2 апреля 2012 года в Общественной палате Российской Федерации состоялись слушания «Культура как цель существования государства», сообщает Regions.Ru.
Выступая на слушаниях, председатель Отдела Московского Патриархата по взаимоотношениям Церкви и общества протоиерей Всеволод Чаплин остановился на теме взаимосвязи культуры и нравственности. По словам священнослужителя, «не все, что один из нас или кто-то другой назовет культурой, таковой обязательно является».
«Нельзя не согласиться с необходимостью государственной и общественной поддержки культуры, но эта поддержка должна быть отражением общественного признания, согласия с нравственными идеалами общества», – отметил отец Всеволод. Выступавший предложил придать нравственное измерение разрабатываемому проекту закона «О культуре», предусмотрев в нем механизмы общественного нравственного контроля. Спорные явления в творчестве, по словам отца Всеволода, должны рассматриваться на предмет уместности их государственной поддержки.
В декларации, принятой по итогам слушаний, содержатся требование широкого общественного обсуждения кандидатов при назначении на должность министра культуры.
Секретарь Патриаршего Совета по культуре, настоятель Сретенского монастыря Москвы архимандрит Тихон (Шевкунов) поддержал инициативу, заявив, что считает «необходимым создание рабочих групп по выработке стратегии развития культуры». «Мне кажется, мы должны объединить наши усилия с усилиями светских сил», - сказал он.
По мнению другого участника, режиссера Никиты Михалкова, подобных деклараций было уже написано тысячи, но ничего не меняется. «Если бы я был Эрнстом или Кулистиковым, я бы очень радовался, слушая наши обсуждения, потому что я бы знал, что можно сколько угодно говорить, но все равно я буду делать то, что считаю нужным», - сказал он. Режиссер считает, что без политической воли никакие сдвиги в области культуры невозможны. «Я не вижу никаких экономических рычагов, которые могли бы помочь культуре», - сказал он.
Вместе с тем, отмечает Regions.Ru, сейчас в обществе распространено убеждение, что постороннее вмешательство в дела культуры может быть только уродующим. Так было не всегда (скажем, русская культура XVIII века была почти сплошь государственной в полном смысле слова), но в наши дни воздействие государства или Церкви на культуру ассоциируется либо с цензурой, либо со слащавым и безжизненным «официозом» (уже само это слово характерно).
«Нуждается ли, на ваш взгляд, современная культура в контроле государства или общества? Какие формы такого контроля могут быть приемлемы, а какие – нет?» - с такими вопросами корреспондент Regions.Ru обратился к священнослужителям.
Главный редактор журнала «Наследник» протоиерей Максим Первозванский отметил, что если мы посмотрим на русскую историю (да и не только на русскую), мы увидим, что наивысшие достижения культуры приходятся на времена, когда культура была под довольно жестким контролем государства.
«Безусловно, культура – живая, и растет она не по приказу сверху. Мы не можем сами придумать новое растение, но мы можем удобрять, подстригать или защищать растения от сорняков, - так и с культурой. Заботиться о ней не только можно, но и нужно. К сожалению, без государственной поддержки никакие настоящие культурные проекты невозможны. А чтобы влияние государства не было уродующим и губительным, действительно полезно, чтобы должность министра культуры (а я бы добавил еще и министра образования) подвергалась обсуждению. То же самое касается поддержки культурных начинаний – государство должно финансировать специальные фонды, но опять же после широкого общественного обсуждения», - продолжил отец Максим.
По его словам, любая великая культура возникала при серьезной господдержке, я не говорю о древних, которые вырастали сами собой. Если взять современную японскую мультипликацию – «аниме» – это серьезный государственный проект. Диснейленд, Голливуд, «Мосфильм» – все это серьезные проекты либо государства, либо крупного бизнеса, отметил священник. «Если же пустить развитие культуры на самотек, выигрывает то государство, которому удается иметь свою культуру, а не принесенную извне, и которое может эту культуру импортировать. Война на культурном поле не менее важна, чем война танками и самолетами – а в современных условиях даже и важнее. И ни о каком суверенитете страны нельзя говорить, пока ее культура - от классической до молодежной – отдана "на откуп" загранице», - заключил он.
Протоиерей Борис Михайлов, настоятель храма Покрова Пресвятой Богородицы в Филях, подчеркнул, что если речь идет о поддержке каких-то определенных произведений искусства, то это та же косвенная цензура, что и при советской власти. Ничего хорошего от нее ждать не приходиться.
«Как можно говорить о каком-то законодательном контроле или регламентировании культуры? Этим была полна советская жизнь. И мы знаем, чем это закончилось. Для начала нужно все-таки выяснить, что, собственно, понимается под культурой? Я бы предложил такое определение: культура - это система жизненных ценностей, которая выявляется в жизни и деятельности человека и в историческом бытии общества. При Петре сформировалась светская культура, оставившая позади многовековую религиозную культуру. Принципы этой новой культуры - уже не спасение человека во Христе, а счастье человека и благо государства. В ХХ веке культура, и не только русская, была взорвана. И на месте христианской светской культуры возникает культура демоническая», - продолжил он.
«Какую культуру нужно регламентировать и ставить под контроль? Демоническую? Что она из себя представляет сейчас, это большая тема, до сих пор не раскрытая. Эта культура по природе своей очень агрессивна. Теоретики этой новой культуры, как советские, так и западные, указывали на ее наступательный характер в отношении сознания и даже подсознания человека. Так, например, о кино и театре (мейерхольдовском) С.М.Эйзенштейн писал, что главный момент здесь – аттракцион: агрессивное действие, направленное на сознание зрителя. Именно это мы и видим и в массовой культуре, и особенно в рок-культуре. В первую очередь, как мне кажется, надо раскрыть суть нашей современной культуры и в духовном, и в нравственном отношении. И тогда можно подумать, что мы можем противопоставить ее негативному влиянию. Но я категорически против вмешательства государства в культуру», - заключил священник.
Священник Александр Шумский, клирик храма Святителя Николая в Хамовниках, заявил, что подписывается под всеми словами отца Всеволода.
«Если не будет нравственного, основанного на национальных и духовных традициях контроля государства и общества, то будет безнравственный контроль маргинальной, антитрадиционной части общества, которая будет навязывать аморальность и безнравственность. Надо говорить о радикальном либеральном тоталитаризме, который, на мой взгляд, гораздо более тоталитарный, чем советский. Степень аморальности современной массовой культуры просто зашкаливает. Это прямое растление человечества либеральной массовой культурой. При многих отрицательных моментах советской культуры нравственного растления все-таки не было. Наряду с идеологически несостоятельными произведениями в кинематографе и литературе были настоящие шедевры. А произведения современной либеральной массовой культуры это почти сплошь яд. Если высокая культура заменяется массовой, то происходит смерть культуры вообще. И сейчас противостояние массовой культуре с опорой на традиционные ценности это элементарная попытка нравственно выжить. Поэтому нравственный контроль в культуре необходим, как необходима и поддержка художников, ориентирующихся на образцы высокой культуры», - подчеркнул отец Александр.
Священник Алексий Агапов, настоятель Михаило-Архангельской церкви г. Жуковского Московской области, отметил, что государство, вручая государственную премию деятелю культуры, тем самым оказывает поддержку в развитии общественно значимых явлений культуры.
«При этом у художника остается полная возможность творить без оглядки на возможную поддержку со стороны государства и общества. Контроль - вещь уже более серьезная и опасная. Безусловно, есть нравственные и художественные критерии оценки творчества. Но есть декларируемые критерии, а есть реальные. И, к сожалению, нужно констатировать, что в обществе очень часто декларируемое не только не совпадает с реальным, но и отстоит от него очень далеко. С каких позиций будет осуществляться контроль? Кто его будет осуществлять? К чему это приводило в советское время всем хорошо известно. Ханжество процветало. Есть огромный риск, что эти контролирующие органы будут в той или иной степени ангажированы, даже если в них будут работать честные и достойные люди. И это еще в самом лучшем случае, а на самом деле кто и с какой целью будет стремиться работать в этих органах – это большой вопрос. Трудно представить, что туда с радостью пойдут сами деятели культуры», - заключил священник.
«Нельзя не согласиться с необходимостью государственной и общественной поддержки культуры, но эта поддержка должна быть отражением общественного признания, согласия с нравственными идеалами общества», – отметил отец Всеволод. Выступавший предложил придать нравственное измерение разрабатываемому проекту закона «О культуре», предусмотрев в нем механизмы общественного нравственного контроля. Спорные явления в творчестве, по словам отца Всеволода, должны рассматриваться на предмет уместности их государственной поддержки.
В декларации, принятой по итогам слушаний, содержатся требование широкого общественного обсуждения кандидатов при назначении на должность министра культуры.
Секретарь Патриаршего Совета по культуре, настоятель Сретенского монастыря Москвы архимандрит Тихон (Шевкунов) поддержал инициативу, заявив, что считает «необходимым создание рабочих групп по выработке стратегии развития культуры». «Мне кажется, мы должны объединить наши усилия с усилиями светских сил», - сказал он.
По мнению другого участника, режиссера Никиты Михалкова, подобных деклараций было уже написано тысячи, но ничего не меняется. «Если бы я был Эрнстом или Кулистиковым, я бы очень радовался, слушая наши обсуждения, потому что я бы знал, что можно сколько угодно говорить, но все равно я буду делать то, что считаю нужным», - сказал он. Режиссер считает, что без политической воли никакие сдвиги в области культуры невозможны. «Я не вижу никаких экономических рычагов, которые могли бы помочь культуре», - сказал он.
Вместе с тем, отмечает Regions.Ru, сейчас в обществе распространено убеждение, что постороннее вмешательство в дела культуры может быть только уродующим. Так было не всегда (скажем, русская культура XVIII века была почти сплошь государственной в полном смысле слова), но в наши дни воздействие государства или Церкви на культуру ассоциируется либо с цензурой, либо со слащавым и безжизненным «официозом» (уже само это слово характерно).
«Нуждается ли, на ваш взгляд, современная культура в контроле государства или общества? Какие формы такого контроля могут быть приемлемы, а какие – нет?» - с такими вопросами корреспондент Regions.Ru обратился к священнослужителям.
Главный редактор журнала «Наследник» протоиерей Максим Первозванский отметил, что если мы посмотрим на русскую историю (да и не только на русскую), мы увидим, что наивысшие достижения культуры приходятся на времена, когда культура была под довольно жестким контролем государства.
«Безусловно, культура – живая, и растет она не по приказу сверху. Мы не можем сами придумать новое растение, но мы можем удобрять, подстригать или защищать растения от сорняков, - так и с культурой. Заботиться о ней не только можно, но и нужно. К сожалению, без государственной поддержки никакие настоящие культурные проекты невозможны. А чтобы влияние государства не было уродующим и губительным, действительно полезно, чтобы должность министра культуры (а я бы добавил еще и министра образования) подвергалась обсуждению. То же самое касается поддержки культурных начинаний – государство должно финансировать специальные фонды, но опять же после широкого общественного обсуждения», - продолжил отец Максим.
По его словам, любая великая культура возникала при серьезной господдержке, я не говорю о древних, которые вырастали сами собой. Если взять современную японскую мультипликацию – «аниме» – это серьезный государственный проект. Диснейленд, Голливуд, «Мосфильм» – все это серьезные проекты либо государства, либо крупного бизнеса, отметил священник. «Если же пустить развитие культуры на самотек, выигрывает то государство, которому удается иметь свою культуру, а не принесенную извне, и которое может эту культуру импортировать. Война на культурном поле не менее важна, чем война танками и самолетами – а в современных условиях даже и важнее. И ни о каком суверенитете страны нельзя говорить, пока ее культура - от классической до молодежной – отдана "на откуп" загранице», - заключил он.
Протоиерей Борис Михайлов, настоятель храма Покрова Пресвятой Богородицы в Филях, подчеркнул, что если речь идет о поддержке каких-то определенных произведений искусства, то это та же косвенная цензура, что и при советской власти. Ничего хорошего от нее ждать не приходиться.
«Как можно говорить о каком-то законодательном контроле или регламентировании культуры? Этим была полна советская жизнь. И мы знаем, чем это закончилось. Для начала нужно все-таки выяснить, что, собственно, понимается под культурой? Я бы предложил такое определение: культура - это система жизненных ценностей, которая выявляется в жизни и деятельности человека и в историческом бытии общества. При Петре сформировалась светская культура, оставившая позади многовековую религиозную культуру. Принципы этой новой культуры - уже не спасение человека во Христе, а счастье человека и благо государства. В ХХ веке культура, и не только русская, была взорвана. И на месте христианской светской культуры возникает культура демоническая», - продолжил он.
«Какую культуру нужно регламентировать и ставить под контроль? Демоническую? Что она из себя представляет сейчас, это большая тема, до сих пор не раскрытая. Эта культура по природе своей очень агрессивна. Теоретики этой новой культуры, как советские, так и западные, указывали на ее наступательный характер в отношении сознания и даже подсознания человека. Так, например, о кино и театре (мейерхольдовском) С.М.Эйзенштейн писал, что главный момент здесь – аттракцион: агрессивное действие, направленное на сознание зрителя. Именно это мы и видим и в массовой культуре, и особенно в рок-культуре. В первую очередь, как мне кажется, надо раскрыть суть нашей современной культуры и в духовном, и в нравственном отношении. И тогда можно подумать, что мы можем противопоставить ее негативному влиянию. Но я категорически против вмешательства государства в культуру», - заключил священник.
Священник Александр Шумский, клирик храма Святителя Николая в Хамовниках, заявил, что подписывается под всеми словами отца Всеволода.
«Если не будет нравственного, основанного на национальных и духовных традициях контроля государства и общества, то будет безнравственный контроль маргинальной, антитрадиционной части общества, которая будет навязывать аморальность и безнравственность. Надо говорить о радикальном либеральном тоталитаризме, который, на мой взгляд, гораздо более тоталитарный, чем советский. Степень аморальности современной массовой культуры просто зашкаливает. Это прямое растление человечества либеральной массовой культурой. При многих отрицательных моментах советской культуры нравственного растления все-таки не было. Наряду с идеологически несостоятельными произведениями в кинематографе и литературе были настоящие шедевры. А произведения современной либеральной массовой культуры это почти сплошь яд. Если высокая культура заменяется массовой, то происходит смерть культуры вообще. И сейчас противостояние массовой культуре с опорой на традиционные ценности это элементарная попытка нравственно выжить. Поэтому нравственный контроль в культуре необходим, как необходима и поддержка художников, ориентирующихся на образцы высокой культуры», - подчеркнул отец Александр.
Священник Алексий Агапов, настоятель Михаило-Архангельской церкви г. Жуковского Московской области, отметил, что государство, вручая государственную премию деятелю культуры, тем самым оказывает поддержку в развитии общественно значимых явлений культуры.
«При этом у художника остается полная возможность творить без оглядки на возможную поддержку со стороны государства и общества. Контроль - вещь уже более серьезная и опасная. Безусловно, есть нравственные и художественные критерии оценки творчества. Но есть декларируемые критерии, а есть реальные. И, к сожалению, нужно констатировать, что в обществе очень часто декларируемое не только не совпадает с реальным, но и отстоит от него очень далеко. С каких позиций будет осуществляться контроль? Кто его будет осуществлять? К чему это приводило в советское время всем хорошо известно. Ханжество процветало. Есть огромный риск, что эти контролирующие органы будут в той или иной степени ангажированы, даже если в них будут работать честные и достойные люди. И это еще в самом лучшем случае, а на самом деле кто и с какой целью будет стремиться работать в этих органах – это большой вопрос. Трудно представить, что туда с радостью пойдут сами деятели культуры», - заключил священник.
