«Это грубое нарушение всех требований морали и права»

Общественные организации Алтайского края возмущены неправомерным изъятием сына из семьи Дрожилкиных

Проблемы семьи и брака  Ювенальная юстиция 
0
04.09.2015 669
25 августа состоялось третье (последнее) заседание судебной коллегии Алтайского краевого суда, рассмотревшей апелляционную жалобу Дрожилкиной Елены Юрьевны на постановление районной администрации о лишении ее прав опекуна по отношению к восьмилетнему Антону Речкову.

В связи с этим алтайские общественные организации выступили с соответствующим обращением.

«За время, прошедшее с предыдущего заседания 28 июля, а это почти месяц, в защиту этой семьи включилось еще несколько общественных организаций, депутаты Госдумы, АКЗС и Барнаульской городской думы из всех фракций, - говорится в обращении, поступившем в редакцию РНЛ. - Общественностью было собрано 651 подпись граждан (из них: 200 подписей неравнодушных граждан из других регионов) с просьбой вернуть ребенка в семью. Кроме официального психологического обследования семьи, проведенного центром "Семья плюс" по определению судебной коллегии, было произведено альтернативное исследование Елены Юрьевны психологическим центром "Каритас+". Ее интересы защищали 4 представителя, из них 3 юриста. На судебных заседаниях всегда присутствовали десятки поддерживающих ее граждан. Реакция СМИ и рунета выразилась в многочисленных сочувствующих публикациях, сообщениях и репостах.

Представители Е.Ю.Дрожилкиной подробно, опираясь на документы дела, доказали несостоятельность всех претензий к ней органов опеки.

Ложность утверждений о том, что она не заботилась о здоровье сына, его образовании, разоблачена путем предоставления многочисленных справок, грамот, спортивных наград и фотографий Антона. Это касается и необходимых Антону занятий с логопедом и психологом. Елена Юрьевна постоянно водила сына к специалистам и врачам, как по рекомендациям, так и по собственной инициативе, в том числе они прошли курс подготовки к школе.

Елену Юрьевну обвиняли в запущенности зубов ребенка, мол, в детском доме пришлось их всех пролечить. Суду было представлена справка из мед.учреждения о том, что опекун многократно и систематически водила Антона к зубным врачам. Кроме того, согласно этой справке, во время нахождения мальчика в детском доме его водили к зубному врачу только один раз.

Такая же история с логопедом. Согласно сообщениям самого Антона и свидетелей, которых суд не захотел выслушать (и они просидели все время в коридоре), в детском доме его не водят к логопеду, его там нет. Логопед из коррекционной школы, в которой теперь учится мальчик, также не занимается детдомовскими детьми. Между тем, на предыдущем судебном заседании утверждалось, что в детдоме, в отличие от дома, логопед с ним занимается постоянно. Получается, что данное утверждение не соответствует действительности. В детдоме хуже заботятся о здоровье Антона, чем заботились в родной семье.

Находясь в детском доме уже восемь месяцев, Антон совсем не занимается любимым видом спорта (спортивной гимнастикой), по которому он до этого получил первый юношеский разряд и имел хорошие перспективы. В условиях детского дома это неудивительно, возможностей реализовать таланты у детей там нет (за все время два мальчика немного ходили на шахматный кружок и футбольную секцию), дети начинают курить и пить. Страдает и образование, так 21 мая 2014 г. Антона отправили в психоневрологический диспансер, не дав окончить второй класс.

Новое официальное психологическое обследование семьи, несмотря на протесты Е.Ю.Дрожилкиной на заседании суда 28 июля, производило то же самое учреждение - "Семья плюс", выводы которого о высоком риске нахождения ребенка в семье послужили обоснованием отобрания Антона из семьи. Однако выводы двух документов, последнего их заключения и предыдущего, прямо противоположны друг другу. Если в первом заключении говорилось об отсутствии в семье равенства и демократичности, о наличии излишней директивности, то сейчас, наоборот, о чрезмерной мягкости в воспитании ребенка (ни о каком риске речь больше не идет). Уже поэтому объективность заключений этого учреждения вызывает сомнения.

Согласно выводам независимого исследования Дрожилкиной, психопатологичных признаков у нее не выявлено, наоборот, имеется благоприятная почва для осуществления воспитательного потенциала испытуемой.

Суду представлены записки Антона приемным родителям, согласно которым он любит их и хочет домой, а также распечатка телефонных разговоров Елены Юрьевны с Антоном, из которой следует, что мальчик очень часто и постоянно звонит ей.

Неоднократно (в последний раз совсем недавно) Антон терял терпение и падал духом, даже говорил по телефону о возможности самоубийства. Елене Юрьевне стоило большого труда успокоить, укрепить сына, убеждая его, что он сильный и выдержит, что ему предстоит долгая счастливая жизнь.

Обвинение в плохом воспитании основывается на том, что ребенок стоит на учете в ПНД. Но согласно самому постановлению комиссии по делам несовершеннолетних, он был поставлен на учет всего лишь за один инцидент на уроке физкультуры, когда он во время игры в футбол ударил ногой по лицу одноклассника (образовался кровоподтек, не причинивший вреда здоровью), после чего, по словам самого потерпевшего, сразу попросил у него прощения и они помирились. Заявление Елены Юрьевны о том, что ее сын – добрый мальчик, подтверждаются показаниями многих свидетелей, в т.ч. его тренера по спортивной гимнастике, да и сама директор детского дома рассказывала, что он нормальный ребенок, и она (директор) собирается снять его с учета.

Также в качестве доказательства плохого воспитания предъявлено письмо городской поликлиники №10 в органы опеки от 29.10.2009 г, подписанное главврачом О.М.Бородиной и зав.дет.отделением В.Н.Поповой, согласно которому трехлетний ребенок часто ходит один грязным, без обуви, на проезжей части улицы, ведет себя неадекватно с окружающими, всех бьет, пинает, чем угодно может ударить. Как указано в самом письме, информацию сообщали по телефону анонимно. В письме отсутствуют сведения о том, проверялась ли эта информация, кем проверялась, в чем подтвердилась, в чем нет. Это чистая анонимка, которую мог составить любой недоброжелатель или просто шутник. И данное письмо фигурирует в качестве доказательства, в том числе в оспариваемом решении суда! Это грубое нарушение всех требований морали и права, в т.ч. правил судопроизводства.

На заседании суда представитель органов опеки Технирядова Лариса Ивановна, не зная сути дела, сказала, что "… Дрожилкина Е.Ю. изначально не захотела стать матерью". На самом деле Дрожилкина Е.Ю. изначально хотела усыновить двухмесячного Антона, она и не знала, что такое опекунство. А когда шло рассмотрение её заявления, на комиссии большинством голосов решили ребенка дать в опеку, т.к. на тот момент в этой же однокомнантной квартире проживали трое человек: Дрожилкина Е.Ю., её законный супруг и их совершеннолетняя дочь. Так же суммарный доход в семье хотя и был не ниже прожиточного, но невысокий. Поэтому принятое решение по оформлению опекунства, а не усыновления, на тот момент защищало права ребенка.

С момента появления Антона в семье в 2006 году и до 2009 года к ним из органов опеки приходил проверять инспектор, у которого не было претензий, были спокойные рекомендации. В 2009 году, когда в семью стала приходить новый инспектор, Технирядова Л.И., начались постоянные придирки и претензии, угрозы, она и добилась изъятия ребенка.

Предвзятость работников органа опеки по отношению к семье Елены Юрьевны ярко проявилась в одном из актов обследования, согласно которому единственными выявленными недостатками являлись именно разбросанные вещи и необходимость в косметическом ремонте помещения. В акте от 20.03.2013г. обследования условий жизни семьи, составленной самой Технирядовой Л.И., сказано, что "…санитарное состояние жилья – удовлетворительное, но требуется косметический ремонт. Предупреждена о возможном отобрании ребенка из семьи..".

Что касается утверждений представителей опеки, что вещи во время проверок лежали не в столах, шкафах, а на полу, на подоконнике, на стуле, то так бывает нередко в большинстве нормальных семей. Тем более если квартира маленькая, а ребенок очень подвижен. Также очевидно, что представление людей о нормальном и терпимом состоянии порядка в своем жилье существенно разнятся. Это одна из составляющих частной жизни, неприкосновенность которой защищает наша конституция. Таким образом, в данном случае налицо проявление субъективизма со стороны представителей опеки.

Для изъятия ребенка должны быть веские причины, описанные в Семейном кодексе, иных законодательных актах: наркомания или алкоголизм родителей, сильная захламлённость в квартире. Этого не было и нет в этой семье!

Сам процесс изъятия ребенка выполнен с нарушением: 25 декабря 2014 года, когда Дрожилкина Е.Ю. с ребенком находились на новогоднем утреннике, специалисты вручили ей постановление с решением об изъятии ребенка, и тут же забрали из её рук Антона. По закону после вручения решения, должно было пройти 10 дней, когда Дрожилкина Е.Ю. могла обжаловать это решение. Этого срока ей никто не дал и не объяснил, что это – её право.

Не соответствующими законодательству являются обвинения Елены Юрьевны в том, что она не выполнила рекомендаций медико-педагогической комиссии о переводе Антона из гимназии в коррекционную школу, что она отказалась ставить ему некоторые прививки, что она не взыскала с кровной матери алименты на содержание ребенка.

Согласно законодательству, опекун вправе самостоятельно определять способы воспитания ребенка, с учетом мнения ребенка и рекомендаций органа опеки и попечительства. Опекун имеет право выбора образовательной организации, формы получения ребенком образования и формы его обучения с учетом мнения ребенка. Гражданин, его законный представитель, за исключением строго определенных случаев, имеет право отказаться от любого медицинского вмешательства, в т.ч. прививок. Подача исковых заявлений в суд – это право, а не обязанность человека. Такой поступок является для обычных людей крайней мерой, требует каких-то специальных знаний, совета или помощи органов опеки. Орган опеки никогда не советовал, не предлагал и не обязывал Дрожилкину Е.Ю. осуществлять судебные действия по отношению к кровной матери ребенка. Обвинять ее в том, что она не сделала того, о чем ей ни разу не говорили, абсурдно. Вина в данном случае лежит на органе опеки.

Изъятие Антона из семьи грубо нарушает установленные Правительством РФ правила осуществления органами опеки и попечительства проверки условий жизни несовершеннолетних подопечных, соблюдения опекунами прав и законных интересов несовершеннолетних подопечных, а также выполнения опекунами требований к осуществлению своих прав и исполнению своих обязанностей. Согласно эти правилам, прекращение опеки происходит в том случае, если действия опекуна наносят вред здоровью, физическому, психологическому и нравственному развитию ребенка, и если выявленные в результате проверки нарушения невозможно устранить иным образом. Ничего этого, как изложено выше, не было и в помине.

Вопреки очевидной слабости доводов представителей органов опеки, отобравшей ребенка из семьи, судьи краевого суда, которым было поручено это дело (председательствующий Кулеш О.А., докладчик Вегель А.А., др.), приняли решение не отдавать Антона в семью Дрожилкиной Елены Юрьевны, а оставить его в детском доме.

Семья, их близкие и родные, общественность, а это – члены всероссийских организаций, специалисты (юристы, психологи, педагоги), журналисты, просто неравнодушные люди, - не бросят Антона в беде. Борьба за сохранение семьи будет продолжена.

Решение суда создает опасный прецедент. Такой неправомерной практикой вмешательства государственных органов в частную жизнь семьи, в том числе в семейный воспитательный процесс, все родители и опекуны ставятся в безвыходное положение: к ним предъявляются завышенные, мелочные, надуманные требования под угрозой изъятия детей, и дети, отбираются у семей по субъективному усмотрению инспекторов опеки. Это означает, что осуществляется попытка установить тотальный контроль над семейной и личной жизнью человека, что противоречит нашей Конституции и национальным традициям нашей страны. При этом представители органов опеки предъявляют к семьям субъективные, неконкретные, "резиновые" требования, с помощью которых можно при желании "превратить" любую благополучную семью в неблагополучную, придраться к любому действию или бездействию родителей или опекунов.

Например, под видом борьбы с жестоким обращением с детьми запрещаются более-менее строгие наказания как сами по себе, так и недостатки в их осуществлении (которые бывают в любом деле): из-за нечаянного синяка можно лишиться ребенка и свободы. А когда родители пытаются воспитывать своих детей более мягкими средствами, то их обвиняют уже в этом.

Нельзя вообще позволять дополнительно к имеющемуся тысячелетнему опыту вторгаться в семейную сферу, которая держится традиционными нормами и ценностями, так как это приведет к необратимой деструкции институтов семьи и государства, всего общества, подобно тому, как это происходит на современном Западе.

Вернем ребенка в семью! Не допустим разрушения института семьи в России!»

Документ подписали региональные отделения:
Межрегионального общественного движения в защиту прав родителей и детей «Межрегиональное родительское собрание», Общероссийской общественной организации защиты семьи «Родительское Всероссийское Сопротивление», Общероссийского общественного движения «Всероссийский Женский Союз - Надежда России», Всероссийского общественного движения «Гражданская инициатива за бесплатное образование», Общества православных врачей России им. свт. Луки Войно-Ясенецкого, фракции «За семью!» партии «Великое Отечество»;

Алтайские краевые организации:
АКОО опекунов и детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей «Доброе сердце», АКОО «Общественный родительский комитет», АКОД «Много деток - это хорошо», видеостудия «Клуб Поиск».

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции»; Комитет «Нация и Свобода»; Международное общественное движение «Арестантское уголовное единство».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

Иностранные агенты: «Голос Америки»; «Idel.Реалии»; «Кавказ.Реалии»; «Крым.Реалии»; «Телеканал Настоящее Время»; Татаро-башкирская служба Радио Свобода (Azatliq Radiosi); Радио Свободная Европа/Радио Свобода (PCE/PC); «Сибирь.Реалии»; «Фактограф»; «Север.Реалии»; Общество с ограниченной ответственностью «Радио Свободная Европа/Радио Свобода»; Чешское информационное агентство «MEDIUM-ORIENT»; Пономарев Лев Александрович; Савицкая Людмила Алексеевна; Маркелов Сергей Евгеньевич; Камалягин Денис Николаевич; Апахончич Дарья Александровна; «Центр по работе с проблемой насилия "Насилию.нет"»; межрегиональная общественная организация реализации социально-просветительских инициатив и образовательных проектов «Открытый Петербург»; Санкт-Петербургский благотворительный фонд «Гуманитарное действие»; Социально-ориентированная автономная некоммерческая организация содействия профилактике и охране здоровья граждан «Феникс плюс»; автономная некоммерческая организация социально-правовых услуг «Акцент»; некоммерческая организация «Фонд борьбы с коррупцией»; Челябинское региональное диабетическое общественное движение «ВМЕСТЕ»; программно-целевой Благотворительный Фонд «СВЕЧА»; Красноярская региональная общественная организация «Мы против СПИДа»; некоммерческая организация «Фонд защиты прав граждан»; интернет-издание «Медуза»; «Аналитический центр Юрия Левады» (Левада-центр); ООО «Альтаир 2021»; ООО «Вега 2021»; ООО «Главный редактор 2021»; ООО «Ромашки монолит».

Списки организаций и лиц, признанных в России иностранными агентами, см. по ссылкам:
https://minjust.gov.ru/ru/documents/7755/
https://ria.ru/20201221/inoagenty-1590270183.html
https://ria.ru/20201225/fbk-1590985640.html

РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.
Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить

Проблемы семьи и брака
«Церковь должна быть строгой, но и милосердной»
О том, как относиться к одобрению большинством граждан суррогатного материнства
17.09.2021
«Мы наблюдаем процесс фактического уничтожения семей»
Состоялась встреча иерея Феодора Лукьянова с депутатами Госдумы Ингой Юмашевой, в ходе которой обсуждались вопросы реализации государственной семейной политики
14.09.2021
Почему детям нравится травить людей?
О глубинных причинах буллинга и формализма школьных служб медиации
11.09.2021
Почему подростки отходят от Церкви?
Беседа в рамках «Дискуссионного клуба» РНЛ о проблемах православного воспитания детей и православной культуры в российском обществе
09.09.2021
«С инфантицидом чрезвычайно сложно бороться»
Размышления о причинах убийств матерями новорожденных детей в свете вопиющего случая обнаружения младенца в мусоропроводе московского жилого дома
09.09.2021
Все статьи темы
Ювенальная юстиция
«Это – экспансия "новых ценностей"»
Автор и ведущая программы «Территория семьи» на радио «Радонеж» Людмила Рябиченко рассказывает о нарастающих угрозах безопасности наших детей
18.09.2021
«Мы наблюдаем процесс фактического уничтожения семей»
Состоялась встреча иерея Феодора Лукьянова с депутатами Госдумы Ингой Юмашевой, в ходе которой обсуждались вопросы реализации государственной семейной политики
14.09.2021
«Семья не коммерческая корпорация»
Священник Феодор Лукьянов и Вахтанг Кипшидзе подвергли критике предложение детского омбудсмена Московской области Ксении Мишоновой приравнять удержание ребенка одним из родителей к похищению
06.08.2021
Елена Мизулина: Государство не должно вторгаться в семью
Согласован перечень концептуальных антиювенальных положений, которые лягут в основу поправок в Семейный кодекс РФ
05.08.2021
Образование как зона национальной безопасности
Автор и ведущая программы «Территория семьи» на радио «Радонеж» Людмила Рябиченко рассказывает об очередных планах цифровизации российского образования
23.07.2021
Все статьи темы
Последние комментарии
Ложь и инсинуации православных ковид-диссидентов
Новый комментарий от Константин В.
19.09.2021 00:03
Миграционный топор в руках кукловодов
Новый комментарий от prot
18.09.2021 23:42
«ЕР» вряд ли получит большинство
Новый комментарий от UmNick
18.09.2021 13:46
«Ересь аполитичности» и ложная повестка
Новый комментарий от UmNick
18.09.2021 13:23
Умудренная империя
Новый комментарий от С. Югов
18.09.2021 09:34
Вернуться в Россию
Новый комментарий от Русский Сталинист
18.09.2021 08:09