заведениях. Те, кто не смогли удержать эти города и другие поселки на оставленных территориях, совершили очень большую ошибку.
Таким образом, мы наблюдаем и констатируем, что потенциал украинского духа ещё очень высок. Как бы грубо ни работали ТЦК в городах и сёлах, и как бы нас ни убеждали в том, что главной причиной украинской стойкости является то, что за передовыми позициями украинской армии стоят националистические батальоны, фронт продолжает держаться. На самом деле упорство украинцев обуславливается совокупностью различных факторов, которые следует внимательно изучать, прежде всего, военному ведомству.
Нас зачем-то продолжают убеждать, что «украинская армия деморализована и бежит», «моральное состояние ВСУ находится на крайне низком уровне». И всё это на фоне информации о том, что после очередного освобождения нашими войсками территорий, части ВСУ, несмотря на большие потери, осуществляют множественные попытки вернуть тот или иной населенный пункт. Контратаки следует одна за другой.
И только когда украинское командование бросает своих подчиненных на произвол судьбы, солдаты, потеряв надежду вырваться из окружения, используют единственный шанс остаться живыми – сдаются в плен. Получается какой-то парадокс – когда «частично мотивированные» и «насильно мобилизованные» украинцы держат свою позицию до последнего патрона. И их не пугают никакие заградотряды.
Существует мнение, что украинские военные хорошо обработаны своей пропагандой и верят информации о «зверствах», которые их ждут в российском плену в случае сдачи в плен. На самом деле они наверняка прекрасно знают об истинном положении в нашем плену, но действуют согласно методичкам ЦИПсО как вести себя в таких случаях. Неслучайно все пленные пересказывают стандартную речёвку: дескать, в войсках они были поварами, помощниками по кухне и водителями, автомат даже в руках не держали. И далее с продолжением набора формализованных фраз типа: кончились боеприпасы, изголодались, устали, бросили командиры…
Правильно подмечают военкоры, о чём написал в своей статье Валерий Панов, что «Почти никто из бойцов никогда не сказал, что он хотел перебежать к русским братьям, что он ненавидит нацизм, киевский режим, бандеровцев. Не пришлось слышать нашим военным и о том, что они ненавидят нацизм, киевский режим, бандеровцев, врагов Православия. И что в беседах с дознавателями, военкорами, другими специалистами они хотят драться за освобождение Украины от западных марионеток у власти, уничтожающих народ и разрушающих страну». Получается, нет у них искреннего раскаяния, желания освободить душу откровенным признанием преступности того, за что они воевали и за что уничтожали мирное население Донбасса. Зомбирование душ и сердец дошло до крайней точки невозврата.
К сожалению, противостоять пропаганде киевского режима, используя их же оружие, мы до сих пор не можем. Поэтому и ненависть к России и русским у всех поколений украинцев с каждым днём только возрастает.
Непонятно почему, но в Военно-политическом управлении ВС РФ не изучается, прямо скажем, феномен поведения украинских солдат, которые не сдаются массово в плен, не исследуется реакция украинского народа на действия СМИ, не проводится комплекс мер, направленных на борьбу с идеологической пропагандой украинских спецслужб – так называемая контр или спецпропаганда.
В советское время руководство нашей страны и МО отлично понимали, что такое психологическая и гибридная война. Накануне Великой Отечественной войны в Главном Политическом управлении МО СССР было создано отдельное 7 Управление, которое целенаправленно занималось подрывом морально-психологического состояния солдат и офицеров вермахта и армий стран-союзниц Третьего рейха, а позже активно работало с местным населением в Афганистане и бандформированиями мятежников.
Как офицер, прошедший войну в Афганистане, хочу напомнить, как тогда проводилась спецпропаганда. В Афганистане в составе каждого соединения советских войск имелись Отряды пропаганды и агитации (ОПА). Эти подразделения выезжали вместе с частями в районы боевых действий и работали с местным населением. Ими проводилось залистование кишлаков и районов сосредоточения бандформирований. Как с воздуха, так и посредством артиллерии к воюющим сторонам и простым дехканам доставлялись листовки-обращения и другая литература. Работали радиовещательные установки. На встречах с местными жителями объяснялось, каковы цели и задачи советских войск на Афганской земле, их знакомили с жизнью в СССР, рассказывали, какой станет жизнь простых афганцев после окончательной победы Саурской Революции. Работа этих подразделений была крайне востребована. ОПА зарекомендовали себя с лучшей стороны.
Почему же в XXI веке, за четыре года военных действий, в составе наших войск, выполняющих задачи в ходе Специальной военной операции на Украине, таких подразделений нет? Почему не возобновило работу расформированное в 1991 году Управление спецпропаганды – непонятно. И это при том, что наши славянские народы (вернее – две родственные части одного народа), в отличие от эпохи Великой Отечественной войны и войны в Афганистане, не имеют языковых барьеров! Ведь по большому счету СВО является «специальной операцией» именно потому, что особое внимание должно в ней уделяться вопросам работы с местным населением и военнослужащими Украины.
Если бы в нашей Армии существовала структура контр- и спец- пропаганды, то она вполне успешно работала бы на политическое прозрение солдат и офицеров противника, осуществляла подрыв их морально-боевого духа, прекращение сопротивления и капитуляцию. Вместе с другими мероприятиями и действиями спецпропаганды обеспечивала трансляцию передач по местному украинскому радио и телевидению на русском языке с информированием населения Украины о целях, задачах и дальнейших действиях российской армии на её территории.
Давно назрела необходимость снять напряжённость, возникшую в отношениях между украинцами и русскими, остающимися единым народом независимо от территории проживания. Открытым остаётся вопрос: почему на Украине не прекращена работа информационных каналов, являющихся мощным информационным оружием неонацистов? Почему не уничтожаются Центры спецпропаганды? Ведь они тоже военные объекты!
Патриоты и ветераны Вооруженных сил не понимают, почему сегодня мы не соблюдаем преемственности выполнения целей и задач, которыми прежде занимались структуры, очень важные для нужд Армии и страны! Структуры, которые могли бы противодействовать развязанной против нас психологической и информационной войне!
Почему МО упорно не занимается спецпропагандой в то время, когда против нас работают тысячи западных фондов, комиссий и организаций, включая огромные силы Центров информационно-психологических операций (ЦИПсО) Украины, созданных по указанию и на деньги западных спецслужб?
Эти особые подразделения в составе ВСУ состоят в том числе из «солдат за компьютерами», которые ежедневно совершают многомиллионные психологические и информационные атаки, действуют через социальные сети, телефонные звонки и т.п., воздействуя на сознание и психику наших граждан, особенно молодёжи.
Неслучайно ЦИПсО изначально были частью разведки украинских сил, с 2016 года перешедшей в отдельный род войск Украины — Силы специальных операций (ССО), которые формировались по примеру подобных структур, существующих почти во всех странах Запада, и прежде всего в Армии США.
Таким образом, тогда как у нашего противника имеется для борьбы с нами целый род войск с соответствующим арсеналом сил и средств, у нас ни в составе МО, ни в другой силовой структуре нет аналогичного, отвечающего запросам времени, подразделения спецпропаганды! И это при том, что военное руководство не может не понимать, что в результате однобокой политики только силового подавления противника гибнет живая сила с обеих сторон. При сложившейся ситуации – гибнут не только украинцы, но и наши доблестные военные.
Крайне важной составляющей для проведения мероприятий спецпропаганды являются подготовленные кадры. С 1942 года вопросами подготовки и обучения будущих офицеров спецпропаганды занимался Военный институт иностранных языков, где существовал специальный факультет.
К сожалению, в настоящее время в составе Военного университета МО нет даже кафедры спецпропаганды. Это означает, что во властных структурах страны и МО преобладает мнение, что спецпропагандой и вопросами психологической войны, в том числе противодействием проводимой Западам против нас в общем масштабе гибридной войны, заниматься не нужно. Хотя во всех армиях мира этим вопросам уделяется очень большое и пристальное внимание!
В то же время за четыре года проведения СВО вопросы создания Министерства пропаганды (контрпропаганды) или Управления спецпропаганды в составе Министерства Обороны всё-таки поднимались. На различных уровнях. По этому вопросу от имени ветеранских организаций писали также депутаты Государственной Думы, обращаясь непосредственно в Военно-политическое управление МО.
Но, видимо, в МО, включая Военно-политическое управление, нет понимания значения спецпропаганды и какие необходимы мероприятия по противодействию психологической войне. Такое положение очень опасно для нашего государства и его Вооруженных сил в период, когда против нашей страны ведется гибридная война со стороны всего так называемого цивилизованного мира.
Боевые действия на Украине продолжаются, и неизвестно, сколько ещё продлится эта война. Но то, что в дальнейшем, даже после подписания мирных соглашений, нам придётся выстраивать отношения с нашим ближайшим братским соседом, включая проведение объявленной денацификации, это понятно, думаю, всем.
Заниматься вопросами спецпропаганды нам всё равно придется. Не важно, какая к тому времени будет образована структура: Министерство /Управление/ Департамент. Деятельность, которая будет возложена на эту организацию, всё равно будет выстраиваться в соответствии с законами информационной и гибридной войны.
Мы прекрасно осознаем, что в случае нашей Победы, а она обязательно случится, Коллективный Запад нам её не простит и продолжит вести против нашей страны яростную экзистенциальную войну.
Другой немаловажный момент связан с тем, что для оказания помощи воинам, воюющим на фронтах СВО, по спецпропаганде и другим направлениям деятельности Вооруженных сил, совершенно не используется потенциал ветеранских организаций. А ведь на протяжении русской, российской и советской истории, когда возникали угрозы нашему Отечеству, государство всегда обращалось к ветеранам, старшему поколению защитников Родины. В их рядах в любые времена находилось немало достойных опытных специалистов, готовых прийти на помощь родной Армии и фронту.
Владимир Алексеевич Азаров, член Союза писателей России, кандидат политических наук, ветеран локальных войн и военных конфликтов
