Источник: Оптина пустынь
Схимонах Иоасаф (в миру Петр Борисович Моисеев) родился в 1889 году в поселке Митинского чугунно-литейного завода (поселок Песоченский Суворовского района Тульской области). Его отец, Борис Кондратьевич, работал механиком на Митинском заводе, а мать Пелагея была домохозяйкой. Родители своих детей старались воспитывать в религиозном духе.
В 1903 году после окончания сельской начальной школы Петр отправился в Оптину пустынь (монастырь находился в 30 верстах от его дома). Настоятель монастыря архимандрит Мелетий с любовью принял тринадцатилетнего отрока, желающего посвятить себя служению Богу, он сразу почувствовал в мальчике что-то особенное и ответил на его просьбу таким образом: «Тебе сейчас нужно вернуться домой… А потом возвращайся, но с отцом и документами. Тогда мы тебя непременно возьмем». По милости Божией родители благословили сына, отец проводил его до самых монастырских ворот.
Поступив в обитель, Петр получил клиросное послушание, он также обучался слесарному ремеслу в монастырской ремесленной школе. В 1910 году послушник Петр был призван в 6-й драгунский Глуховский полк в качестве младшего оружейного подмастерья. В 1918 году, после окончания первой мировой войны, младший унтер-офицер Петр Моисеев был демобилизован из армии. Два года он провёл дома, а в 1920 году вернулся в Оптину пустынь. В 1924 году власти закрыли монастырь, монахи были отправлен в Калугу на «принудительные работы».
По милости Божией весной 1925 года, на московском подворье Оптиной пустыни, Петр принял пострижение в мантию, при этом он получил имя Иосиф в честь святого Иосифа-песнописца. По традиции ново постриженный монах должен был пять дней пребывать в храме. Отец Иосиф получил послушание стоять с патриаршим крестом при гробе почившего патриарха Тихона в Донском монастыре. Во время несения послушания у гроба Патриарха было видение: вдруг отверзлось небо, и он увидел восходящего на небеса святейшего Патриарха Тихона и убиенную Царскую Семью. Это видение он запомнил на всю жизнь.
В 1926 году, по окончании срока принудительных работ, отец Иосиф, уже как монах, был лишен гражданских прав и отправлен по месту жительства своих родителей. Около двух лет он провел в родном доме, а затем, в начале 1928 года ему удалось устроиться певчим в один из храмов ликвидированного московского Даниловского монастыря. Однако в 1930 году власти закрыли обитель, и отцу Иосифу пришлось вернуться домой. На деньги, заработанные кустарным промыслом, отец Иосиф изготовил станок для производства церковных свечей и стал снабжать ими окрестные церкви. 14 августа 1936 года он был арестован за нелегальную помощь церковным приходам, а 21 сентября был осужден народным судом Черепетского района Московской обл. по 99-й статье УК РСФСР на один год исправительных работ.
По окончании срока отец Иосиф вернулся к себе домой, а 4 октября 1937 года он был арестован вторично по 58-й статье УК РСФСР за антисоветскую деятельность. 19 октября 1937 года решением Тройки при Управлении НКВД по Тульской области монах Иосиф был приговорен к 10 годам лишения свободы с отбыванием срока наказания в исправительно-трудовом лагере. Он был отправлен в Ярославскую область, в местность, где находился Волголаг.
19 января 1943 года отец Иосиф по причине серьезного ухудшения здоровья был досрочно освобождён, и получил право проживать в Брейтовском районе Ярославской области. Всего лишь три года он провел на свободе, 29 января 1946 года он был третий раз арестован и препровожден в тюрьму г. Ярославля.
20 мая 1946 года судебная коллегия по уголовным делам Ярославского областного суда приговорила Моисеева Петра Борисовича к 10 годам лишения свободы.
В 1954 году, после освобождения, отец Иосиф поселился в г. Грязи Воронежской области у Яковлевых. Специально для него была куплена у соседей времянка, которую он сам и собрал на огороде, в этой келье он и подвизался в строгом посте и непрестанной молитве. Все свое время он посвящал молитвенному деланию, богомыслию, чтению Священного Писания, святоотеческих книг и посильному рукоделию.
Из воспоминаний схимонахини Николаи (в миру Марии Яковлевны Яковлевой) келейницы старца Иоасафа:

Батюшка большой молитвенник был. Весь день почти в молитве проводил. Вставал на правило ночью, в три часа. Я на работу утром пойду, а он все продолжает. К обеду возвращаюсь в двенадцать часов, чтоб самой поесть, да его покормить, а он все молится. Вот он пообедает, пойдет, дрова поколет… Чтоб он отдыхал, так я как-то этого не видала. В четыре часа дня опять за правило брался и часов до восьми молился. Перед вечерним правилом всегда чай пил, но после молитвы уже не вкушал больше. Потом, после вечерней молитвы, сядет книжки свои читать, а когда спать ложился, я того и не знала. Спать пойду к маме, а он все читает еще…
В конце 50-х годов по благословению митрополита Воронежского и Липецкого Иосифа батюшку постригли в великую схиму с именем Иоасаф, в честь святителя Иоасафа Белгородского. Схиигумен Митрофан его постригал…
Батюшка много предвидел. Часто он вздыхал: «Ах, немного я не доживаю, ведь Оптину-то откроют»… Помню, когда брат уезжал на жительство в Выборг, то велел нам известить его о кончине старца… А батюшка ему ответил: «Да нет, я тебя буду провожать, а не ты меня»… Так и вышло: брат тридцати лет помер от болезни…
Он на фотографию дорогого батюшки Иоанна Кронштадтского сделал венок из фольги и повесил в келии. А я говорю: «Да ведь он еще не прославлен». А он говорит: «А у меня келейно прославлен»… Но прозорливость свою скрывал. Нас, к примеру, навещали архиепископ Евсевий, схиархимандрит Серафим, иеросхимонах Нектарий, схиигумен Митрофан. Когда его о чем-нибудь спрашивали, то он возьмет тетрадочку, да и начинает им по тетрадочке говорить. Я спрашиваю: «Батюшка, а почему ты не скажешь им от себя? Скажи им своими словами, ты же ведь знаешь, что сказать» А он говорит: «Нельзя, Маша, если я себя раскрою, то меня здесь не будет. А меня Матерь Божия благословила в этом месте жить»…
Многие верующие люди обращались к старцу за духовным советом, благословением и наставлением.
О времени своей смерти отец Иоасаф, по свидетельству его келейницы, знал за год до его кончины. В последний свой вечер под праздник Благовещения Пресвятой Богородицы в 1976 году, он удостоился явления Спасителя и Божией Матери. В те минуты, когда уже отходил в мир иной, по словам келейницы, он исполнился неизреченного веселия, божественного восторга, и весь как бы светился.
Отпевание усопшего старца возглавил тогда наместник Троице-Сергиевой лавры архимандрит Евсевий (ныне архиепископ Псковский и Великолукский). Похоронен схимонах Иоасаф на кладбище г. Грязи. Его могила привлекала к себе большое количество страждущих людей. По свидетельству верующих многие из них получают по молитвам схимонаха Иоасафа благодатную помощь.
29 ноября 2005 г. в г. Грязи Липецкой области состоялась эксгумация останков похороненного на местном кладбище схимонаха Иоасафа. В своем завещании старец, поселившийся в Грязях после многих лет заключения за веру Христову, просил похоронить его в Оптиной пустыни. Честные останки оптинского схимонаха-исповедника, согласно его желанию и по благословению Святейшего Патриарха Алексия, перенесены на братское кладбище Оптиной пустыни.
7 апреля 2020 г., в праздник Благовещения Пресвятой Богородицы — день, когда о. Иоасаф был пострижен, и в день, когда он отошел ко Господу, в Введенском ставропигиальном мужском монастыре Оптина пустынь молитвенно почтили его память. По окончании Божественной литургии наместник обители епископ Можайский Леонид с братией совершил заупокойную литию на могиле приснопоминаемого
1. Оптинский альманах, 2009 г., 220–233, Жизнеописание схимонаха Иоасафа (Моисеева), иеромонах Нестор (Кумыш)
2. Жизнеописание Оптинского схимонаха Иосафа (Моисеева, Иеромонах Нестор (Кумыш), журнал «Церковный вестник», 6–7, 2003
3. патриархия.ру
Пресс-служба монастыря Оптина пустынь
Источник: Оптина пустынь



