В начале XVII века город Стародуб, относившийся тогда к черниговской земле, насчитывал 22 православные церкви, 4 синагоги и огромное число шинков и питейных лавок. Что ни ярмарка - вакханалия с пьяными плясками...
Слава Стародуба до того стала дурной, что ждали со дня на день возмездия. И почему-то уверились, что церковь предала город анафеме. Именно этим много десятилетий стародубцы объясняли свои несчастья. Случись пожар или поножовщина, недород или междоусобица - все дело, мол, в проклятии. Ну а два года назад, когда в Стародубскую колонию переселили ВИЧ-инфицированных зэков со всей области, даже скептики вспомнили об анафеме.
Но было ли проклятие? Градоначальник Владимир Бородуля задался целью установить истину. Подстегнула его статья в местной газете, где автор, бывший комсомольский работник, а ныне священник, упомянул об анафеме. Отыскалось и частичное подтверждение давних слухов. В описании Черниговской епархии феодальный Стародуб предстает во всей неприглядности разврата: "В каждом дворе шинок, при шинке бесчинства и частые убийства. За разврат не чинилось никакого наказания... Духовных считали ни за что, гордясь богатством в храмах, не печалясь о грехах... По воле святительской Черниговский и Благовещенский священник Стефан Шуба в полковой Николаевской церкви торжественно произнес анафему на буйных, сопровождавшуюся погашением свечей".
Стало быть, прокляты были погрязшие в разврате стародубцы, но не весь город. Почему же тогда его преследуют несчастья? "Да Стародуб, может, счастливее других", - смеется Владимир Бородуля. В самом деле, даже в советские времена здешний люд отличался зажиточностью, потому что нива плодоносила лучше, чем в других краях. Даже то обстоятельство, что Стародубу вместе с двумя другими брянскими райцентрами удалось недавно отстоять статус самоуправляющейся территории, мэр расценивает как признак удачливой судьбы.
Тем не менее, приглашая на недавний день города епископа Брянского и Севского Феофилакта, Владимир Бородуля попросил его разузнать, нет ли в церковных источниках еще каких сведений об анафеме, а если обнаружится - нельзя ли ее снять? В епархии со всей серьезностью отнеслись к запросу обеспокоенных горожан, но след проклятия найти не удалось. Да и не так часто православная церковь употребляла этот чин. Анафеме предали Ивана Болотникова, Степана Разина, Емельяна Пугачева, в январе 1918 года патриарх Тихон проклял советское правительство. И все.
Тем не менее епископ Феофилакт прибыл чудным сентябрьским днем в Стародуб и провел службу. Для многих ли горожан призыв к покаянию и благочестию стал сутью того дня - кто знает. Но в то, что в сентябре 2003 года город наконец избавился от векового проклятия, уверовали многие. Дотянувшись губами до креста, окропленные святой водой горожане улыбались: "Наконец-то!" И кому теперь дело до того, что анафемы не было, как не было и ее снятия?
Слава Стародуба до того стала дурной, что ждали со дня на день возмездия. И почему-то уверились, что церковь предала город анафеме. Именно этим много десятилетий стародубцы объясняли свои несчастья. Случись пожар или поножовщина, недород или междоусобица - все дело, мол, в проклятии. Ну а два года назад, когда в Стародубскую колонию переселили ВИЧ-инфицированных зэков со всей области, даже скептики вспомнили об анафеме.
Но было ли проклятие? Градоначальник Владимир Бородуля задался целью установить истину. Подстегнула его статья в местной газете, где автор, бывший комсомольский работник, а ныне священник, упомянул об анафеме. Отыскалось и частичное подтверждение давних слухов. В описании Черниговской епархии феодальный Стародуб предстает во всей неприглядности разврата: "В каждом дворе шинок, при шинке бесчинства и частые убийства. За разврат не чинилось никакого наказания... Духовных считали ни за что, гордясь богатством в храмах, не печалясь о грехах... По воле святительской Черниговский и Благовещенский священник Стефан Шуба в полковой Николаевской церкви торжественно произнес анафему на буйных, сопровождавшуюся погашением свечей".
Стало быть, прокляты были погрязшие в разврате стародубцы, но не весь город. Почему же тогда его преследуют несчастья? "Да Стародуб, может, счастливее других", - смеется Владимир Бородуля. В самом деле, даже в советские времена здешний люд отличался зажиточностью, потому что нива плодоносила лучше, чем в других краях. Даже то обстоятельство, что Стародубу вместе с двумя другими брянскими райцентрами удалось недавно отстоять статус самоуправляющейся территории, мэр расценивает как признак удачливой судьбы.
Тем не менее, приглашая на недавний день города епископа Брянского и Севского Феофилакта, Владимир Бородуля попросил его разузнать, нет ли в церковных источниках еще каких сведений об анафеме, а если обнаружится - нельзя ли ее снять? В епархии со всей серьезностью отнеслись к запросу обеспокоенных горожан, но след проклятия найти не удалось. Да и не так часто православная церковь употребляла этот чин. Анафеме предали Ивана Болотникова, Степана Разина, Емельяна Пугачева, в январе 1918 года патриарх Тихон проклял советское правительство. И все.
Тем не менее епископ Феофилакт прибыл чудным сентябрьским днем в Стародуб и провел службу. Для многих ли горожан призыв к покаянию и благочестию стал сутью того дня - кто знает. Но в то, что в сентябре 2003 года город наконец избавился от векового проклятия, уверовали многие. Дотянувшись губами до креста, окропленные святой водой горожане улыбались: "Наконец-то!" И кому теперь дело до того, что анафемы не было, как не было и ее снятия?
 СПЖ кв.jpg)
