Геополитическая ситуация в мире и вокруг РФ сегодня заставляет в высшей степени внимательно относится к различного рода союзам, интеграционным объединениям и процессам. «Арабский вирус» убедительно показал, наряду с прочим, что отсутствие реальной интеграции арабских стран в этом стратегически важном и весьма привлекательном регионе очень способствует активизации полит-технологий и даже провоцирует весьма изощренные и далеко идущие геополитические (по сути - геоэкономические) проекты.
Руководство РФ, как показывают последние события, сегодня более системно и последовательно выстраивает отношения в рамках Таможенного Союза (ТС), Единого экономического пространства (ЕЭП), СНГ и ОДКБ.
Союзное государство (СГ) Беларуси и России также привлекает повышенное внимание, во всяком случае, более пристальное, чем ранее. Так, на встрече в Сочи 22 августа 2011 г. президенты РБ и РФ «критически подошли к оценке состояния белорусско-российских отношений и констатировали, что они не соответствуют статусу стратегического партнерства» [1]. В конце года планируется заседание Высшего госсовета СГ и, вероятно, процесс союзного строительства, которые многие уже начали называть «долгостроем», получит новые импульсы.
Очевидно, что Федеральное Собрание РФ - Совет Федерации (СФ) и Государственная Дума - призваны играть в интеграционных процессах более активную и более креативную роль. Известные перемены в персоналиях СФ, особенно на фоне упомянутой активизации Кремля в ближнем зарубежье, можно полагать, свидетельствуют именно об этих тенденциях и настроениях.
Но что конкретно следует предпринять для дальнейшего устойчивого развития СГ? Только лишь вернуться к обсуждению различных вариантов Конституционного Акта, которые когда-то обсуждались парламентариями двух стран? Да, это необходимо - но сегодня явно не достаточно, о чем убедительно свидетельствуют уроки строительства СГ. (Подробнее см. [2]) Сегодня - на фоне бурного «расцвета» полит-технологий и «цветных» геополитических проектов - просто «оттачивать» юридические формулировки или «шлифовать» правовые конструкции было бы, пожалуй, даже наивно... и не дальновидно. Как мудро заметил М.Е. Салтыков-Щедрин в 1885 г.: «И пшеничное зерно не сразу плод свой дает, а также поцеремонится... прежде нежели даст плод сторицею! Так же и тут, в погоне за идеалами...» («Либерал». Сказка, [3]). Эти наблюдения сегодня также заслуживают внимания - все-таки Михаил Евграфович вице-губернатором проработал несколько лет... Во всяком случае, наши западные партнеры по «новому мышлению» очень системно и настойчиво проводят свои интересы по всем этим - и другим - направлениям. Мы живем в мире полит-технологий. Кто это понимает - создает свои проекты, а кто не понимает - становится объектом чужих проектов...
1. Правовое обеспечение основ СГ: «Кто неправильно застегнул первую пуговицу, уже не застегнется как следует» (И.В.Гете). В правовом контексте основы принципиальных разногласий двух государств - Беларуси и России - по важнейшим вопросам союзного строительства и по многим другим вопросам двусторонних отношений заложены именно в основополагающих договорах и соглашениях о создании СГ, подписанных еще 12-15 лет, в годы «великой дружбы» и доверия двух президентов. Эти договоры и соглашения составлены таким образом, что фактически существует возможность разночтений, возможность совершенно различного толкования основополагающих принципов создания СГ.
Так, не предусмотрены какие-либо надгосударственные органы, решения которых были бы обязательны к исполнению. Не предусмотрены также механизмы реализации как соглашений в целом, так и важнейших составных частей этих соглашений, напр., о введении единой валюты, о принятии Основного закона СГ - Конституционного Акта или некоего аналога - и др. Разработать эти «детали» решили «как-нибудь потом», в рабочем порядке...
1.1. О механизме принятия решений в действующих соглашениях: «Даешь суверенное равенство сторон!» Таков был лейтмотив соглашений о создании СГ и, ранее, о создании Союза двух государств. Так, в ст. 3 «Договора о создании Союзного государства» (08.12.1999, см.[4]) декларирован именно принцип «суверенного равенства сторон». (Подробнее см., напр., [5]). На этом правовом основании Беларусь обоснованно понимала и понимает политический «принцип равенства сторон» как принцип равного количества голосов стран-участниц СГ в процессе принятия решений по основным вопросам союзного строительства и функционирования СГ - включая создание и функционирование высших органов управления СГ и, напр., создание и функционирование единого эмиссионного центра СГ. Ранее, в середине 90-х гг. Беларусью отвергалась даже сама идея о таковом едином центре, причем в полном соответствии с буквой основополагающих документов, с принципом «равенства сторон».
В начале нового тысячелетия российскому руководству и, как сейчас принято говорить, «правящей ой элите» РФ стало понятно, что для ФЕДЕРАТИВНОГО государственного устройства России создание Союзного (!) государства с такими полномочиями даже для самого уважаемого союзника - это практически неприемлемо и почти невозможно. Напр., другие субъекты Федерации в этом гипотетическом сценарии были бы вправе задать сакраментальный вопрос: «А чем мы хуже?»... То есть нечто типа «ты меня уважаешь?» и, вполне вероятно, с аналогичными последствиями. Но 15-17 лет назад в России было как-то не до реальной интеграции: потоки нефтедолларов, «семибанкирщина», залоговые аукционы и упоительный передел огромной собственности... В этой ситуации Беларусь совершенно справедливо отстаивала свои национальные интересы!
В шахматах аналогичное положение называется «цугцванг»: любой ход игрока ухудшает его же позицию. Но в политике ход можно не делать, что мы и наблюдали долгие годы после последнего обсуждения вариантов Конституционного Акта в Парламентском собрании СГ. Однако теория шахмат говорит, что нередко встречается «мнимый цугцванг», то есть позиция, которая на самом деле не ухудшается при любом ходе, но лишь субъективно ощущается отсутствие полезных ходов...
... Президент Д.Медведев на встрече с белорусскими журналистами 23.11.2009 г. (в резиденции Майнсдорф) выразил очень осторожный оптимизм относительно перспектив СГ, отметив при этом возможную «целесообразность современных подходов» к разработке соответствующих соглашений. (Цит по газете «Комсомольская правда» в Беларуси», 26.11.2009, N225 ).
В качестве таковых современных подходов следует понимать прежде всего опыт Евросоюза - другого практически нет. Особенно интересен и важен опыт ЕС в части процедуры принятия решений. Так, основополагающие документы ЕС также исходят из политического принципа «суверенного равенства сторон». Однако этот бесспорный политический принцип отнюдь не всегда означает «равное количество голосов» в процессе голосования и в процедуре принятия решений: «количество голосов» стран-участниц зависит. В целом эти процедуры
Президент А.Лукашенко тогда не комментировал это высказывание.
Основной закон СГ - Конституционный Акт СГ - это не только важный правовой, юридический документ, но также политический акт, причем внутри- и внешнеполитический. Именно поэтому он вызывал ранее, 5-6 лет назад, определенное противодействие внутренних и внешних сил. Едва ли сегодня и завтра это противодействие будет менее значительным... Именно поэтому для развития СГ необходима система действий и, в частности, следующие направления.
2. Правовое обеспечение и систематизация форм и механизмов межгосударственного сотрудничества РФ. «Непонимание делает из друзей врагов». (Л. Фейхтвангер). Иногда эту сферу - «механизмы сотрудничества» - сравнивают с геополитическими технологиями. Возможно, в контексте «братской дружбы» термин «полит-технология» звучит несколько цинично, но надо ясно сознавать, что это - реально существующая сфера деятельности во внутренней и внешней политике.
Самое очевидное и актуальное направление развития российских геополитических технологий - совершенствование или, точнее, создание правовой базы для этой реально существующей сферы деятельности. Такого рода предложения неоднократно озвучивались, напр., Газпромом относительно пресловутых «скрытых субсидий» для Беларуси или для других стран СНГ (льготные цены на энергоносители и др.). К этой сфере можно также отнести трудовые миграции и «гастарбайтеров», которые играют важную роль в соседних с РФ странах. Очевидно, что весь этот интеграционный арсенал нуждается в юридическом оформлении.
Уместно напомнить, что недавно в контексте очередных «газовых терок» с Украиной был озвучен термин «интеграционный понижающий коэффициент» (к цене на газ для Беларуси). Это впервые прозвучало как некий «типовой пример формата сотрудничества», как конкретное и ясное приглашение украинской стороне к нормальному интеграционному проекту, включающему определенный комплекс прав и обязанностей. До сих пор все многочисленные российские преференции, ценовые скидки, субсидии и «квази-субсидии» предоставлялись соседним странам как бы в «индивидуальном порядке», как результат переговорных способностей конкретного «снабженца» из пост-советской провинции, который «умеет решать вопросы» в Первопрестольной. Это не прибавляло ясности в отношениях, не создавало постоянной структуры для развития отношений, но давало простор для переговорных маневров и надежд. Сегодня эти времена прошли по разным причинам. Сегодня настоятельно необходимы ясные механизмы, правовые основания, институциональные структуры для устойчивого развития интеграционных процессов и проектов. Пример - Таможенный Союз (ТС), точнее - новый вариант ТС. «Старый» вариант, напомним, был создан в «лихие» 90-е годы и фактически представлял собой некую «прореху» в таможенной границе РФ западнее Смоленска. Этой своеобразной «оффшорной зоной» активно пользовались белорусские и российские «нефтебароны», с той разницей, что доходы белорусской «нефтянки» шли в белорусский бюджет, а не в другие оффшоры.
Разумеется, предстоит проделать очень большой объем работ по систематизации и «инвентаризации» весьма разнообразных экономических и социально-экономических отношений с соседями. Но это в любом случае необходимо прежде всего самой России. Конечно, «прозрачность» этих отношений совершенно не обязательно всех удовлетворит, включая целый ряд российских чиновников и бизнесменов, не говоря о получателях таковых «скрытых субсидий» за рубежом. Но создание такого документа (пакета документов) для России обойдется никак не дороже тех средств, которые она сегодня без всяких условий и встречных обязательств направляет партнерам в ближнем зарубежье.
В некоем первом приближении, это может быть довольно краткий, как бы рамочный правовой акт типа «Закона о торговле США», который более известен знаменитой поправкой Джексона-Вэника.
Справка. Поправка 1974 г. конгрессменов Г. Джексона и Ч. Вэника к Закону о торговле США, ограничивающая торговлю со странами социалистического блока, препятствующими эмиграции своих граждан. Сохраняет действие в отношении России. С некоторых пор почти ежегодно на ее действие накладывался мораторий. 19 апреля 2011 г. в суд США подан иск о незаконности поправки.
Политический смысл «долгожительства» этой остроумной поправки вполне понятен: даже через 30 лет после распада социалистического блока она служила, как говорят студенты, «отмазкой», правовым прикрытием для сохранения каких-либо ограничений в торговле и для оправдания этих ограничений.
Сегодня степень неуправляемого влияния РФ на постсоветском пространстве очень высока - по объективным причинам. Но способы, методы, механизмы управляемого влияния довольно ограничены или, точнее, не развиты. Не пора ли РФ сегодня следовать современному мировому опыту наших западных партнеров по «новому мышлению»?...
3. «Vox populi - vox Dei» («Глас народа - глас Божий»). Общественно-политическое обеспечение интеграционных проектов и процессов. Для внутриполитической жизни России сегодня характерно весьма примечательное и, видимо, продуктивное явление - гораздо более активное привлечение гражданского общества. Создаются различного рода инициативы, движения, фронты, форумы. Акции такого рода иногда проходят в очень непринужденной, неформальной обстановке, что способствует свободному обмену мнениями, идеями, проектами. Некоторые инициативы или проекты задуманы как очень зрелищные шоу, на лоне природы, при большом скоплении симпатичных и легко одетых девушек, что привлекает живое внимание даже самых далеких от политики людей. Все это выглядит не только очень современно, «круто и клево», но и очень «по-американски»... Видимо, это нормально. А симпатичные девушки заслуживают отдельного одобрения, особенно если они хорошо учатся и участвуют в общественно-политической жизни страны и региона в соответствии с законодательством.
Американский опыт интересен и полезен во многих сферах, особенно - в сфере защиты и продвижения своих интересов и, заодно, интересов «свободы, демократии и прав человека». В сфере общественно-политического обеспечения этих интересов немалую роль играет американское законодательство и Конгресс США.
... 6 ноября 2003 года, выступая в Вашингтоне по случаю 20-летия основания фонда National Endowment for Democracy (NED), президент США Дж. Буш объявил о «новой внешней политике» США - о «глобальной демократической революции» [....4]. Закончил свое выступление Буш призывом «упорно работать над делом по распространению свободы» [там же ]. И на этот призыв довольно скоро откликнулись американские законодатели. 3 марта 2005 года четыре американских конгрессмена - два сенатора и два члена Палаты Представителей - внесли в Конгресс законопроект, который по-английски звучит так: «Advance Democratic Values, Address Nondemocratic Countries, and Enhance Democracy Act» [... 6]. Примерный перевод его таков: «Закон о распространении демократии и демократических ценностей в недемократических странах». Чаще всего его называют «Advance Democracy Act», или «Закон о распространении демократии».
Документ очень солидно проработан, как и полагается для страны, самой продвинутой в плане продвижения демократии в другие страны. Вслед за идеологической преамбулой идет раздел, где кратко и четко постулируется главная миссия и цель американской внешней политики - «распространение свободы и демократии в зарубежных странах» [.....] - и конкретизируется, что имеется ввиду и какие методы будут использоваться. Что касается методов, то администрации президента США дозволяется «использовать все инструменты влияния для поддержки, распространения и усиления демократических ценностей, принципов и практик в зарубежных странах» [там же], причем особая роль отводится различного рода общественным организациям: НГО, НПО, НКО. Как нетрудно догадаться, Россия - как и Беларусь, Куба, Иран, Сирия - помещена в список «недемократических» стран. Таким образом, для нас есть «надежда» заполучить «ненасильственную демократическую революцию» силами «демократических» неправительственных организаций (НГО, НПО, НКО) которые прошли обучение, тренинги, стажировки под руководством американских государственных структур, фондов и др. Едва ли надо пояснять, каково отношение этой отлаженной «негосударственной машины» к различным интеграционным проекта и процессам с участием России... Многие американцы, как когда-то большевики и троцкисты, действительно свято верят в свою историческую миссию по продвижению демократии всеми средствами. Возможно...
Но в контексте данной статьи более интересна технологичность данного законодательного акта, а не его идеологемы. Как технологично и последовательно они при этом действуют! Есть, чему поучится... Почему бы и Федеральному Собранию РФ не принять некий аналогичный по технологичности законодательный акт, нацеленный на поддержку интеграционных инициатив в СНГ? Напр., «О поддержке и продвижении интеграционных инициатив и проектов в СНГ»? Это было бы актуальной и необходимой поддержкой не только известным инициативам Кремля, но и многочисленным инициативам и проектам, общественным организациям и движениям в РФ и в странах ближнего зарубежья. Сегодня в Беларуси и в СНГ пока еще существует мощный пласт про-российских настроений - но это, похоже, совершенно не интересует российскую «правящую элиту» (за исключением сферы приватизации). Поэтому - и не только поэтому - РФ сегодня проигрывает многие информационные «войны», а ее интеграционные инициативы - если таковые артикулируются - часто воспринимаются как «имперское давление» или как очередной PR-ход в очередной предвыборной кампании.
Недавно один из депутатов Палаты представителей Национального собрания Беларуси так сформулировал эту мысль: «Всё упирается в политическую волю... Если бы со стороны России была политическая воля, то, конечно, было бы и Союзное государство, и более честная интеграция в рамках Таможенного союза. Но власть в России обслуживает капитал, а капиталу выгодно совершенно другое, поэтому включаются тормозящие процессы». Так это или нет, но в Беларуси многие придерживаются примерно такого мнения.
В середине августа, накануне встречи А.Лукашенко и Д.Медведева в Сочи, видный белорусский социолог сообщил прессе, что в Белоруссии в два раза сократилось число граждан, поддерживающих Союз Беларуси и России: «Как свидетельствуют результаты социологического мониторинга, 40% белорусов считают, что Белоруссия и Россия должны активно развивать Союзное государство. Для сравнения: 10 лет назад в поддержку Союзного государства высказывались 80% белорусов... Только чуть больше 2% белорусов сегодня считают, что Беларусь должна войти в состав Российской Федерации как регион». Ряд наблюдателей немедленно усомнились в объективности и в независимости этих исследований и высказываний (там же)... Но в любом случае налицо весьма и весьма различные позиции, за которыми - конкретные люди, аргументы, общественно-политическая ситуация.
В России, похоже, не подозревают о наличии таких мнений, а потому недооценивают необходимость общественно-политической поддержки своих же интеграционных инициатив. Так, отвечая на вопросы участников Всероссийского молодежного форума «Селигер 2011», В.Путин сказал, что создание единого государства России и Беларуси по образу СССР «очень желательно и полностью, на 100 процентов, зависит от волеизъявления белорусского народа». ( Подробнее см. «Перспективы белорусско-российской интеграции»). Конечно, это было сказано в неформальной обстановке и, как это часто бывает в СМИ, не увязано с контекстом. Конечно, никто не сомневается в том, что «историю делает народ»... Но если эту яркую фразу понимать буквально, то получится, что «пробуксовки» в союзном строительстве тоже «зависят от волеизъявления белорусского народа»?... Разумеется, так никто не думает и никто так не утверждает. Но почему бы не узнать «мнение народа», скажем, на Гражданском форуме СГ (или СНГ), идея которого высказана уже около года тому назад?...
Где же истина? Где-то посередине? Мы это сможем узнать - причем только в общих чертах - лишь в процессе неофициозного диалога в формате типа Гражданский Форум.
Сегодня Россия в своем ближнем зарубежье представлена только посольствами (консульствами) и, напр., практически не оказывает поддержку каким-либо неправительственным организациям (НПО или НГО). РФ сегодня не имеет каких-либо структур, фондов, программ наподобие европейских TACIS, TEMPUS, EIDHR, еврорегионы и т.п. В этом плане США также представляют, защищают и проводят свои интересы более развитыми средствами, способами, методами. Геополитика Евросоюза и США в этом отношении более активна, нацелена на перспективу и на создание оптимальных институциональных структур и условий для проведения своего влияния. Посредством этих структур оказывается прямая или косвенная поддержка конкретным лицам, негосударственной прессе, журналистам, НПО-НГО и др., которые проводят такое влияние, формируют общественное мнение, выдвигают некие инициативы. (Подробнее см. также М.Манкиев, «Механизмы влияния США на Россию и СНГ»)
... Московские цари проводили свою геополитику посредством казацких отрядов и «походов» стрельцов. Российские императоры расширяли свои владения и свое влияние с помощью флота, армии, фортов и крепостей, строились монастыри. В годы максимального могущества Кремля его хозяева (Сталин, Брежнев и др.) проводили свою геополитику с помощью Коминтерна, «братских партий», национально-освободительного и рабочего движения. Хорошо это или плохо, дорого или дешево, приемлемо или нет - иной вопрос. Но эффективность этих институциональных структур была очень высока.
Сегодня в арсенале Кремля лишь «индивидуальная работа» с официальными лидерами государств - и Газпром. Конечно, Кремль - как власть исполнительная- весьма щепетильно относится к международному принципу «невмешательства во внутренние дела» других государств. Но странам Запада соблюдение этого принципа не мешает проводить довольно активную и эффективную политику влияния: эти инициативы опираются на многочисленные правовые акты, в изобилии выпускаемые парламентами, сенатами и проч.
Россия сегодня, создается впечатление, лишь реагирует на какие-либо геополитические события, не пытаясь их конструировать. Можно сказать, что в ближнем зарубежье высока степень влияния России, но не Кремля...
Все сказанное выше - и не сказанное - приводит к такому предложению: организовать проведение Гражданского Форума СГ (или СНГ). Несколько иной вариант реализации этой идеи - создание некой Общественной Палаты СГ (или СНГ). В чем смысл этой идеи, которая впервые была высказана в 2010 г?
Во-первых, цивилизованные дебаты и разумные аргументы - это достойно и креативно.
Во-вторых, это гражданский, а не официозный обмен мнениями. Это даст возможность цивилизованно и, если хотите, по-европейски демократично обсудить проблемы и варианты их разрешения, при европейском уважении к гражданскому обществу. Мнение Европы чего-то стоит, а такой Форум может действительно улучшить имидж участников и особенно имидж того, кто его организует.
В-третьих, геополитическая ситуация в мире сейчас - на фоне пан-арабского кризиса и др. - такова, что роль СГ Беларуси и России, как и ряда других интеграционных образований, объективно возрастает. РФ сегодня в любом случае должна активизировать интеграционные процессы на постсоветском пространстве.
Можно возразить: «Но имеются парламенты и парламентарии обеих стран, имеется Парламентское Собрание СГ - зачем же «огород городить», зачем еще какие-то структуры?..» Верно, структуры имеются и строго выполняют свои функции. Они имелись также пять, шесть, десять лет назад... И какова судьба СГ? Какова судьба и каково содержание хотя бы тех вариантов Конституционного Акта СГ, которые практически кулуарно обсуждались парламентариями?..
Видимо, пора оказывать серьезную, активную и системную поддержку всему непростому фронту работ по союзному строительству и по развитию других интеграционных проектов на пост-советском пространстве.
Бондаренко Валерий Семенович, кандидат географических наук доцент Белорусского торгово-экономического университета (БТЭУ) потребительской кооперации, Гомель (Белоруссия)
