Навеки опозоренные

27 лет назад, 5 октября 1993 года, в газете «Известия» было опубликовано т.н. «Письмо сорока двух».

«Нет ни желания, ни необходимости подробно комментировать то, что случилось в Москве 3 октября. Произошло то, что не могло не произойти из-за наших с вами беспечности и глупости, - фашисты взялись за оружие, пытаясь захватить власть. Слава Богу, армия и правоохранительные органы оказались с народом, не раскололись, не позволили перерасти кровавой авантюре в гибельную гражданскую войну, ну а если бы вдруг?» - говорилось в обращении.

Группа известных литераторов «жёстко» потребовала от правительства и президента Ельцина то, что «они должны были (вместе с нами) сделать давно, но не сделали».

Подписанты потребовали запретить коммунистические и националистические партии, фронты и объединения; разогнать незаконные военизированные объединения и группы; ужесточить санкции за пропаганду фашизма, шовинизма, расовой ненависти, за призывы к насилию и жестокости; закрыть такие СМИ, как «День», «Правда», «Советская Россия», «Литературная Россия»; приостановить деятельность органов советской власти, отказавшихся подчиняться президентской власти; не допустить, чтобы «суд над организаторами и участниками кровавой драмы в Москве не стал похожим на тот позорный фарс, который именуют "судом над ГКЧП"»; признать нелегитимными не только съезд народных депутатов, Верховный Совет, но и все образованные ими органы (в том числе и Конституционный суд).

Обращение подписали в том числе такие известные писатели и публицисты, как Алесь Адамович, Белла Ахмадулина, Василь Быков, Даниил Гранин, Андрей Дементьев, Римма Казакова, Александр Кушнер, Анатолий Приставкин, Роберт Рождественский, Владимир Савельев, Андрей Нуйкин, Василий Селюнин, Мариэтта Чудакова, Юрий Нагибин. Причем, многие из подписавших письмо были обласканы советской властью, были членами КПСС, лауреатами всевозможных премий и наград, но потом вдруг в одночасье стали антисоветчиками и демократами.

К сожалению, в авантюру с подписанием письма удалось втянуть и таких выдающихся деятелей культуры, как писатель Виктор Астафьев, поэт Булат Окуджава и академик Дмитрий Лихачёв.

Правда, по словам писателя Юрия Кублановского, «Астафьев от своей подписи позднее отмежевался. Недавно в Иркутске вышел том его переписки, где он утверждает, что его подпись поставили без спроса».

Поэт Андрей Дементьев позднее также отрицал, что подписывал скандально известное письмо.

«Письмо сорока двух» вызвало возмущение не только у патриотической общественности, но у всех совестливых и здравомыслящих людей. Замечательный мыслитель, литературовед и публицист Вадим Кожинов публично отказывался подавать руку подписавшим это письмо.

Весьма нелицеприятно высказался о подписантах ветеран войны, писатель Владимир Бушин. По его словам, «большинство из 42-х – нерусские. А у некоторых русских жены - еврейки. Не исключено, что, как в случае с Дементьевым, жёны и давали согласие на подпись. Именно так, думается, произошло и с писателем-фронтовиком, Героем Социалистического Труда Михаилом Дудиным, жена которого Анна Фиш была дамой весьма деятельной. Возможно, так было и с Рождественским, жена которого Алла Киреева объявляет себя ныне "самой крупной антисоветчицей"».

Поэт, публицист, главный редактор журнала «Молодая гвардия» Валерий Хатюшин называл «Письмо сорока двух» нравственным преступлением: «И впрямь смешно слышать и видеть, как оставшиеся в живых подписанты расстрельного "письма 42-х", требовавшие в октябре 1993 года уничтожения защитников Дома Советов, теперь вертятся, как ужи на сковородке, тщетно пытаясь самооправдаться и отмазаться от своего нравственного преступления».

«Они навеки подписали себе исторический приговор (да мы и не слышали слов раскаяния ни от кого из них). Этим своим письмом они навсегда лишили себя права говорить о нравственности, доброте и сострадании. Напечатанное в октябре 1993-го в "Известиях" обращение к Ельцину — прямое доказательство их нравственного одичания», - считает писатель.

Известный актёр Владимир Гостюхин в интервью «Московскому комсомольцу» выразил негодование по поводу поведения известного поэта и барда Булата Окуджавы. Вот выдержка из этого интервью. «После расстрела Верховного Совета и безоружных людей у “Останкино” Окуджава приехал в Минск давать концерт. И я, любивший Окуджаву, знавший все его песни, считавший его своим кумиром, около здания филармонии на глазах у тысячи людей разбил одну его пластинку и бросил под ноги идущим на его выступление "новым русским". А в зале к Окуджаве подошел человек с цветком, сломал его и бросил ему в лицо», — вспоминал В. Гостюхин.

«Мы слишком привыкли к термину "творческая интеллигенция", к представлению о ее свободе, духовности, независимости. А на самом деле "творцы" и "певцы" органично вписываются в систему и послушно внимают ее приказам. Письмо 42-х отнюдь не было спонтанным явлением. Оно органично входило в пропагандистскую войну, которую вели Б.Н. Ельцин и его окружение», - убеждён протодиакон Владимир Василик.

В 2003 году академик Сергей Глазьев, в знак протеста против откровенной узурпации власти Ельциным покинувший министерское кресло, отметил: «Нельзя обелить преступников и палачей… Даже те, опозорившие себя надолго, деятели нашей культуры, которые подписали это (…) расстрельное письмо 42, и они, я думаю, понимают, что перечеркнули всё доброе и светлое, что создано было ими раньше».

И к этому трудно что-то добавить. Хорошие писатели, талантливые поэты, глубокие публицисты, совершив нравственное преступление, перестали быть деятелями русской культуры. И навеки себя опозорили. Как важно для творческого человека сохранить нравственную чистоту.

Редакция «Русской народной линии»