Басня Крылова «Навозну кучу разрывая, петух нашел жемчужное зерно» сегодня приснилась. То есть сон по мотивам этой басни. И не отходит. Сон такой интересный. Верить снам не надо, конечно. Но никого не убеждаю, все сами умные: верьте не верьте. Но вот привязался ко мне этот сон. Помню его в подробностях. Уснул я не вовремя, не вечером, а среди бела дня.
Будто я, весь такой умный, выступаю. Это, конечно, обличение меня в себялюбии. Но расскажу, как видел. То ли трибуна, то ли Круглый стол, то ли коммунальная кухня, не помню. Но говорю не в пустоту, а для кого-то, кто-то внимает.
Итак, цитирую «из себя» из своего сна:
- Друзья мои, тема лекции - свалки. Тих-хо, что за шум, а драки нет. Это не свалки в обычном понимании, не мусор, которого набралось по двести пять тонн на каждого жителя эрэф и не о территории, которые занимают свалки в России. А они занимают территорию, равную территории Швейцарии или Нидерландов. Вот и Европа пригодилась для сравнения. Нет, друзья мои, всё сложнее, садитесь поудобнее.
Огромной свалке уподобим историю, в которую каждая эпоха высыпает всё новый мусор событий, свершений, фактов, открытий, биографий, накопившихся за её время. Потом новая эпоха, Свалка истории растёт и ширится. В ней неустанно роются, что-то раскапывают, или, в скобках (так и сказал во сне) что-то закапывают исследователи жизни человечества. Историки. В основном это выполнение заказов: что им прикажут, то и раскопают, что прикажут закопать, закопают. Параллельно идут раскопки и закопки других историков-археологов. Это те, кому никто не приказывает, сами себя поставили на службу. Интересно, друзья мои, что и те и другие, перелопачивая историю, недовольны ею, порицают её. Как не порицать: ведёт в тупики! Выруливаем из тупиков - опять тупик! А куча истории растёт! Уже и к 19-му веку была неохватна. Силёнки малы у копателей. Но их много и становится всё больше. И сами они рушатся себе под ноги в эти территории свалок. Но стройными рядами встают на смену новые копатели.
Всматриваясь в ушедшую натуру череды эпох, невольно, друзья мои, невольно приходишь к нелицеприятному выводу для рода человеческого: недюжинные умы каждой эпохи делали однозначный вывод: каждая эпоха служила кому или чему угодно, но не людям. Зададимся вопросом: почему? Слушали кого угодно: ненормальных, сдвинутых, выскочек. А кто слушал? Те, кто хотели выскочить во властители умов. Каких умов? Умов нет, одни претензии. Нормальные люди, которые хотели просто жить, всем мешали. Как это так: оказывается кто-то доволен жизнью? Такие люди всем мешали. А кто эти люди? Позднее мы объясним их происхождение.
Итак, история движется, гора отбросов от неё растёт. Это, в основном, плоды недовольства жизнью, вызывающие бунты, митинги, перевороты, революции. Всё валится в одну кучу. Мы вправе назвать продукты цивилизации кучей, в которой сгнивают труды и дни поколений. Хорошо, если это удобрения, на которых вырастают очередные поколения. А если эти удобрения ядовиты? Какие на них вырастут поколения?
А они даже точно ядовиты. Какие попытки улучшения жизни в истории вели в её улучшению? Никакие. Всё становилось только хуже.
Время от времени, в процессе истории возникает, аллегорически говоря, петух, разрывающий кучу, наработанную цивилизацией, и находящий… вспомните, что нашёл крыловский петух? Да! Жемчужное зерно! Оно ему пригодилось? Нет. Может, курочке какой подарил? А она говорит: «Зачем? Стекляшки несъедобны. Ещё и блестит так нагло». То есть все находки всех петухов бесполезны.
Простите за лирическое отступление. В литературе нельзя без этого. Голос из зала: «Давайте без околичностей».
- Да, конечно, - соглашаюсь я во сне. И выруливаю на основную мысль. - Рылся в этой куче бульдог по имени Маркс. О нём ещё раньше сообщал его предтеча по имени Призрак коммунизма, который ходил по Европе. Замахнулся Маркс на Капитал и свергнул его. На бумаге. Смешно, но поверили в эту глупость. Как ты его свергнешь, этот капитал, когда он есть при любой системе. То в банках, то в кубышках, то в движимой недвижимости, как? Смешно, товарищи! А всё-таки поверили! И наши кропоткины, и ихние лассали и даже ренегат Каутский. Но не все! Далеко не все. Навсегда опередивший Маркса Киевский князь Владимир отыскал для России не жемчуг, а драгоценный бисер. И никакой капитал в этой находке не участвовал.
- Друзья мои, - сказал я вновь во сне задушевно, - возникшее явление росло и ширилось. Его в женевской библиотеке переписал как рецепт для убивания матушки России вождь мирового пролетариата. Хотя пролетариат его об этом не просил. Пошли в общество идейки, создавались ячейки, кружки, учения - глупцам развлечения, листовки, маёвки, а там забастовки, а там за винтовки. Да шире, да дале, Россию продали.
- Простите, - спросили меня во сне, - а какое движение росло и ширилось?
- Как какое? Движение отхода от Бога.
Из зала: Но ведь и бисер, как и жемчуг - это камни!
- Да, друзья мои, жемчуг - камень, но бисер - это символ. Владимир, князь стольно-киевский искал учение для спасения души, и обрёл его, этот безценный бисер, в Царском Граде. И оттряс с души и очей слепоту душевную, вкупе же и телесную. А вслед за ним и вся Русь. Князь Владимир - зерно, которое вошло в русскую жизнь и одухотворило её.
Посеял это зерно в землю России Сеятель чистоты Иисус Христос. Идите в чистоту! Сеял спасение - спасайтесь! Церкви православные - это и есть тот самый бисер, рассыпанный по миру. И тот, кто понимает это - самый счастливый, ибо доволен жизнью, данной ему. А если люди довольны жизнью, подаренной им, то какие тут могут быть революции?
И тут я просыпаюсь. Вечер. Жена смотрит телевизор, щёлкает по десяткам каналов. Я вспоминаю сон, Крылова и смотрю на то, как навозная куча истории непрерывно пополняется словесными испражнениями политиков, цинизмом властей, зубоскальством пошляков эстрады. Недовольство растёт. А, значит, обязательно объявится петух, разрывающий кучу прожитого и ничему не научившего бегущего времени, и покажется ему, что найдёт в ней жемчужное зерно. Да хоть бы и десять, хоть сотню, хоть тонну. На что они? Это всё фальшивки, стекляшки, курица, и та поняла... Но ведь петух будет уверять, что тут спасение. И ведь найдутся дураки, которые поверят побегут за ним. И зря потратят годы жизни. А ведь могли бы жить, любить жену, детей, внуков, могилы предков.
Несчастные недовольные люди! Успокойтесь. Кто вам не даёт спасаться и жить в радости? Сами не хотите. О чём угодно думаете, чем о душе.
Только помнил, что кто-то недовольный встал и ушёл, а кто-то подал реплику: «Да это всё разлюли-малина, а когда кофе-брейк?» - «А когда фейки, тогда и брейки», - отвечали ему. Смех в зале.
Да что это такое? Это же опять сон во сне. Да, да, вот опять я на трибуне:
- Нормальна ли жизнь, в которой мы живём? Нет? Значит, её создавали ненормальные. Так, хватит на сегодня! Записываем выводы, встаём и идём на пашню встречать зорьку ясную. Выводы: Хочешь насмешить Бога, строй планы. Далее: Ни конный, ни пеший, ни зверь, ни птица Суда Божия не минуют.
Из зала: «Да они миллиарды бросают на создание себе безсмертия. Вы это знаете?». Я: «Спасибо, узнал. А как же пример Вечного жида, который третье тысячелетие ищет смерти? Он чего-то не очень рад, что никак не умрёт. Есть ещё вопросы? Нет?
Встали и пошли! Все в намордниках? Все? Правильно. Это сделано специально, чтоб друг друга не кусать».
И опять просыпаюсь. Да что это такое? Иду к окну, прислоняюсь к стеклу: холодное. Нет, теперь уже точно не сплю. Иду к столу, смотрю на бумаги. Да сон записан. Но будет ли прочитан?
Мимо нашего забора
Не верить рекламе я научился с детства. От мамы. Она и слова этого не знала - реклама. Прочла в журнале «Крестьянка» статью, где усиленно расхваливали новый послевоенный продукт маргарин. И ещё хвалили ныне забытый продукт, полу-животный, полу-растительный - маргуселин.
Маму изумило, что в статье написано «по свои качествам маргарин не уступает и даже превосходит животное сливочное масло». А лжи мама терпеть не могла ни в каком виде. И возмутилась:
- Это же такое враньё! И пишут! - её поразило, что такая неправда черным по белому напечатана в журнале. - Кто-то же ведь и поверит.
Её поразило, что можно в журнале печатными буквами написать неправду. Ведь верили печатному слову. «В газете написано!» - был главный аргумент в споре. И вот, на такой простодушной вере было основано столько лжи, столько обманов. Даже сейчас, когда печатному, да и электронному слову никакой веры не стало, даже сейчас верят написанному.
Но хотя бы рекламе - надоела до чёртиков - уже нет веры нисколько. Что-то рекламируют, значит, обманывают, покупать нельзя.
Одна женщина знакомая, человек со здоровым чувством юмора, говорит при появлении очередного трёпа про новые продукты или ещё про чего: «Приходите, граждане, мимо нашего забора щей хлебать».
Верить нельзя уже не только рекламе, но вообще всему словесному извержению средств массовой (слово подходящее) информации. В электронных сетевых (очень точно - сетевых, сеть набрасывают), всё время пестрят всякие новости. Враньё, конечно, в основном, несусветное враньё. Говорят, например, что кто-то умер, а он не умер. Но умирает. Но всё никак не умрёт. Другая знаменитость, певица или актриса (одно и то же) тоже умирает. Наследники уже из-за барахла и квартиры судятся (конечно, публично), а она живее всех живых. А это всё для напоминания о себе. Лишь бы быть на плаву. Известность - это такая зараза, хуже гриппа.
Война информаций. Мы, условно говоря, патриоты, говорим гораздо меньше, чем либералы. У них вообще недержание слов, словесный понос. Мы им слово, они нам десять. Такое соотношение. Их слова - шелуха. Неверие в них их уничтожает. А они сыплют новые. Так и живём.
