Источник: институт им.Данилевского
Напомню, что Лев Александрович Тихомиров в 1907 году был приглашён из Москвы лично Петром Столыпиным в Санкт-Петербург, где занял должность члена совета Главного управления по делам печати. Основной же его задачей было консультирование Столыпина по вопросам, связанным с рабочим движением ввиду обсуждаемого трудового законодательства. В своих записках премьеру Лев Александрович предлагал поддерживать деятельность рабочих союзов (направленных преимущественно на взаимопомощь рабочих), прописывал процедуры урегулирования конфликтов между рабочими и работодателями с участием государства, предлагал введение обязательного государственного страхования по болезни и от несчастных случаев, пенсионного страхования. Частично предложения Тихомирова были реализованы в 1913 году, когда были приняты законы о страховании рабочих по болезни и от несчастных случаев. В то же время ставшие в то время популярными предложения о введении 8-часового рабочего Тихомиров не поддерживал.
Тихомиров достаточно глубоко погрузился в изучение зарубежного опыта решения рабочего вопроса, в том числе интересовался профсоюзами, союзами предпринимателей, рынком рабочей силы и уровнем заработной платы, конфликтами между рабочими и работодателями, забастовочным движением, фабрично-заводским законодательством и др. Это был круг вопросов, которые можно назвать вопросами на стыке экономики и социальных отношений, т.е. социально-экономическими отношениями. Работ на данную тему у Тихомирова достаточно много. Особо выделил бы работы: «Рабочий вопрос (практические способы его решения)» (1909 год); «Социально-политические очерки» (1906 год; включают: «Гражданин и пролетарий», «Заслуги и ошибки социализма», «Плоды пролетарской идеи»); «Рабочие и государство» (1908); «Рабочий вопрос и русские идеалы» (1902).
Как я уже отмечал, Тихомиров достаточно скептически относился к теоретическим построениям марксистов и народников с их очень абстрактными представлениями о капитализме, социализме, коммунизме. Размышляя о путях и способах улучшения положения российских рабочих, он не считал, что такое улучшение обязательно должно произойти в результате революционного перехода от так называемого «капитализма» к так называемому «социализму». Тот строй, который существовал в России, Лев Александрович считал многоукладным. На фабриках и заводах, которые ассоциировались с капитализмом, работала от силы десятая часть населения дореволюционной России. А в сельском хозяйстве были конечно, крупных хозяйства, но большая часть сельского населения занималась хозяйством, которое можно назвать мелкотоварном.
Да и в фабрично-заводском хозяйстве экономические отношения не обязательно должны быть такими, как их описал Карл Маркс в своем «Капитале». Тихомиров высоко ценил роль предпринимателей в организации хозяйственной жизни и в Англии, и в любой другой западной стране, и в России. Тихомиров отмечает, что есть масса примеров того, как предприниматель идет навстречу рабочим и помогает им организоваться:
«Помимо того обстоятельства, что предприниматель организует целые десятки тысяч рабочих в стройное осмысленное целое, начинающее нередко немедленно хиреть, как только лишается этого своего главного двигателя, – помимо того, роль хозяев, взятых в отдельности, велика и в развитии рабочего вопроса. Достаточно напомнить, что Роберт Оуэн – был “хозяин”, фабрикант, а с его деятельности все английское рабочее движение считает свое рождение. Фабрикантам, по всем странам света, в частности и в России, обязаны своим существованием множество полезных для рабочих учреждений. Кроме больниц, библиотек и т.д., фабриканты основывали и такие учреждения, которые прямо вырабатывали организацию рабочих, как, например, кассы разного рода, а учреждения примирительные, которые организовали рабочих не меньше, чем “боевые” союзы, обязаны своим возникновением по преимуществу мысли предпринимателей».
Немного ниже Тихомиров добавляет: «Вообще, в истории трудовой организации роль фабриканта, предпринимателя громадна и нередко в высшей степени почетна».
Лев Александрович полагал, что алчность части работодателей и действительно имеющая место эксплуатация рабочих капиталистами обусловлена отсутствием необходимых законодательных норм, ограничивающих и даже наказывающих капиталистическую алчность. Совсем не надо призывать к пролетарской революции, как это делают марксисты, а следует реформировать и преобразовать «дикий» капитализм в «цивилизованный». В советское время подобную позицию обществоведы назвали бы «социал-реформизмом», который всячески критиковался как разновидность оппортунизма, как уклонение от решения главного вопроса классовой борьбы – полной национализации частной собственности на средства производства. Тихомиров считал полным абсурдом полное обобществление средств производства и труда, считая, что окончательно лишит людей какой-либо свободы.
Тихомиров считал, что частная собственность на средства производства может и должна существовать, но при этом не должна превращаться в средство нещадной эксплуатации работников. Разрешить противоречия между интересами собственника средств производства и работников следует простым и очевидным способом – сделать работников собственниками таких средств и, с соответственно, дать им право участия в прибылях. И тогда противоречие исчезнет.
Самое примечательное, что идея сделать работников совладельцами предприятий родилась не в рабочей среде и не в государственных ведомствах, а в головах самих предпринимателей. Он называет двух таких «капиталистов» – Жана Леклера и Жана Батиста Годена, живших и работавших во Франции в XIX веке:
«У фабрикантов же родилась идея участия рабочих в прибылях предприятия. Мысль эта – быть может, одна из величайших социальных идей – и выдвинута лицами чистыми от каких бы то ни было подозрений в своекорыстии. Она принадлежит Жану Леклеру, фабриканту, вышедшему из рабочей среды, который с величайшими усилиями убедил своих рабочих согласиться на введение участия в прибылях. С 1842 г. по 1876 г. Леклер выдал рабочим 1 800 000 франков такой дополнительной прибыли и создал рабочую кассу, доведенную до 900 000 франков капитала. По смерти рабочие воздвигли ему памятник – и было за что. Еще более замечателен в области развития той же идеи участия в прибыли Жан Батист Андре Годен (1817-1888 годы), основатель фамилистера, этой своеобразной ассоциации труда и капитала, затмившей неудачные мечтания Ш. Фурье. Годен известен как благороднейший гуманист, благодетель многих тысяч существ человеческих, мечтавший преобразовать на новых началах все человеческое общество».
Идея участия рабочих в прибыли, практически реализованная указанными предпринимателями образцовыми предпринимателями, нашла отзвук. «Ее пробовали и пробуют применять в различных странах. Опыты такого рода имеются на нескольких сотнях фабрик», – отмечает Лев Александрович. Он говорит, что во Франции таких фабрик имеется свыше 100, в Англии тоже около сотни, в Америке до 200, несколько десятков в Германии.
Правда, как признает Лев Александрович, большинство рабочих воспринимают идею без восторга и даже враждебно. Профсоюзы настраивают рабочих на то, чтобы через забастовки добиваться повышения заработной платы. Это, мол, лучше, чем зависеть от прибыли, которая сегодня есть, а завтра ее не будет. Кроме того, те рабочие, которые соглашаются на участие в капитале и прибылях перестают быть частью общего пролетарского движения. Подобного рода проекты превращения наемных работников в «маленьких капиталистов» раскалывают классовую солидарность. Тихомиров считает, что рабочие не сами определяют свое отношение к идее участия в капитале, а их так настраивают руководители рабочих союзов.
Чтобы преодолеть это искусственное противодействие социальной новации, следует, по мнению Тихомирова, подключиться правительству: «Вся причина неуспеха идеи участия в прибылях зависит именно от этого противодействия рабочих союзов, о чем нельзя не пожалеть, так как сама по себе это одна из глубочайших социальных идей. Очень вероятно, что с усилением государственного вмешательства в отношения труда и капитала она станет под защиту государства и получит несравненно более широкое развитие». Идеальной организационно-правовой формой компаний, приспособленной к решению задачи претворения в жизнь модели участия работников в капитале и прибылях, является акционерное общество. В такой хозяйственной организации не должно быть мажоритариев и миноритариев, у всех работников должны быть одинаковые доли в капитале. А различия в количестве и качестве труда учитываются в заработной плате (которая обязательно должна быть дифференцированной).
Тихомиров признает алчность части капиталистов и отмечает, что она растет в геометрической прогрессии по мере роста состояний, получаемых неправедным путем (т.е., выражаясь языком марксизма, путем присвоения прибавочной стоимости). Подобно тому, как рабочие устраивают стачки, также и капиталисты организуют «стачки капитала». Лев Александрович имеет в виду разного рода соглашения, ведущие к монополизации производства и сбыта продукции: «Совершенно понятно, что хозяева промышленных предприятий, в одних случаях находясь между собою в конкуренции, в других случаях имеют побуждения вступать между собою в союзы и обязательные уговоры по вопросам регулирования количества производимых продуктов, по закупке нужных им материалов и т.п. Уговор заключается иногда и для того, чтобы устанавливать одинаковые цены».
И стачки рабочих, и стачки капитала угрожают интересам общества в целом: «Подобно тому, как забастовки рабочих, особенно приобретающие характер “всеобщности”, угрожают благосостоянию и свободе нации, – те же опасности приносят с собой и стачки капитала».
Зло «стачек капитала» заключается в том, что они грабят все общество, подавляют (иногда поглощают) предпринимателей среднего калибра и, что самое страшное, подчиняют себе государство: «В настоящее время эти “синдикаты” хозяев, предпринимателей, а также их “тресты” распространены по всему миру, нередко составляя страшное зло, способ эксплуатации публики и порабощения тузам промышленности даже средних хозяев, а также общественных управлений и самого государства».
Особенно далеко процесс монополизации зашел в Северо-Американских Соединенных Штатах (САСШ). Хрестоматийным примером стал нефтяной трест Джона Рокфеллера Standard Oil. Подробности концентрации и централизации капитала, монополизации в Северной Америке и в Европе можно найти в работе В.И. Ленина «Империализм, как высшая стадия капитализма» (1916 г.). О монополизации в САСШ Тихомиров пишет: «Это явление особенно заявило себя в Северной Америке, где объединенные соглашения, “тресты”, в которых перед заправилами дела почти теряется личность предпринимателя, охватывают производства по несколько миллиардов, безусловно подчиняя себе потребителей, а посредством подкупа общественных управлений и депутатов конгресса, проводят государственные законодательные меры, нужные для предохранения этих стачечников капитала от заграничной конкуренции и т.п.» Кстати, установление контроля монополистического капитала над органами законодательной власти стало еще одним серьезнейшим препятствием для легализации идеи участия работников в капитале и прибылях компаний.
