Железнодорожный человек

Век расслабленного

- Я где-то читала, что у нас век расслабленного, когда никому ничего не надо, хотят, чтобы им принесли всё на блюдечке, - говорит Людмила.

- Век расслабленного? - переспрашиваю я растерянно, не потому, что не понял, а удивлённый точностью определения.

Она - староста храма Иоанна Крестителя, освящённого недавно в деревне Шиловская Вельского райо-на Архангельской области. Улыбчивый, очень добрый человек. На вопрос, почему именно её выбрали, смеётся:

- Не знаю. Наверное, потому что ко мне в деревне все хорошо относятся.

С чего всё начиналось в новом храме? Первая служба состоялась в июле этого года. Но Людмила Баракшина с двумя знакомыми прихожанками начала читать канон Иоанну Крестителю за год до этого, в ещё строящейся церкви. Одновременно пришлось созидать и ту Церковь, о которой Христос сказал: «Где двое или трое собраны во имя Моё, там Я посреди них». Оказалось, что самое трудное - сохранить отношения. Часто раздражались: одна ударение неправильно поставит в слове, у другой голос сегодня не такой.

- Не о молитве думаем, не о каноне, - объясняет Людмила. - Хочешь показать, что не обиделась, когда тебе указывают на ошибку, но почему-то опять то же слово неправильно читаешь, будто кто за язык дёргает. Тут ещё беда с сыном случилась, и я замкнулась, переживала сама в себе. Закончим молиться - и до свиданья, сразу домой бегу. А наши думали, что это из гордости... Теперь чаще одна канон читаю, но иногда снова втроём. Дай Бог, всё будет хорошо.

Она замолкает. В рассказе Людмилы нет обиды. Скорее, самоукорение и огорчение, что всё так вышло, и надежда, что всё образуется.

- Нас стараются рассорить, - говорю я.

- Знаю, - улыбается Людмила немного грустно, и я понимаю, почему к ней хорошо относятся в деревне.

- В таких случаях нужно сесть вместе и обсудить.

- Мы пытались, пока не получается. Одна из наших говорит: «Когда начала ходить в храм, стала раздражительной». Мне тоже сейчас тяжело. Как говорил наш вельский батюшка Антоний (Яворский), «сначала тебя Дух Святой носил, а сейчас потрудись».

- Расскажите о том времени, когда вас Дух Святой носил.

- Я очень жалею, что поздно пришла в Церковь, много времени упущено, сына не воспитала в вере. Родители мои коммунистами были. Нас так же воспитывали.

- А что вас привело в храм?

- Не что, а кто. Подруга. Сначала силком тащила, меня качало первые годы туда-сюда.

- Сюда понятно, а туда - куда? - шучу я.

Людмила улыбается:

- Батюшка у нас был такой - отец Валентин. Я ему говорю: «Ничего не понимаю на службе, столько лет стою, не понимаю». А он: «Рушник, когда стираешь, тоже ничего не понимает, а белым всё равно становится. Так и у тебя душа очищается». Часто вспоминаю эти слова.

Речь идёт об отце Валентине Таразевиче, старейшем священнике Архангельской епархии, скончавшемся в 2003 году.

- Людмила, как проходило воцерковление?

- Когда заболел отец Валентин, я окормлялась у иеромонаха Иеремии (Чугунова) - очень открытого, хорошего батюшки, потом у игумена Антония (Яворского), пока его не перевели в Коряжму. К нему всегда можно было прибежать, поплакать в жилетку и найти утешение. От них я много узнала о вере.

Но Господь вразумлял, давал понять, что надеяться нужно только на Него. В один год у меня случились три встречи. Съездила в Оптину, к отцу Илию. В Сийском монастыре познакомилась с иеромонахом Рафаилом, он сейчас служит, кажется, на Ганиной Яме. В Инте, когда гостила у сестры, поговорила с отцом Василием Потрясовым. «Пока мы будем идти в храм к попу, а не к Богу, у нас будут распри», - сказал отец Рафаил. «Иди к Богу», - дали наставление отец Илий и отец Василий. Три священника на году сказали одно и то же. И я после этого вопросов не задавала. Раньше, бывало, священник оттолкнёт - и ты вся в растерянности. А сейчас меня уже не оттолкнуть. Подруга говорит: «Тебя в дверь гонят, а ты в окно».

*    *    *

У меня как-то сразу сложилось впечатление, что Людмила не принадлежит веку расслабленному, а потом оно только подтверждалось.

За трапезой

«Давайте будем есть,- предлагает она. - У меня грибы маринованные есть, сейчас картошка сварится». Людмила читает молитвы. Картошка в мундире, некрупная, но вкусная, грибы - чудо!

К нам присоединился муж Людмилы Вениамин, молчаливый человек с хорошим умным лицом. Довольно распространённый тип русского мужчины, к которому сразу испытываешь доверие - и никогда не обманываешься. В своё время Бондарчук замечательно подобрал актёрский состав для фильма «Они сражались за Родину» - я уверен, отправь этих людей в настоящий бой, они вели бы себя так же, как на экране. Так вот, Вениамина там, в этом фильме, не хватило. Мы совсем немного-то и пообщались, но каждое его слово только укрепляло первое впечатление. Когда выяснилось, что любит читать нашу газету, я по-настоящему обрадовался. И за нас, и за него.

Потрапезничали. Хвалю грибы.

- Как у вас это лето в Коми? - спрашивает Людмила. - У меня сестра в Инте говорит, что давно не помнит такого холодного лета.

- Какое там лето... - вздыхаю я.

- До Сыктывкара теплоходы ходят? - интересуется Вениамин.

- Нет, давно перестали.

- А ракета?

- И ракета не ходит.

- Когда я после техникума поехал на работу, от Котласа до Яренска плыл на колёсном пароходе. В то время ещё ходили, их топили дровами, и я там между поленницами примостился. Река обмелела, значит?

- У нас все реки обмелели, - замечает Людмила. - В 60-м родителей перевели в Коряжму. Мы жили в одном из бараков, они до самой реки спускались, до Вычегды. Тогда по ней пароходы ещё как ходили. Брат рыбу ловил, крючок за что-то зацепился, и он упал в реку, начал тонуть. Так его с парохода поймали, одели, накормили - мы ему потом завидовали.

Дежурный по станции

- Расскажите о вашем железнодорожном прошлом, - прошу я.

- Тридцать четыре года проработала. В Архангельской и Вологодской областях. Для нас, железнодорожников, областей нет, есть направления. Что за станции? Ломовое, Пукса, Вожега, где первый раз замуж вышла, Селютинский - он сейчас закрыт, как и блокпост «22-й километр» и Пежма. Шесть станций, на всех я была дежурной.

Я свою работу очень любила. Многое изменилось за то время, что дежурила. Прежде семафоры были, стрелки вручную переводили, а сейчас автоблокировка, компьютеры, пульты.

- Тридцать четыре года...

- С перерывом, когда оказалась на инвалидности. Что случилось? Молоденькая была, а надо было быстрей до машиниста добежать, отдать распоряжение. Ждать, когда он сам придёт, не стала. Была весна, всё обледенело. Ноги поскользнулись, руки попали под поручни, и я проехала спиной по железным ступеням. Соскочила и дальше. Еле до конца смены дотянула, потом меня парализовало. В Харькове мне удалили два диска между позвонков. Давнюшняя история.

- Трудная работа?

- Когда молодые были, просыпали некоторые поезда. Утром светофор один открыла и задремала - до следующего ещё три минуты было. Когда очнулась, поезд уже проехал, а ведь мы должны встречать, колёса смотреть, габаритные огни, буксы проверять.

В другой раз, тоже по молодости, и того хуже вышло. Ошиблась, чуть не отправила скорый поезд на старую трассу. Диспетчеру докладываю: «Входной открыт», а в соседней станции - чудо! - услышали, что входной не к ним открыт. Звонят, смотрю на табло: ох ты! Уволили бы, отправь я поезд не туда, доли секунды оставалось. Слава Богу, успела!

- А куда вела старая трасса? Там была какая-то опасность?

- Нет. Просто другие станции совсем. Вот бы там удивились. Но это исключительные случаи, а так-то всё было спокойно.

- Вы сказали «буксы проверять», и я вспомнил такое выражение: «Буксы горят». Горели буксы-то?

- Ещё как горели. А если заметишь - десять рублей премии, а потом и вовсе пятнадцать стало.

- А сейчас?

- Нет больше буксов, давно нет. Вместо них ролики-подшипники. Буксы - это ящики, которые крепятся на колёсные оси и смачиваются мазутом. Иногда в буксы попадал песок или мазут был грязным, и буксы от трения начинали гореть. Это опасно - ось может отвалиться, и поезд потерпит крушение. Обычно я обнаруживала неладное благодаря дыму, но один раз уже и огонь из-под крышки вырывался.

А есть ещё такая напасть - «ползун». Это трещинка на колесе. Колесо из-за неё начинает колотить, оно прокручивается, юзом иногда идёт, так что образуется навар и на рельсе, и на колесе. Это тоже может привести к сходу с рельсов. Но случалось такое редко.

- Интересно. А что входит в обязанности дежурного?

- Подготовить маршрут, подготовить поезд, перевести стрелки. А ещё дежурный с помощью светофоров открывает сигналы, машинисту даёт указания отцепиться, прицепиться, ехать. Раньше говорили: «Дежурный умрёт - две недели ещё язык болтается». Слишком много указаний нужно было давать: машинистам, связистам, путейцам, стрелочникам, пока они были соседними станциями. Задание дать, маршрут приготовить... Приходилось очень много говорить. Батюшка потом меня в храме всё уговаривал: тише, тише, мол, не на станции. А на станции как не шуметь? Был такой случай. Вагонник идёт, видит - «хвоста» нет. Хвостового сигнала то есть, а без него часть поезда может остаться на перегоне...

- Про вагонников вы ничего не говорили! Кто такие вагонники?

- Вагонники - это вагонники. Они готовят поезда к отправлению, отвечают за содержание состава, проверяют буксы. Но они мне не подчинялись, как и движенцы.

- Понял. В общих чертах. Заметьте, про движенцев не спрашиваю. Пусть хоть что-то в вашем железнодорожном мире останется для меня тайной, так интереснее. Да, всё хотел спросить у знающего человека, почему раньше поезда ужасно опаздывали, иной раз на сутки, а теперь по расписанию ходят. Стали лучше работать?

- Не сказала бы. Раньше человек от стрелочника до начальника проходил путь, знал дорогу досконально. А сейчас присылают мало что понимающих да боязливых, всё строго по инструкции, но это до поры до времени - пока всё гладко идёт. В прежние времена - следуй мы инструкциям - поезда от Вельска до Москвы бы стояли. Что стало проще? Подорожали перевозки, так что сейчас грузовых поездов в несколько раз меньше.

И технологии другие. Раньше рельсы короткие были - 12-20 метров. Помните, как поезд ехал: «тук-тук». А сейчас не стукает, потому что каждая рельса теперь 800 метров - бесстыковочный путь. И шпалы не деревянные, а бетонные. Скорость выросла с 60 километров до 100. Вместо однопуток - двухпутные дороги. Ремонт совсем иначе делается. Появились специальные бригады с хорошей техникой, не нужно по несколько часов ждать, когда доберутся, пока починят, всё - раз-раз. Совсем другое дело.

*    *    *

- Тяжело дался переход к крестьянской жизни?

- Да как сказать. Будучи железнодорожниками, мы держали кобылу, жеребёнка, корову, свиней, овец. С супругом вместе ухаживали. Мы от крестьянской жизни не отрывались. И когда поселились здесь, особо привыкать не пришлось.

- Кстати, работа старосты храма, наверное, очень похожа на работу дежурного по станции?

Людмила снова смеётся, но задумчиво:

- У меня осталась привычка покомандовать, могу и голос повысить. Но ещё и умение ладить со всеми, дежурному без этого нельзя.

- Кого в храме можно сравнить с путейцами, кого - с вагонниками? А священник - он вроде начальника станции?

- Часто вспоминаю отца Валентина, он служил в вельском храме с 73-го года. С юмором был человек. Прямолинейный и с юмором. Помню, спросил, как отличить грамотного человека от умного: «Такое вам задание». Мы сдались, и он объяснил: «Грамотный из любой ситуации найдёт выход. А умный не попадёт в неё». Ещё шутил: «Жена - это как чемодан без ручки: и нести неудобно, и выкинуть жалко». Когда сердился, отправлял меня за печку. На исповеди скажет: «Нечего тебе причащаться. Иди вон за печку и стой там». Он был бы, наверное, хорошим начальником станции.

- Много отстояли?

- Я уже не помню, на что он сердился. Пятнадцать лет прошло. А-а, Кашпировского по телевизору смотрела, ещё целители какие-то к нам приезжали. Вот за экстрасенсов батюшка и отправлял меня за печку. И правильно делал.

«Что тебе дала эта вера?»

Уточняю:

- Чем вы занимаетесь в храме, будучи старостой?

- Убираю, ремонтом занимаюсь, дежурю по пятницам, субботам, воскресеньям. По вторникам читаю канон в память Иоанна Предтечи, а в его праздник - акафист, ещё молитву, чтобы Господь даровал нам постоянного священника. К службе нужно церковь подготовить, свечи и всё что надо закупить, объявления повесить на остановках, магазинах. Когда нет звонаря, приходится на колокольню лезть звонить перед началом и в конце службы.

- Много прихожан?

- Мало. Отговариваются, что много работы. На самом деле, мне кажется, ленятся. А вот баба Нюра, скажем. Ей только что не за девяносто, худо ходит. Но возьмёт две палочки и в храм пешком, с нами что-нибудь почитает.

Кто ещё? Наталья была мусульманкой, а потом стала активной прихожанкой. Не знаю, кто она по национальности, мне кажется из Азербайджана. На встрече с епископом Котласским Василием спросила, мол, как ей быть, когда муж-мусульманин хочет с ней куда-то поехать, а батюшка не благословляет. Епископ так ответил: «Езжайте. Муж - глава семьи, он для вас всё!»

Татьяна Подолян - молодая, в дочери годится, но куда мне до неё, я ведь без веры выросла. Мама Татьяны - Галина - тоже наша прихожанка, но нам до Татьяны далеко.

Четыре семьи с детками ходят. Смотрю, радуюсь, жалею, что мимо меня это прошло, когда сын маленький был. А вообще, мало людей. Говорят: «У нас работа». Работа всё время: зимой и весной, летом и осенью. Как же им рассказать-то, что нельзя без веры?

- Господь вам как-то открывался?

- Да, всё время помогает...

Людмила молча подкладывает варенье, пододвигает масло.

- Когда мы с супругом стали хлев разбирать, там брёвна, доски с гвоздями были разбросаны. Упадёшь - пропадёшь. Нам нужно было столбы вытащить: покачаем-покачаем и вытащим, а один не вытаскивается никак. «Пойду за ломом», - сказал муж и ушёл. «Попробую сама раскачать», - решила я, а столб треснул, обломился, и я спиной на доски полетела, да так, что ноги кверху. Супруг испугался: упала ведь прямо на позвоночник. Он не знал, что, когда падала, было такое чувство, будто меня кто-то взял и тихонечко-тихонечко положил. Иногда сядешь на табурет, больнее бывает. Чья-то рука положила. Живу с ощущением, что Господь рядом, не даёт пропасть.

Первый муж бросил нас с сыном, когда Серёге было четыре месяца. Алименты я не получала, узнала только, что муж сел за что-то, а потом не получала о нём вообще никаких весточек. Так вот, после армии Серёжа мой загулял. Как-то раз очень сильно расстроил меня, и я говорю ему: «К отцу езжай». Выгнала его. А сама в церковь, реву: «Батюшка, выгнала сына, без копейки, без всего!» Отец Антоний отвечает: «Всё будет нормально». Сын на попутках добрался до Вожега. Где отца искать - не знал. Пришёл в справочную и спрашивает, где живёт его тётка. Ему отвечают, что нужно 26 рублей за справку заплатить, а денег-то нет. Тут женщина, которая рядом стояла, говорит: «Ты чё спрашиваешь? Вон кто тебе нужен. Вот она стоит», - и показывает на тётку Сергея. Он подошёл, паспорт протягивает, мол, такой-то, а та ему: «Чего ты паспорт подаёшь? Я что, не вижу, кто ты?» Признала. Сказала, что отец помер пятнадцать лет назад, привела домой, накормила, билет купила и отправила назад. Разве не чудо? Такое совпадение - тут и женщина, которая знает тётю, и сама тётя. Всё как нарочно.

- Что потом было с сыном?

- Зарабатывал Сергей мало, жена ушла, и он отправился послушником в Сийский монастырь. После этого несколько лет всё у него было слава Богу, женился, дочка родилась. А потом решил пожить «красиво» и... оказался в тюрьме. Придётся сызнова выкарабкиваться.

Племянница, она ещё и моя крестница, спрашивает: «Ну и что тебе дала эта вера?» Не могу влиять на неё. Начинаю убеждать, а в ответ: «Вон люди живут без веры лучше, чем ты с верой».

- Вы не можете ответить на вопрос, что дала вам вера?

- Даже не представляю, сколько раз меня Господь выручал, спасал. Я без веры с ума бы сошла, она помогла пережить все мои дрязги, беды, она дала мне силы. Давно поняла, что человек без веры - ничто. Это только на словах: «На Бога надейся, а сам не плошай». На самом деле, кто не надеется, тот и плошает чаще всего.

-...Чай пейте, пока не остыл. Не умею говорить. Человек-то я железнодорожный.

*    *    *

Вечером Людмила позвонила, чтобы досказать, много ли общего между старостой храма и дежурным по станции. «Общего, конечно, немало, - заметила она, - но разница всё-таки есть. Дежурный по станции знает, куда поезд придёт, а староста может только надеяться».

Подивившись точности ответа, улыбаюсь: каких только талантов не таит в себе человек. Особенно если он железнодорожный.

Владимир ГРИГОРЯН

http://www.rusvera.mrezha.ru/719/10.htm

Загрузка...

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции»; Комитет «Нация и Свобода»; Международное общественное движение «Арестантское уголовное единство».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.
Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить
Введите комментарий
Владимир Григорян
Все статьи Владимир Григорян
Последние комментарии
Природное явление, случайная утечка или диверсия?
Новый комментарий от Советский недобиток
27.02.2021 17:51
Держись, батька Лукашенко!
Новый комментарий от р.Б. Алексий
27.02.2021 17:33
Вечная память!
Новый комментарий от Координатор
27.02.2021 16:33
Познер и «православие-light»
Новый комментарий от Советский недобиток
27.02.2021 16:21
«Пандемия» инициирована Всемирным банком
Новый комментарий от Советский недобиток
27.02.2021 16:13
Дзержинский или Александр Невский?
Новый комментарий от Русский Сталинист
27.02.2021 14:11
Дзержинский сидит в одном седле с Невзоровым
Новый комментарий от Vladislav
27.02.2021 13:58