Величественно накатывают словесные волны Гомера: гудят, роскошные.
Разворачивающаяся битва требует всех героев, но Ахилл, вышедший из смертельной игры, не желает поддерживать соотечественников, внемля гласу собственного гнева, и…
Генрих, слышит голос мальчишка, этого никогда не было.
Он растёт – Шлиман, он прорастает корнем себя в действительность, не имеющую ничего общего с той, которую живописал Гомер, он, учась в гимназии, легко осваивает несколько языков – потом, потом разработает собственную методу быстрого освоения оных.
Пригодится множество.
Наследство, полученное от матери, помогает изрядно; в Гамбурге Шлиман получает предложение поработать переводчиком в венесуэльской фирме, однако, корабль, на котором плывёт, терпит кораблекрушение у берегов Нидерландов.
Первое приключение: но до Амстердама добраться удаётся, где и работает какое-то время Шлиман, пока идут, сияя геройством, греческие бои.
Греко-троянские, и уверенность в том, что Троя была в реальности, крепнет.
Шлиман женится – на дочери русского адвоката: таинственная Россия становится ближе; Шлиман активно посещает различные страны, пропитываясь разнообразным опытом; он, задумавший грандиозное предприятие – доказать человечеству, что Троя была, предпринимает кругосветное путешествие…
Куба, Китай – мир необъятен; Шлиман пишет книгу путешествий.
Троя становится ближе: её герой крепнет материально, чтобы начать поиски.
Он разнообразен и многогранен: получает степень доктора философии: насколько оной проникнут гомеровский эпос?
Раскопки ведутся.
Они ведутся не по правилам – профессионалы будут ворчать, но ведь именно Шлиман доказал реальность Трои, не они.
Сначала вспыхнул клад Примана – 8 тысяч предметов из драгоценных металлов; женские диадемы и украшения невероятны.
Тонкость работы завораживает.
Земля идёт на сотрудничество с Шлиманом.
Неустанность его поражает: мелочь неправильных поступков – вроде надетых на жену античных сокровищ – меркнет рядом с оным.
…Аякс будет поражён.
Многие герои погибнут.
Их не было!
Они были: докажет Шлиман; пусть битва выглядела не так, как рокочет у Гомера, она разворачивалась у стен совершенно реальной Трои.
Образ его – вектор целеустремлённости.
Имя его – звенит медными дисками правды, которую нужно доказывать.
