Что мы оставим после себя на земле?..

Колокольня Покровского храма в Кольцово. Фото: vk.com/club183235433

 

Ревность по доме Твоем снедает мя (Пс. 68,10).
Где двое или трое собраны во имя Мое, там Я посреди них (Мф.18,20).

 

После смерти кто-то оставит после себя недвижимость и кучу денег: в гробу карманов нет. Часто наследники тут же перессорятся из-за наследства. Кто-то оставит после себя многочисленное потомство – детей, жезл старости; а некоторые состоятельные люди при жизни построят храм или внесут хотя бы часть средств на его строительство – и это будет лучшим памятником на земле после ухода в мир иной!

Этот рассказ – о княжне Марии Сергеевне Хованской (в замужестве Кар), устроительнице грандиозного храма в честь Покрова Пресвятой Богородицы в селе Сергиевском Калужской губернии. Сведений о ней сохранилось немного. Она родилась в 1756-м году в патриархальной семье Сергея Федоровича Хованского (1722–1777), представителя одного из самых древних и знатных родов России.

Княжеский род Хованских ведет свое начало от Великого литовского князя Гедимина. Праправнук Гедимина, Василий Фёдорович, стал родоначальником князей Хованских; фамилию он получил по названию небольшой речки Хованки около Волоколамска, где находились его земельные владения.

Отец Марии Сергеевны, генерал-поручик Сергей Федорович Хованский, служил при Екатерине II. Вторым браком был женат на княжне Екатерине Петровне Оболенской (1725–1801), матери Марии Сергеевны. Глубоко верующая мать, Екатерина Петровна старалась воспитать детей в любви к Богу. Овдовев, она постриглась в монахини под именем Евпраксия. Умерла 17 апреля 1801 года на 76-м году жизни и была похоронена в Донском монастыре Москвы.

Благочестие и набожность всегда отличали ее дочь Марию. В 1785-м году Мария Сергеевна Хованская вышла замуж за опального генерал – майора Василия Алексеевича Кара (1730–1806), потомка шотландского рыцарского рода. (Кары с XVII века находились в Москве на службе у русского Царя). Брак был поздний: жениху – 55 лет, невесте – 29.

В 1773-м году генерал-майор Кар возглавил войско, посланное на подавление восстания Е.И. Пугачева. После отпора, полученного от отрядов пугачевских атаманов на пути к осажденному Оренбургу, Кар самовольно оставил войска и под предлогом болезни уехал в Москву. После этого был с позором уволен из армии по приказу Императрицы Екатерины II, с запретом проживать в обеих столицах – Москве и Петербурге. Одни обвиняли Кара в трусости, другие требовали суда над ним, третьи хотели послать на виселицу. Скорее всего, Кар стал жертвой дворцовой интриги: высшее командование решило все неудачи похода против Пугачева списать на Василия Кара, подвергнув его гневу Екатерины II. Трусость Кара была увековечена А.С. Пушкиным в его произведениях «Капитанская дочка» и «История Пугачевского бунта».

В 1776-м году Василий Алексеевич Кар купил на аукционе калужское имение князя Бориса Васильевича Голицына – село Горяиново – и еще несколько деревень в Калужском уезде^[1]. Отставной генерал-майор занялся в приобретенном имении строительством грандиозной усадьбы. Новый дом был выстроен на английский манер и походил на крепость. Кар устроил парк со стройными рядами лип, плодовый сад. Усадьба изумляла современников красотой и размерами. Свое имение он стал именовать Карово, вместо прежнего названия – Горяиново.

Генерал Кар оказался жестоким крепостником. Он выстроил рядом с Карово слободу Ленивку, куда переселял нерадивых, по его мнению, крестьян. При этом отбирал у них дома, скот, землю, имущество, переводя их на «масячину», то есть на содержание, которое получал крепостной крестьянин от помещика за то, что работал на него 6 дней в неделю. Более того, Кар распоряжался судьбой их детей, отбирая их у родителей и отдавая в обучение мастеровым и ремесленникам. А.С. Пушкин в «Замечаниях о бунте» сообщал, что Кар якобы нашел «смерть насильственную: был убит своими крестьянами, выведенными из терпения его жестокостию»^[2]. Но в данном случае поэт изложил всего лишь одну из легенд о генерале Каре.

Видимо, с таким суровым и жестоким супругом жить Марии Сергеевне было нелегко, но она всё переносила со смирением. В браке с Каром у нее родились четверо детей: Екатерина (1786), Алексей (1787), Анна (1789) и Сергей (1891).

Покровский храм в Сергиевском

Василий Алексеевич Кар скончался 25 февраля (9 марта) 1806 года. Смерть его была вызвана преклонными годами, а не «убийством собственными крестьянами». После его смерти вдова стала распорядительницей и управительницей значительного состояния. Кар был безразличен к религии и храма на территории новой усадьбы не построил, но не такова была его супруга. В том же 1806-м году Мария Сергеевна Кар подала прошение на имя Калужского епископа Феофилакта о строительстве на ее средства каменного храма на территории усадьбы Карово в Калужском уезде. 27 августа 1806 года Преосвященный Феофилакт дал разрешение на строительство. Почти всё свое состояние (приданое) Мария Сергеевна отдала на постройку храма на месте пришедшей в ветхость деревянной церкви^[3]. Грандиозный храм строился в течение четырех лет – с 1806 по 1810 год – по проекту архитектора Иванова.

В сентябре 1810 года храм был полностью построен. Как и все храмы, он утверждал незыблемость и величие христианской веры. Он состоял из трех приделов. Центральная часть – во имя Покрова Пресвятой Богородицы, правый придел был посвящен Преподобному Сергию Радонежскому, поэтому село стало называться Сергиевским, а волость – Сергиевской. С левой стороны придел – во имя Преподобного Василия Исповедника, епископа Парийского, в память о покойном муже госпожи Кар – Василии Алексеевиче.

Огромный и величественный храм был построен в стиле раннего классицизма, имел 6 куполов, трехъярусную колокольню высотой 48 метров с хрустальным крестом на ней и портиками, был украшен скульптурами евангелистов и изящной лепниной. На колокольне храма размещались 10 колоколов. Самый большой колокол, отлитый в Москве, весил 156 пудов (2,5 тонны) и был назван за свой мелодичный звон Серебряным. Внутреннее пространство храма было украшено иконами тонкой работы. Величественный храм поражал современников своим великолепием и изяществом убранства.

Величественный храм поражал современников своим великолепием и изяществом убранства

Торжественное освящение храма состоялось 1/14 ноября 1810 года при огромном стечении местных крестьян. В тот день преосвященный Евлампий, епископ Калужский и Боровский, сменивший епископа Феофилакта, в проповеди к народу сказал:

«Храм святой Господень новоустроен, украшен и благодатью Божьею освящен! Уже святилище Божие не удалено от вас, близь есть: процвела ваша пустыня, яко крин. Поздравляю тебя, благочестивая строительница. Именем всея Церкви поздравляю и вас, православные христиане!»

Покровский храм стал украшением не только села, но и всей Калужской губернии^[4]. До революции крестьяне останавливались у церкви послушать великий Серебряный колокол, который также был гордостью всей округи.

В этом же, 1810-м, году, 19 мая, умерла двадцатилетняя дочь Марии Сергеевны – Анна (1789–1810), что явилось для матери сильным потрясением. Не радовал ее и старший сын – Алексей. За год до своей смерти, 3 марта 1805 года, Василий Кар в духовном завещании лишил Алексея наследства «по его распутной и неосновательной жизни»: «Делает мне ослушания, грубости, неучтивства и несносные оскорбления». Отец передал всё имущество тринадцатилетнему сыну Сергею, возложив до его совершеннолетия управление имениями на супругу, Марию Сергеевну Кар. Однако справедливости ради отметим, что впоследствии Алексей, как и его брат Сергей, отличились во время Отечественной войны 1812 года и заграничных походов. Алексей и Сергей Васильевичи храбро сражались за Отечество, были ранены и за мужество награждены орденами.

Сергиевское при Осоргиных

12 ноября 1829 года Мария Сергеевна Кар «по старости и слабому здоровью» передала управление имением сыну Сергею, с правом продажи и залога. Сама храмостроительница удалилась в калужский Казанский девичий монастырь, где приняла постриг с именем Евпраксия. С этим же именем когда-то и ее мать приняла монашество. Поговаривали, что Мария Сергеевна ушла в монастырь замаливать грехи мужа.

Поговаривали, что Мария Сергеевна ушла в монастырь замаливать грехи мужа

Матушка Евпраксия построила себе деревянный домик на территории монастыря (в таких же домиках жили там все насельницы) и скончалась 22 сентября 1833 года в малом монашеском образе. Была похоронена в Сергиевском, в правом приделе построенного ею храма. Прихожане храма с благоговением относились к памяти той, которая построила храм. Входя в него, люди первым делом направлялись к надгробию его основательницы и устанавливали там свечку.

В 1843-м году Сергей Васильевич Кар имение Сергиевское проиграл в карты. Усадьба перешла во владение семьи дворян Осоргиных, потомков святой Иулиании Лазаревской (Муромской). Новый владелец, Михаил Герасимович, был потрясен тем, что Сергей Кар продал имение, в котором покоился прах его матери. Имение Сергиевское оставалось в собственности Осоргиных до 1917 года. В октябре 1918 года они были изгнаны из Сергиевского и скитались по московским родственникам.

В течение 120 лет храм в честь Покрова Пресвятой Богородицы был гордостью, радостью и утешением для многочисленных жителей близлежащих деревень

В течение 120 лет храм в честь Покрова Пресвятой Богородицы был гордостью, радостью и утешением для многочисленных жителей близлежащих деревень. Влияние церкви на духовную жизнь прихожан было огромным, ни с чем не сравнимым. В Покровском храме регулярно совершались богослужения; здесь люди причащались Тела и Крови Христовых, венчались, крестили своих детей; здесь отпевали их близких; здесь человек возносился душой к небесам. Храм благоговейно любили и крестьяне, и господа Осоргины.

В начале ХХ века Сергиевское было переименовано в Кольцово – в честь поэта Алексея Кольцова. В 1922-м году в Кольцове была произведена опись и изъятие церковных ценностей. В начале 1930 года властями была предпринята попытка закрыть церковь, на кресте которой был вывешен красный флаг. Но верующие села Кольцова и окрестных деревень церковь отстояли, флаг был снят, и храм снова стал действующим. Но в 1932-м году Покровский храм закрыли окончательно^[5]. Установленный на нем большой стеклянный крест был расстрелян. Барский дом сгорел в 1923-м году, погибла библиотека в 3 тысячи томов: от дома остались одни руины, поросшие крапивой. По приказу властей в 1050-е годы, при Н.С. Хрущеве, храм разобрали на кирпичи. Этот кирпич старый пьяница Прохор Фомичев обменивал на водку. 48-метровая колокольня уцелела только потому, что, когда Фомичев хотел разобрать и ее, местные мужики пригрозили ему: если он тронет колокольню, его самого разберут по частям.

От былой богатой усадьбы сохранилась лишь полуразвалившаяся колокольня с покосившимся каркасом креста, здание церковно-приходской школы и парк

Итак, в настоящее время от всей былой богатой усадьбы сохранилась лишь полуразвалившаяся колокольня с полустертыми надписями и покосившимся каркасом креста, здание церковно-приходской школы и липовый парк. Слова одной из надписей на колокольне были взяты из Пятого псалма: «Вниду в дом Твой и поклонюся ко храму святому Твоему…» (Пс. 5, 8).

Согласно церковному преданию, у каждого храма есть свой Ангел Хранитель. Если храм разрушают, Ангел не покидает его. Пусть даже не останется ни стен, ни фундамента, но на месте, где когда-то стояла церковь, всё равно пребывает Ангел, и будет незримо присутствовать до конца времен. Есть Ангел Хранитель и у Покровской церкви в Кольцове, и свет благодати Божьей продолжает сиять над поруганной святыней.

В 1930-е годы могила Марии Сергеевны Кар была вскрыта и осквернена: местные мальчишки, играя в футбол, использовали ее череп вместо мяча. Ушли в небытие и хулиганы-мальчишки, и большевики, разорявшие храмы и расстреливавшие священников, но поколения людей, живших в Карово (Горяиново, Сергиевском, Кольцово), вечно будут помнить Марию Сергеевну Хованскую-Кар, построившую храм, который в наше время восстанавливается, по благословению митрополита Калужского и Боровского Климента^[6]. С 2009 года в уцелевшей колокольне проводятся молебны. Так в судьбе Покровского храма отразилась история всей России Х1Х–ХХ веков.

Каждый, кто имеет благое намерение участвовать в строительстве любого храма, может внести свою лепту в виде именного кирпичика – это богоугодное дело. Молитвы за создателей (благодетелей и строителей) храма будут возноситься на каждом богослужении до тех пор, пока храм будет стоять на земле.