По медийному обеспечению свадьба наследника британского трона превзошла все мировые события. Славословие телеканалов, газет, новостей, сайтов не знало никаких границ, в том числе, государственных.
Краски и качество убранства, наряды монарших особ и знаменитостей, блистание новобрачных, изыск не фальшивой роскоши - были на высшем уровне.
И все же всякий русский, глядя на съезд заморской знати, не мог не испытывать горечи. Пусть обвинят в недобрых чувствах, но невозможна радость, когда, глядя на блистающий Вестминстер, вспоминаешь Голгофу Екатеринбурга, Царственных мучеников, то как наш благовенчанный Царь и светлое Царское семейство были убиты злодеями. Когда вспоминаешь об участи всего дома Романовых.
Вряд ли к подобным мыслям подталкивает напоминание о том, что большевики не смогли бы совершить своего самого страшного преступления, не откажись Британия предоставить Царской семье убежище. В краткий период добольшевистского безвластия Лондон в ответ на все запросы ссылался на отсутствие финансового обеспечения.
И все же речь не о сведении счетов.
Видимый блеск британской короны и тот терновый, политый кровью венец, что был принят российским самодержцем - выражают разнородность власти нашего последнего Государя и деятельности нынешних английских монархов.
Происходящее ныне позволяет лучше понять значение подвига жизни и подвига мученичества Николая II.
Началом всего было твердое решение, принятое на заре царствования - оставаться до последнего предела, до тех пор, пока окончательно не окружат «измена, и подлость, и обман» самодержавным христианским правителем. И именно следование этому решению - суть Креста последнего Императора.
При согласии Царя на роль конституционного монарха, все было бы иначе. Он прожил бы очень долгую жизнь. Наслаждался бы кругом любимой семьи, поездками, Ливадией. А его потомки устроили в Кремле такую свадьбу, которая затмила бы нынешние лондонские торжества.
Но решимость Государя отстаивать правду Божию относительно природы монаршей власти исключила возможность сослагательного наклонения...
То, чему нас сделали свидетелями в конце апреля 2011 года, было не совсем свадьбой.
Состоялась торжественная PR-акция нового мирового порядка, называемая «Бракосочетание принца Уильяма (и девушки по имени Кейт)». Она прошла на глазах у 2 миллиардов людей.
Глобальные медиа обеспечили мировому человейнику прямую трансляцию церемонии. Не только перед Британией, не перед Европой, даже не перед Западом - перед всем человечеством выставили парадный портрет глобальной знати наступившего времени.
Елизавета II и ее сын, принц Чарльз, его дети Гарри и Уильям, многочисленные родственники - все они выполняют очень важную роль в проступившей структуре мирового управления.
Одна из функций Виндзоров - быть приятным лицом. Они делают для глобального массового сознания существующий порядок вещей приемлемым. Пока на жителей Триполи обрушиваются бомбы, телезрители во всем мире умиленно смотрят на перемещения роскошного ландо с новобрачными и застекленной кареты с обожаемой королевой.
Одно дело, временный темнокожий «фронтмен» по имени Обама, другое - незыблемая династия, проводящая венчание в Вестминстерском аббатстве. Событие освящено авторитетом архиепископа Кентерберийского. А тот, торжественно благословляя будущего короля, даже называет имя Христа и вспоминает Святую Троицу.
СМИ следят за каждым шагом старенькой королевы, ее сына и внуков. О ней снимают мастерские художественные фильмы, получающие «Оскара» и всемирную аудиторию. Едет ли Уильям воевать в Афганистан, проказничает ли младшенький Гарри - об этом трубадурят новостные каналы.
Результат впечатляет - королеву, Чарльза и наследных принцев искренне любят во всем мире. По существу развернута целая индустрия, цель которой постоянное воспроизводство «звездности» британской монаршей фамилии.
Читатель должен понять, что автор не испытывает к ее членам, как к людям никакой ненависти. По-своему эти консервативные аристократы могут быть чем-то и симпатичны.
Однако все они - добровольные заложники системы, которая реально руководит. Речь о финансовом олигархате, о Ротшильдах и иных финансовых «королях», что срослись с англосаксонской, а шире староевропейской родовой знатью. Конечно, слово английской королевы в такой системе гораздо более весомо, чем мнение наемного премьер-министра или президента. Но думать о нем, как о решающем, наивно.
Королевская семья выполняет не только представительскую и легитимизирующую функции. Ее влиятельные и многочисленные члены не могут не участвовать в координации связей между силовыми, аристократическими и финансовыми элитами.
Первый канал российского телевидения совсем не случайно два дня подряд показывал репортаж из Лондона, сопровождаемый восхищенным комментарием и преклоненным смакованием деталей.
Колониальному плебсу представлено сияющее лицо метрополии. Лицо весьма «продаваемое» и позволяющее вводить в общепризнанный контекст целый спектр неприемлемых доселе явлений.
В частности, комментаторы с придыханием представили приезд в собор аббатства сэра Элтона Джона. Музыкант пришел в сопровождении «подружки». В кавычках потому что «она» - упитанный содомит. Так ненавязчиво легитимизируется содомия в качестве освященной королевой и англиканством нормы. На данном примере можно видеть технологию «узаконивания» антинормы, разрушающей сами основания христианского, более широко - традиционного мира.
Плебс радовался трансляции.
Тем временем неутомимая машина глобального режима продолжала работать. Ее капитаны - финансовый капитал. Менеджмент и силовая компонента - англосаксонская составляющая в своей непарадной части. На подхвате другие европейцы.
Тягловая сила - Китай, Индия, Бразилия. Источник сырья - Россия. Есть мегафабрики наркотиков (например, Афганистан). А если вас еще не убедили заменить ими шоколад, сойдет и мировая плантация какао (Кот д’Ивуар).
Между тем, население Земли стало слишком большим, поэтому его надо минимизировать, сделать слабым, подлым и разобщенным. И дело не только в том, что еды, а тем более хорошей, а также бензина на всех может не хватить. Человечество должно быть приведено к оптимальным стандартам манипулируемости.
Для этого, как говорил Достоевский, запускается «неслыханный разврат», для этого нужны и элтоны джоны, и леди гаги. Кроме того людишек нужно пронумеровать, а затем чипизировать - чтобы не дергались. У каждого человечка вскоре можно будет вырубать счет и доступ куда бы то ни было с помощью нажатия кнопочки в том же Лондоне.
Все мыслящие люди согласятся, что это суровая реальность, стоящая на пороге, но никак не бред буйно помешанного.
Как и всякая иная сложная система принуждения, глобальная диктатура просто обязана иметь достойный интерфейс и устраивающую внутренние центры силы авторитетную коммуникацию. Эта роль, очевидно, частично возложена и на британское королевское семейство.
Мать принцев Уильяма и Гарри, в жилах которой текла кровь древних английских королей, красавица Леди Диана, вполне вероятно не вписалась не столько в изрядно замороченную жизнь Букингемского дворца, сколько в схему подключения своих новых родственников к построению «дивного нового мира».
Возможно, ей стало тесно и удушливо в повязанной многочисленными, не всегда приятными обязательствами семье. К тому же, как выяснилось, ей изменял принц Чарльз.
Последовал развод, серия скандалов и явно несистемное решение матери наследников престола выйти замуж за мусульманина, сына египетского миллиардера Доди аль-Файеда. Как известно, после этого леди Ди и Доди погибли в необъяснимой объективными обстоятельствами автокатастрофе.
На самом деле поступки этой живой, красивой и явно обиженной женщины наносили серьезный репутационный ущерб «королевскому проекту», включенному в мегасистему и рассчитанному на долгое будущее и бесперебойную работу.
Мохаммед Аль-Файед продолжает повторять, что его сына и леди Диану убили. Говорил он это и будучи приглашенным на прошедшую свадьбу. Однако все обставлено так, что данные подозрения выглядят не более чем пикантной приправой к ежедневно подаваемому блюду под названием «жизнь королевской семьи».
Возможно, намек на случившееся есть в упомянутом фильме о Елизавете II, где показано, как ее сосед землевладелец, а по совместительству могущественный финансист застрелил лань. Лань не простую, а восхищавшую королеву своей красотой. От вида убитого животного Елизавету мутит, она возмущена и расстроена, но сделать ничего не может - территория ее землевладения и влияния весьма ограниченны.
Нынешнее положение английских монархов - следствие особенностей многовековой британской истории, цепи решений и негласных соглашений, принятых как нынешними Виндзорами так и многими поколениями их предков.
Наиболее очевидное из них - согласие быть конституционными монархами. Оно, разумеется, сопровождается многочисленными негласными договоренностями с аристократией (они же в Британии - «силовики»), банкирами (Ротшильды и др.), закрытыми влиятельными сообществами по типу масонских.
Власть (вернее то, что от нее осталось), роскошь, обожание подданных - отказаться трудно, не правда ли? Тем более, тем, кто привык к указанному набору с самого рождения и не мыслит другой жизни для собственных детей.
Британские монархи отказаться не смогли. Не смогли отойти от сослужения князю мира сего ради правды христианского правления и сохранения личностной свободы. Таков был их выбор. Вряд ли теперь у этих людей, в чем-то еще сохраняющих порядочность и любовь к собственной стране, есть выход из привилегированного участия в построении «нового мирового порядка». Натяжкой было бы и само предположение, что они вообще помышляют о подобном.
Иным был выбор нашего Государя. Царь Николай II, как человек необычайной духовной силы и прозревающего охвата мышления до последней возможности отстаивал царскую власть, как власть самодержавного православного правителя. Ту власть, которая предписывает сохранение Православия и отеческое отношение к народу. Ему был не нужен огрызок власти, который дают закулисные сговоры и потакание похотям толпы.
Это вызывало все большую злобу и ненависть по отношению к нему со стороны сил, готовивших узурпацию власти, а также и тех, кто безнадежно был отравлен ядом неприятия Веры и Отечества.
Респектабельные партии (например, «кадеты») и политические секты (те же большевики), непротивленцы злу насилием (Толстой) и пламенные «буревестники» (Горький), многочисленные «дети юристов» (Керенский) и прочие масоны (почти все члены Временного правительства) - все они приближали трагедию февраля 1917 года.
Привилегированное сообщество, названное Иваном Солоневичем, «средостением» не только разделяло Царя и народ, но в итоге и возненавидело царя. Одновременно, «передовая интеллигенция» учила этой ненависти большинство офицерства, чиновничества и, как это ни парадоксально, большую часть дворянства и даже священства.
Год за годом враги Царя расшатывали устои государства, напитывали доверчивое сознание народа революционной идеей свержения монархии.
Необычайное сочувствие к «борцам с самодержавной тиранией» испытывали на Западе. Силы, овладевшие Западом, всегда понимали, что только самостоятельная, самодержавная и верная Богу Россия стоит препятствием на их пути к мировому господству. Финансовая помощь революционерам со стороны нью-йоркских банкиров, «сопровождение» заговора против Царя на уровне английской и иных западных спецслужб, ликование в Лондоне, Вашингтоне и Париже по поводу свержения Самодержавия - все это давно общеизвестно.
Перерождение страны, инспирируемое и подпитываемое извне, сопровождалось внутренней чисто российской дурью, чужебесием. Дошло до того, что даже среди высших кругов считалось зазорным проживать в Царском селе, потому как это означало близость к семье Государя. Итогом стало его полное одиночество в обществе, а если говорить о какой-то опоре, то она составлялась сравнительно небольшой частью армейского корпуса.
Выбором судьбы для Николая II стало «стояние в Самодержавии».
В 1917 году этот выбор был дополнен решением сохранить чистоту самодержавной власти. Было ясно, что силовой вариант ее удержания - это обречение на гибель ни в чем не повинных людей и возложение на самодержца ответственности за развязывание гражданской войны. В один миг православная монархия была бы превращена в кровавую тиранию.
Николай II не хотел и не мог быть конституционным монархом. Но точно так же, он не пожелал стать и диктатором, которому пришлось бы отправить на виселицу уже не сотни бунтовщиков как в 1905 году, но казнить десятки, а может сотни тысяч обманутых революционерами и заговорщиками русских людей. Неизвестно, удержал бы он власть на этом пути или нет. Но в том, что тысячелетнее правление православных государей, как и вся русская история, были бы перечеркнуты кроваво-черным крестом, сомневаться не приходится.
Царь понимал это: «Нет такой жертвы, которой я не принес бы за Россию». Он чувствовал и знал, что впереди Голгофа, когда настаивал на самодержавности своей власти. Он чувствовал приближение крестных страданий, когда не стал превращаться в дракона (диктатора) и смиренно принял гонение временщиков. С этого момента Богородица и приняла под Свой скипетр Русскую землю.
Государь же с несомненной ясностью и спокойным мужеством стал приближаться с сораспятию со Христом, когда оказался в плену у изуверов большевиков.
Банда Троцкого-Свердлова-Ленина выразила в подлом убийстве Царской семьи всю свою дьявольскую суть. Большевики развязали братоубийственную войну, залили всю Россию потоками крови и лжи, и готовились уже было выставить ее на продажу, но не случилось. Нечестивые вскоре сгинули - кто сам, а кто от рук палачей диктатора Сталина.
Господь и Небесная Владычица, взявшая нас под свой Покров, не дали России погибнуть. Больше того, привели к Великой Победе 1945 года. Наш Государь тоже был с нами и оказывал духовную помощь любимому им Отечеству. Мы же все еще далеки от него. Совсем немного тех, кто понимает, что величайшей после жертвы Христа жертвой сохранил для нас Царь-мученик.
Он сохранил сам принцип и возможность самодержавной, то есть самостоятельной христианской власти, а шире самодержавного государства, независимого от теневого олигархата и развращенной им толпы.
Ведь если бы он сдался духу времени или отступил перед осознанием грядущего мученичества, не осталось бы и представления о таком правителе и о таком государстве, где власть во имя Бога и Отечества, а не во имя золотого тельца.
Если бы Царь согласился стать свадебным царем, на Земле бы больше не было этой странной, страдающей, но всегда спасающей и себя, и весь мир России. Была бы большая сытая территория, или агломерация территорий под названием «Россия», жестко вписанная в план олигархического диктата. Нам нередко кажется, что к дело тому и идет. Но ведь еще «идет». В противном случае все бы уже давно состоялось.
К счастью, Николай II не был ни свадебным царем, ни свадебным генералом. Он был полковником русской армии и несгибаемым воином Христовым.
Кроме того, своим безупречием во власти, в супружестве, отношением к народу и мученичеством Царственное семейство омыло прегрешения многих русских царей из династии Романовых и своим светом навсегда отогнало темные клеветы и двойные смыслы от нашей истории.
Поэтому сегодня у нас все еще есть своя страна. А у страны есть священная, омытая царской кровью история. По молитвам царственных мучеников, по ходатайству Богородицы здесь до скончания века у людей будет возможность открыто исповедовать истину Христову. Даже если весь остальной мир будет лежать во зле.
Те же в мире, кто откажется от зла и станет искать спасения, с удивлением увидят, что в России, все еще горит тот свет, который «во тьме светит и тьма не объяла его».
Ну а британская королева нам не нужна. Зачем она нам? Когда нами правит Царица Небесная, когда у нас есть сам Господь и верные ему Царственные мученики.
