Источник: Богучарский поисковый отряд ПАМЯТЬ
Лагерь военнопленных "Миллеровская яма". http://southklad.ru/
"... Что делалось внутри лагеря? Ввиду голода – было воровство, убивание друг друга и т.д. и т.п.
Однажды при построении на отправку в другой лагерь я потерял своего друга бывшего помкомвзвода сержанта Голубова[1]. Здесь мы с Селеверстовым совсем поникли, потому что Голубов попадается третий раз к немцам, и он прошёл и знал кой чего. А мы первый раз и всё боялись. Теперь надо действовать самим. В одно время мы решили не поспать ночь, а стремиться попасть или на работу или совсем в отправку в другой лагерь. Утром, хотя я и был 101-ым, но, всё же решился или погибнуть, или куда-нибудь попасть, но только из этого лагеря вырваться. Саша побоялся перебежать в эту сотню, потому что здесь ходил немец с кинжалом в руках, пыряя каждому, кто только отклонялся от строя в сторону на 1 метр, да притом ещё на привязи водил собаку, которая по приказу фрица, бросается на человека, валяет с ног и грызёт до смерти.
Хоть я был и 101-ым, но как-то мне сошло благополучно. Попал я не в отправку, а на работу. Работали при аэродроме, день прошел хорошо. Даже в лагерь я принес с собой хлеба. И так вернувшись в лагерь, я стал разыскивать Сашу. Но найти не мог... ... Иду выбирать себе логово, где можно будет переспать. Остался я совершенно один. Думки у меня пошли глубокие и все о доме, о своих - папе, маме и бабушке. Спрашивается, полегчает ли от этого или нет, но я не мог никак, ни на одну секунду забыть о них, всё время стоят в голове. А ночью снится, как мама с бабушкой готовят кушать, приглашают завтракать и т.д. и т.п. Обо всем описать я не могу. На другой день иду снова «покупать» кушать. Подошёл к одному. Я не обращал взглядом на него, больше всего на кашу, сваренную из горелого зерна, стал спрашивать цену и попросил у него покушать. Когда взглянул в лицо, то узнал, что это земляк, но точно ещё не могу определить. Стал спрашивать, вернее говорю ему:
- Вы не с Сталинградской области?
- Да! – отвечает он.
- Городищенского района?
- Да!
- С Вертячего?
- Да!
- Не Иванов[2] ли Вы? – спрашиваю его.
Он сразу глаза вставил и смотрит на меня, не зная, что делать, и не может узнать. Тогда я ему говорю свою фамилию и инициалы. Узнали друг друга, он приглашает меня на своё местечко, кусочек земли, где стал он на эту ночь. По дороге он мне рассказал, что он здесь не один, а с Крымцевым Фёдором Ивановичем[3]. Приходим на место. Я здороваюсь с Ф.И., он смотрит и не узнаёт. Тогда мы сели и сидим, разговариваем по мелочам. Иванов приглашает меня кушать, а Ф.И. смотрит и думает: нам самим кушать нечего, а он еще приглашает какого-то. Тогда В.И. объяснил ему, кто такой я. Он бросился ко мне, поцеловались, и он заплакал, потому что его сын в моих годах, и ему жалко сделалось. Вот так я нашёл ещё двух земляков. Пожили мы вместе дней 7 и снова разбились. Ф.И. у нас совсем заболел. Мы ходили на работу, и вот в один день нас отсчитали и повели не на работу, а на отправку в лагерь соседний. Ф.И. остался в Миллерово один.
Посадили нас в эшелон и повезли. Долго мы думали о Ф.И., но что могли сделать и жалко, а вернуться обратно нельзя. Нас привезли на ст. Кантемировка. И там был лагерь такой же, только народу меньше и кушать давали побольше. А что давали? Дохлые лошади привозились в лагерь, где заставляли обдирать и варить в общем котле, а совместно с водой варили сою. И здесь палочная дисциплина.
Лагерь военнопленных в Кантемировке. Лето 1942г.
Источник: РГАКФД, Оп. 2, № 36, сн. 2
Не обидно было, когда бьет немец, но когда наш брат проберется в полицаи, на кухню поваром или дровопалом, и начинает кричать, бить, это значит, выслуживает себе чин. Кто они такие? Украинцы, грузины, узбеки, татары и др. национальности. Были и русские, но сколько я прошел лагерей, встречались очень мало. Жизнь протекала так же, как и в Миллеровском лагере. В этом лагере нас стали заедать вши. Вывести их было нельзя, потому что, выше указанные полицаи, получили приказ от немецкого командования запрещать всем военнопленным уничтожать этих паразитов. Если заметит полицай военнопленного во время уничтожения вшей, то избивали палками до полусмерти, после не оказывали никакой помощи. Вот однажды стали отбирать 100 человек в отправку, неизвестно куда, где попали и мы с В.И., а как попали? Очень просто. Получили ударов по 10 от полицая и попали.
1 сентября 1942 г. весь день шел дождь, и этот день нас вели уже итальянцы. К вечеру мы пришли на место, где и узнали, что будем находиться у итальянцев. Этот день я пострадал, потому что в одной гимнастерке, да и та уже вся в дырах, а шинель проел за полбуханки хлеба, одному Ивану-шоферу, который изменил Родине и пошел служить в немецкую армию.
Во время нашего движения, 30 км, мы могли подбить, что и покушать, и на одном отдыхе нам итальянцы дали кушать, по 400 гр. хлеба и по 100 гр. сыра. На этом отдыхе жители несли нам, что могли – и покушать и одеться, а итальянцы даже благодарили жителей, в тот день я получил пиджачок.
Настала жизнь у итальянцев. Спали мы в свинарнике, правда там было чисто и делали дезинфекцию. Кормили нас хорошо. Кушали солдатский итальянский паёк, правда немного меньше, но и этим мы были довольны. Комендант лагеря приказал всем полицаям не трогать на одного военнопленного, даже запрещал и пальцем ударить. Ходили на работу в поле убирать хлеб, где давали молоко, не считая пайка. Пойдёшь работать на дорогу - там всегда конвоиры- итальянские солдаты, наказывали жителям, что бы несли нам кушать, что может, даже иной раз сам пойдёт по хатам и говорит: «Матка, давай комарадам мончарэ[4]».
Русские пленные возвращаются с работы, район п.Кантемировка Воронежской области. Фото итальянского солдата Карло Манфрини (Carlo Manfrini). Источник:
Немцев итальянцы очень боялись, если придет немец в село, где находятся итальянцы, то сейчас же их выселял и запрещал брать вроде жиров что-то у жителей, а сам творил что хотел. Такая жизнь продолжалась у меня с В.И. до 15 сентября 1942г.
В лагере было всего 450 человек. 15 сентября нас 100 человек построили, посадили на машины и отвезли обратно в Кантемировку, где жизнь началась опять немецкая - палочная. До 22 сентября я проработал на конюшне у немцев, там тоже неплохо жили, но не сравнить с итальянской жизнью. 27 сентября весь лагерь стали куда-то перегонять по железной дороге и вот мы стали сгружаться на одной станции, где я от власовца получил 4 розги винтовочным шомполом, кто бы знал, как это надо всё переживать, да притом никому не скажи, а скажешь - голову снесут..."
[1] Предположительно, Голубев Василий Павлович, 1921г.р., уроженец Орджоникидзевского (ныне Ставропольского) края, однополчанин автора дневника. Служил в 1105 артполку РГК 62-й армии, согласно донесению штаба 62-й армии пропал без вести 07.08.1942г. (ЦАМО РФ, Фонд 58, Опись 818883, Дело 1735).
[2] Предположительно Иванов Василий Иванович, 1901г.р., уроженец х.Вертячий Сталинградской области, земляк автора дневника. Погиб в плену 10.12.1944г. в г.Луккенвальде Германия (ЦАМО РФ, Фонд 58, Опись 977529, Дело 25).
[3] Крымцев Фёдор Иванович, 1903 г.р., красноармеец, уроженец х.Вертячий Сталинградской области, землякавтора дневника.Согласно Книги Памяти Волгоградской области считается пропавшим без вести в марте 1943г.
[4] da mangiare (итал.) – кушать.
