О предстоящем прекращении работы турецкой дипмиссии стало известно еще 16 марта. Тогда премьер-министр Турции Реджеп Тайип Эрдоган призвала своих сограждан покинуть Сирию в кратчайшие сроки. В тот же день он озвучил идею о создании на границе двух стран «буферной зоны». Согласно его замыслу, там смогут укрыться сирийские граждане, бегущие в Турцию от режима Башара Асада. По данным Reuters, к настоящему моменту границу пересекли около 17 тысяч беженцев.
Ранее в связи с событиями в Сирии свои посольства там закрыл ряд стран, в том числе США. Одними из последних о об этом шаге заявили представители стран, входящих в Совет сотрудничества арабских государств Персидского залива (ССАГПЗ) - Саудовской Аравии, ОАЭ, Бахрейна, Омана, Катара и Кувейта. Также о предстоящей приостановке работы дипмиссии 21 марта объявила Япония.
Прокомментировать сложившуюся ситуацию мы попросили ведущего аналитика Санкт-Петербургского центра изучения современного Ближнего Востока, доцента факультета международных отношений СПбГУ, кандидата исторических наук Александра Сотниченко.
«Турция шла к этому решению в течение всего года, с тех пор, когда сделала выбор в пользу поддержки революций на Ближнем Востоке. Что касается Дамаска, то Турция также практически сразу выступила в поддержку оппозиции. Почему? Во-первых, потому что идеологически власть Турции родственна с этой самой оппозицией. Во-вторых, важную роль играют планы Турции по восстановлению своего влияния в регионе. В-третьих, у Турции, как известно, крепкие связи с США и, возможно, это некий договор в «верхах» о совместных действиях Вашингтона и Анкары в данном направлении.
Фактически это еще раз подтверждает, что Запад и арабские страны Персидского залива, Турция в их числе, окончательно делают ставку на свержение режима Асада. Очевидно, это решение было принято давно, и отступать от него турки не собираются и не желают участвовать ни в каких переговорных процессах с сирийским режимом. Это очень важный момент. Ставки сделаны уже давно, а сейчас они все более нарастают.
Для России это серьезное испытание. Поскольку либо мы дальше продолжаем поддерживать режим Ассада, и тогда идем на конфликт, который может закончиться «горячей» стадией (хотя, может быть, и договоримся, но силы слишком неравны), либо же принимаем какие-то новые решения по разрешению этого конфликта».

