Борис Тадич, новый президент Сербии, принял присягу 11 июля перед сербским парламентом. Он победил своего конкурента Томислава Николича, кандидата от Сербской радикальной партии, и взвалил на свои плечи бремя продолжения реформ, начатых после свержения Слободана Милошевича.
Вместе с премьер-министром Воиславом Коштуницей Тадич будет определять будущее Сербии на несколько грядущих лет: его президентский мандат заканчивается в 2009 году. С его победой демократические партии страны получили невиданные прежде возможности: они контролируют правительство, парламент и президентскую администрацию. Менее информированные обозреватели могли бы прийти к заключению, что сегодня анти-милошевичские силы доминируют в Сербии и что стране необходимы реформы, с помощью которых она придет к европейской интеграции, экономической и социальной стабильности. Однако подобные ожидания представляются не совсем реалистичными.
Разброд в демократическом лагере
Между правящими демократическими партиями Сербии существует несколько серьезных конфликтов. Сегодня наша страна находится в стадии болезненных и медленных перемен. В стадии, когда каждый день каждое политическое решение может оказаться судьбоносным для граждан страны и будущего Сербии. Но, похоже, ключевые конфликты происходят между демократически ориентированными партиями, которые находятся у власти, но которые не могут прийти к общему мнению по самым главным важным государственным вопросам.
Эти конфликты можно увидеть на любом уровне. Тадич, новый избранный президент, обещал, что не сделает ничего, что могло бы привести к отставке правительства Коштуницы, избранного только четыре месяца назад. В самом правительстве мы ясно видим конфликт между ДСС (партия Коштуницы - самая большая партия, представленная в правительстве) и маленькими партиями, которые беспокоятся за свое политическое будущее.
Новая конституция
Однако здесь есть и некоторый компромисс между двумя демократическими блоками: новая сербская конституция. Ее должен принять сербский парламент, после чего должны назначить новые парламентские выборы. Новая конституция символически заявляет о разрыве с эпохой Милошевича, после чего политические игры в стране пойдут по новым правилам.
Во время предвыборной кампании нового президента правящая коалиция представила парламенту свой проект новой конституции, которая не очень отличалась от конституции Милошевича, которую последний еще в 1990 году предложил Коммунистическому собранию Сербии. Наверняка демократы Тадича (ДС) представят множество замечаний по содержанию документа, поскольку они не участвовали в его составлении.
При беглом анализе проекта новой конституции Сербии можно заметить, что главы о правах человека, гражданских правах и правах меньшинств усилены. А также, что они просто списаны с принятой в прошлом году главы конституции союза Сербии и Черногории. Для евроскептиков Сербии это главное доказательство того, что у нас проводится создание навязанного союза, как и в случае с созданием союза Сербии и Черногории, который по своим функциям и форме есть совершенно неведомая модель в современной политической теории и практике.
Радикалы выигрывают
Мы можем исходя из результатов президентских выборов наверняка заключить, что граждане не очень доверяют облеченным властью демократическим политикам.
Их тяжелая жизнь, вызванная развалом промышленности при правлении Милошевича, и очень незначительные результаты трех лет экономических реформ, произошедших после 5 октября, привели их к тому, что значительная часть избирателей оказала серьезную поддержку Сербской радикальной партии и Боголюбу Каричу, лидеру созданного недавно политического движения "Власть Сербии". Если бы вместо президентских выборов прошли парламентские, власть сегодня была бы в руках Карича и Николича. Почему люди все больше и больше отворачиваются от политиков-демократов постмилошевичской эпохи?
Причина проста: гражданам Сербии живется нелегко.
Недовольство обедневших рабочих и безработных можно увидеть невооруженным глазом на улицах Белграда и других городов. Демонстрации протеста рабочих, докторов, медсестер, инженеров и многих, многих других.
Приватизация - не панацея
С января 2001 года в Сербии было приватизировано более 1000 фабрик. Но результаты не оправдали ожиданий большинства граждан. Несмотря на то что в Сербии обозначился рост промышленного производства, многие считают, что другие живут лучше них. В такой атмосфере разочарования никому не интересно задумываться о том, существует Гаагский трибунал или нет. Но сотрудничество с ним - одно из условий экономической помощи Сербии и евроатлантической интеграции.
Большинство граждан Сербии симпатизируют Ратко Младичу и Радовану Караджичу, двум самым знаменитым в мире беглецам, двум ключевым фигурам, разыскиваемым Гаагским трибуналом. Это самая главная причина того, почему сербское и сербско-черногорское правительства до сих пор не рискуют и не хотят схватить и выдать этих двух бывших лидеров боснийских сербов.
Но после президентских выборов министрам придется заняться этими тяжелыми обязательствами перед Европой.
Страна с неясными границами и неясным будущим
Коштуница - третий демократический премьер-министр, который пытается привести Сербию в Европу. Сербский переходный период отличается от прочих посткоммунистических стран. Первая причина: он начался позже всех остальных. У Сербии остались обязательства со времен эры Милошевича. Кроме того, Сербия перегружена национальными проблемами.
Будущее союза Сербии и Черногории до сих пор неизвестно. Косовский вопрос не решен, и количество сербов в этой провинции сокращается. Сегодня сербы живут в стране, у которой нет четких границ, у которой нет новой конституции. Сербы в Косово оставлены беззащитными перед лицом албанских экстремистов и террористов.
К этому стоит добавить международный фактор: проевропейские декларации нынешнего правительства пока существуют только на бумаге.
После этого становится понятным, почему огромное количество молодежи пытается искать счастья за границей - в Европе и Северной Америке. Сербия и Черногория пытаются войти в ЕС. Некоторые основные условия выполнены, но работа комиссии блокирована, и ее работе не видно конца.
ЕС или "Балканская Колумбия"?
Несомненно, внутренняя политическая нестабильность, медленная работа властей, покушение на премьер-министра Джинджича и разногласия внутри коалиции демократических сил вызывают разочарование в обществе.
Сегодня Сербия находится в начале переходного периода, болезненного и для политиков, и для граждан. Без интеграции в ЕС и видимых результатов в экономике и социальной сфере переходный кризис будет углубляться. С самыми непредсказуемыми результатами.
Инаугурация нового президента Сербии является лишь новым началом. Финал будет зависеть от множества факторов. Через несколько лет Сербия и Черногория могут оказаться в ЕС или стать "Балканской Колумбией". Выбор - за сербами-гражданами и сербами-политиками.
Перевод Андрея Окулова
Вместе с премьер-министром Воиславом Коштуницей Тадич будет определять будущее Сербии на несколько грядущих лет: его президентский мандат заканчивается в 2009 году. С его победой демократические партии страны получили невиданные прежде возможности: они контролируют правительство, парламент и президентскую администрацию. Менее информированные обозреватели могли бы прийти к заключению, что сегодня анти-милошевичские силы доминируют в Сербии и что стране необходимы реформы, с помощью которых она придет к европейской интеграции, экономической и социальной стабильности. Однако подобные ожидания представляются не совсем реалистичными.
Разброд в демократическом лагере
Между правящими демократическими партиями Сербии существует несколько серьезных конфликтов. Сегодня наша страна находится в стадии болезненных и медленных перемен. В стадии, когда каждый день каждое политическое решение может оказаться судьбоносным для граждан страны и будущего Сербии. Но, похоже, ключевые конфликты происходят между демократически ориентированными партиями, которые находятся у власти, но которые не могут прийти к общему мнению по самым главным важным государственным вопросам.
Эти конфликты можно увидеть на любом уровне. Тадич, новый избранный президент, обещал, что не сделает ничего, что могло бы привести к отставке правительства Коштуницы, избранного только четыре месяца назад. В самом правительстве мы ясно видим конфликт между ДСС (партия Коштуницы - самая большая партия, представленная в правительстве) и маленькими партиями, которые беспокоятся за свое политическое будущее.
Новая конституция
Однако здесь есть и некоторый компромисс между двумя демократическими блоками: новая сербская конституция. Ее должен принять сербский парламент, после чего должны назначить новые парламентские выборы. Новая конституция символически заявляет о разрыве с эпохой Милошевича, после чего политические игры в стране пойдут по новым правилам.
Во время предвыборной кампании нового президента правящая коалиция представила парламенту свой проект новой конституции, которая не очень отличалась от конституции Милошевича, которую последний еще в 1990 году предложил Коммунистическому собранию Сербии. Наверняка демократы Тадича (ДС) представят множество замечаний по содержанию документа, поскольку они не участвовали в его составлении.
При беглом анализе проекта новой конституции Сербии можно заметить, что главы о правах человека, гражданских правах и правах меньшинств усилены. А также, что они просто списаны с принятой в прошлом году главы конституции союза Сербии и Черногории. Для евроскептиков Сербии это главное доказательство того, что у нас проводится создание навязанного союза, как и в случае с созданием союза Сербии и Черногории, который по своим функциям и форме есть совершенно неведомая модель в современной политической теории и практике.
Радикалы выигрывают
Мы можем исходя из результатов президентских выборов наверняка заключить, что граждане не очень доверяют облеченным властью демократическим политикам.
Их тяжелая жизнь, вызванная развалом промышленности при правлении Милошевича, и очень незначительные результаты трех лет экономических реформ, произошедших после 5 октября, привели их к тому, что значительная часть избирателей оказала серьезную поддержку Сербской радикальной партии и Боголюбу Каричу, лидеру созданного недавно политического движения "Власть Сербии". Если бы вместо президентских выборов прошли парламентские, власть сегодня была бы в руках Карича и Николича. Почему люди все больше и больше отворачиваются от политиков-демократов постмилошевичской эпохи?
Причина проста: гражданам Сербии живется нелегко.
Недовольство обедневших рабочих и безработных можно увидеть невооруженным глазом на улицах Белграда и других городов. Демонстрации протеста рабочих, докторов, медсестер, инженеров и многих, многих других.
Приватизация - не панацея
С января 2001 года в Сербии было приватизировано более 1000 фабрик. Но результаты не оправдали ожиданий большинства граждан. Несмотря на то что в Сербии обозначился рост промышленного производства, многие считают, что другие живут лучше них. В такой атмосфере разочарования никому не интересно задумываться о том, существует Гаагский трибунал или нет. Но сотрудничество с ним - одно из условий экономической помощи Сербии и евроатлантической интеграции.
Большинство граждан Сербии симпатизируют Ратко Младичу и Радовану Караджичу, двум самым знаменитым в мире беглецам, двум ключевым фигурам, разыскиваемым Гаагским трибуналом. Это самая главная причина того, почему сербское и сербско-черногорское правительства до сих пор не рискуют и не хотят схватить и выдать этих двух бывших лидеров боснийских сербов.
Но после президентских выборов министрам придется заняться этими тяжелыми обязательствами перед Европой.
Страна с неясными границами и неясным будущим
Коштуница - третий демократический премьер-министр, который пытается привести Сербию в Европу. Сербский переходный период отличается от прочих посткоммунистических стран. Первая причина: он начался позже всех остальных. У Сербии остались обязательства со времен эры Милошевича. Кроме того, Сербия перегружена национальными проблемами.
Будущее союза Сербии и Черногории до сих пор неизвестно. Косовский вопрос не решен, и количество сербов в этой провинции сокращается. Сегодня сербы живут в стране, у которой нет четких границ, у которой нет новой конституции. Сербы в Косово оставлены беззащитными перед лицом албанских экстремистов и террористов.
К этому стоит добавить международный фактор: проевропейские декларации нынешнего правительства пока существуют только на бумаге.
После этого становится понятным, почему огромное количество молодежи пытается искать счастья за границей - в Европе и Северной Америке. Сербия и Черногория пытаются войти в ЕС. Некоторые основные условия выполнены, но работа комиссии блокирована, и ее работе не видно конца.
ЕС или "Балканская Колумбия"?
Несомненно, внутренняя политическая нестабильность, медленная работа властей, покушение на премьер-министра Джинджича и разногласия внутри коалиции демократических сил вызывают разочарование в обществе.
Сегодня Сербия находится в начале переходного периода, болезненного и для политиков, и для граждан. Без интеграции в ЕС и видимых результатов в экономике и социальной сфере переходный кризис будет углубляться. С самыми непредсказуемыми результатами.
Инаугурация нового президента Сербии является лишь новым началом. Финал будет зависеть от множества факторов. Через несколько лет Сербия и Черногория могут оказаться в ЕС или стать "Балканской Колумбией". Выбор - за сербами-гражданами и сербами-политиками.
Перевод Андрея Окулова
