Подписанный Президентом документ «Основы государственной политики Российской Федерации в сфере развития правовой грамотности и правосознания граждан», судя по риторике, составлен какими-то новыми людьми из его окружения. Однако не изменилась риторика самого Президента и высших должностных лиц страны.
Во властных кругах никак не могут понять, что есть сферы деятельности, в которых должна быть унификация, а есть сферы, где позитивное влияние может оказывать дифференциация. В правосознании должна быть унификация. В России может быть только русская правовая культура. Никакой другой просто не существует. Если мы начинаем говорить о многонациональности и многоконфессиональности нашей страны, о чем также идет речь в документе, это значит, что у нас нет универсального ни в сфере права, ни в сфере морали.
В этом смысле документ продолжает негативные тенденции, которые формировались в российской политике в течение последних двух десятилетий. С другой стороны, здесь присутствуют некие отсылки к традиции, морали, праву, семье и т. д.
Но документ направлен не по адресу. Его положения следовало бы отнести непосредственно к самим должностным лицам нашего государства, которые должны демонстрировать пример правосознания, морального поведения и верности служебному долгу. То, о чем гласит документ, должно быть отнесено к чиновничеству, которое является главным правонарушителем, главным разрушителем правосознания в стране. Подавляющее число людей не попадает в диспозицию, где существует выбор - поступить по праву или не по праву. Оно живет по общепринятым моральным нормам, не вникая в законодательство. Я бы предложил Президенту, чтобы он обратился с этим документом непосредственно к массе недобросовестных чиновников и разработал по отношению к ним соответствующую систему мер. Государству нужно озаботиться в первую очередь не нравоучениями в отношении граждан, а воспитанием собственных служащих, среди которых и нужно заниматься развитием морали и правосознания.
Положения, изложенные в документе, не будут играть никакой роли, если Медведев не обратится с ними непосредственно к своим ближайшим подчиненным – министрам-капиталистам, директорам правительственных департаментов и т. д. Сейчас Президент стал удалять из бизнеса представителей государства, но неплохо было бы разделить интересы бизнеса и государства, чтобы частный и общественный интерес не путали местами, а бюджет не превращался в карман олигархической группы.
Человек, который говорит о морали, должен быть сам морален. Тот, кто говорит слова правды, должен иметь право на эту правду. Пока этого права ни у Президента, ни у его ближайшего окружения нет, потому что каких-либо существенных мер по утверждению правопорядка на государственной службе так и не было предпринято. Поэтому обращаться к гражданам бесполезно – никто в них не поверит или не услышит.
Русское же правосознание существует и сохраняется, несмотря на то, что оно было подвергнуто разрушительному воздействию того режима, который установился сначала при большевиках, а затем после 1990-го года (в течение послевоенных лет правовой режим в стране – хотя и с большими внутренними противоречиями и своими «подводными камнями» - утвердился, но с «перестройкой» полностью разрушился).
Граждане не будут следовать закону, который является законом уничтожения народа и государства. Но именно такие законы в течение последних двадцати лет и утверждаются. Если в 90-е годы царил полнейший произвол, захват собственности происходил по праву силы, мошенничество в масштабах государства никем не преследовалось, а государственная измена не рассматривалась как преступление, то в 2000-е годы все эти беззаконные процедуры были узаконены. Поэтому в 90-е годы у нас легализовалось всего 10 миллиардеров, а в 2000-е количество миллиардеров перевалило уже за сотню.
Наблюдается радикальное противоречие между правосознанием большинства народа и мировоззрением группировки, которая находится у власти. Именно поэтому инициативу Медведева можно рассматривать как некую указку гражданам России жить по моральным нормам, но при этом оградить от всяких претензий ту тончайшую прослойку, которая захватила в 90-е годы львиную долю государственной собственности и национального достояния и продолжает расхищать государственную казну и поныне.
Если интерпретировать положение документа о воспитании детей и «законопослушном поведении родителей» в русле ювенальной юстиции, то выходит, что правосознание должно быть внесено в головы детей, которые будут отстаивать свои права в семье, получая поддержку от чиновничества. В таком случае может образоваться альянс чиновников и еще неокрепших, не устоявшихся в моральном плане индивидуумов, которым будут сообщены некие правовые нормы для манипуляции своими собственными родителями. Если положение президентского документа будет интерпретироваться таким образом, то ничего хорошего для семьи из этого не выйдет.
В семье, да и между родственниками, не может быть никаких правоотношений. Там как раз действуют нормы морали и традиции. Государственная власть не должна входить в семью, и даже родовые отношения должны быть замкнуты, как и семейные, и не оформляться какими-то юридическими основаниями и документами. Это должно быть отображено в праве, и это право должно воспрещать разрешение противоречий, возникающих в семье, административными мерами, которые сегодня приобретают все большую силу.
Если Президент в самом деле заинтересован в здоровой и благополучной семье, то соответствующие положения документа могло бы стать основой для мер по ликвидации ювенальных технологий, по созданию правовых инструментов, которые определяли бы семью как обладателя коллективного права. К сожалению, семья у нас до сих пор не является субъектом правоотношений. Этот субъект должен быть очерчен, получив права коллективной личности. Никто из тех, кто пытается регулировать семейные отношения, не обращает на это внимание. Право, которое связано с семьей, регулирует только конфликт и разрушительные ситуации, когда семья неполная, когда делят наследство, когда спорят из-за собственности. А целостная полноценная семья находится в полнейшем пренебрежении. Почему бы Президенту не заняться этим, если он обеспокоен состоянием семьи и воспитанием детей?
Еще раз повторю: если подходить к документу, который подписал Медведев, конструктивно, то необходимо предложить Президенту развить его положения, распространив его действие, прежде всего, на государственных служащих и на крупный бизнес, образовавшийся воровским путем. Изменники и воры должны быть лишены собственности и изгнаны с государственной службы. Это будет самым лучшим способом реализации положений, отображенных в документе.
Это, собственно, и является главной обязанностью Президента Российской Федерации. Но если Медведев за время своего правления так и не смог подойти к соответствующим решениям, то, видимо, на его место должен прийти кто-то другой, кто будет действовать более осознанно и решительно. Если не смог ничего сделать Путин, при котором происходила легализация описанного выше беззакония, тогда и он не является желанным кандидатом в Президенты. Страна желает видеть на этом посту человека морального, решительного, следующего своей роли гаранта Конституции. До сих пор гаранта Конституции, со времени ее принятия, в нашей стране не было. Если он, наконец, появится, то от такого Президента мы будем готовы принимать моральные наставления.
1. Re: О президентской концепции правосознания