Кризис, как зубастый динозавр, набрасывается на регионы, рвёт на куски предприятия, выгрызает зияющие дыры в экономике, проглатывает хрупкие уклады, вонзает зубы в любую семью, в любую торговую палатку, в любое, самое малое предприятие. Среди изгрызенного железа и искусанного населения отбиваются от жуткого заморского чудища крупные предприятия, составляющие цвет российской промышленности. Те, что уцелели в гнусные "девяностые", не пустили к себе разбойников -приватизаторов, отогнали от своих секретных лабораторий и закрытых цехов пронырливых американских экспертов. Именно на этих заводах строятся истребители пятого поколения, закладываются лодки под ракетный комплекс "Булава", устанавливаются станки, обрабатывающие деталь с молекулярной точностью. Их разрушение и банкротство, потеря драгоценных коллективов, распродажа за копейки бесценного оборудования ставят крест на Русском Развитии, на русской безопасности, на том, что принято сегодня называть "русской цивилизацией". Отдают Россию в окончательное порабощение могучим цивилизациям мира.
Государство бросается на помощь — гасит долги, предоставляет кредиты, приобретает пакеты акций, отгоняет мародеров, чутких на чужую беду. Среди взбесившегося, эпилептического рынка государство становится единственным целителем проникшей в страну заразы.
В списке предприятий, спасаемых государством, — гигант советской индустрии Уралвагонзавод в Нижнем Тагиле. Исполин, раскинувший свои цеха среди стальных дымов, циклопических труб, металлического, в зарницах и вспышках, города. Отсюда, в годы войны, нескончаемым потоком шли танки Т-34. Громили фашистов под Москвой, замыкали кольцо Сталинграда, спрямляли Курскую дугу, рассекали блокаду Ленинграда, штурмовали европейские столицы, сбивали статуи викингов с постаментов рейхстага. Завод в своей суровой красоте — есть памятник Победы, не меньший, чем Солдат в Трептов-парке или Родина-мать на Мамаевом кургане.
Когда кончается смена, из центральной проходной одновременно выходят тысячи рабочих и инженеров, молодых и седовласых, прелестных девушек и утомленных заботами женщин. Прекрасные лица людей, отдавшиx еще один день своей жизни осмысленному труду, который делает существование человека разумней, благополучней, добрей.
Страна, начиная освоение Северного Урала и Восточной Сибири, строит железные дороги, прорывается к месторождениям нефти и газа, железа и меди. Идея проложить железную дорогу по кромке Ледовитого океана, стянуть её с Транссибирской трассой параллельными, с юга на север идущими магистралями — превращается из утопии в реальность. Всё больше товарных вагонов, нефтяных цистерн, криогенных установок для сжиженного газа требуется стране. Завод днями и ночами без устали мнёт металл, раскаляет докрасна тяжкие шкворни, прокатывает оси, строит колесные пары, нагружает их сварными сверхпрочными коробами, гулкими цилиндрами нефтеналивных цистерн. Кажется, из завода вытягивается бесконечный состав, вливается в стальные желоба магистралей от Находки до Уренгоя. Не только многотысячный коллектив завода находит здесь работу и заработок. Конструкторские бюро, лаборатории сплавов, машинисты и строители дорог, горняки рудников и бурильщики нефтескважин. Миллионы деятельных, отважных людей, военных и гражданских, созидающих полярную цивилизацию русских. Можно себе представить, какое горе охватит всех этих людей, если встанет завод. Какой урон стране нанесёт кризис, если перегрызёт артерию, питающую завод кислородом и кровью. Поэтому правительство Путина внесло Уралвагонзавод в число тех, что берутся под опеку государства, — опеку военного времени.
Самые драгоценные и секретные цеха завода — те, где на поточных линиях собираются сверхсовременные танки. Ты шагаешь вдоль линии, среди запахов стали, лака, ружейной смазки, и видишь, как рождается танк, проходя все стадии эмбрионального развития. Как в полую коробку брони вживляются катки и наматываются гусеницы. Как в гулкое чрево загружается могучий двигатель. Как нахлобучивается плоская узколобая башня с громадной пушкой. Как сталь насыщается хрустальной оптикой, лазерной электроникой, системой космической связи. Танк, эта гора брони, — обладает изящной легкостью и хищной подвижностью. Может прыгать и летать через рвы. Уходит надолго под воду. Рассеивает перед собой облако аэрозоля, в котором сгорает выпущенная в него ракета. Лазерными лучами ослепляет и сжигает летящие с вертолетов снаряды. Но танк бессилен против кризиса, и государство оснащает танковый цех системой антикризисной защиты.
Завод — это не просто кузница, мастерская, место приложения физических и умственных усилий. Это шедевр, который в истории русской культуры значит не меньше, чем храм Покрова на Нерли. После Победы, в годы страшной разрухи и бедствий, невыплаканных слез и незажитых ран, Сталин подарил заводу Дворец Культуры — баснословной красоты здание, образец "Большого имперского стиля". Его сберегают, как жемчужину. Не устаешь любоваться инкрустациями стен и полов, резными капителями, драгоценными камнями колонн. Один и тот же художник создавал эскизы дворца, рисовал контуры танка, выкладывал цветной мозаикой на заводской стене ордена трудовой и боевой доблести. Этот художник — русский народ, творящий свою историю среди кромешных угроз, всегда, в самые чёрные времена, добиваясь Русской Победы.
В заводском храме, что построен в десяти шагах от проходной, есть удивительная, неканоническая фреска. Горит рейхстаг. В черном окопе валяются убитые фашисты. Из-за гор вылетают танки Т-34 и стреляют на ходу по рейхстагу. Их направляет в бой острокрылый ангел — Вестник Русской Победы.
Сегодня кризис — это рейхстаг, к которому сквозь свинцовую пургу пробиваются русские знаменосцы.
http://zavtra.ru/cgi//veil//data/zavtra/09/789/11.html
