В СМИ все чаще появляются сообщения о суицидах офицеров, доведенных жизнью до отчаянной черты. О многочисленных фактах рассказывает "Московский комсомолец" в публикации "Рулетка русских офицеров" в номере газеты за 2 апреля 2000 года.
Приставленный к виску пистолет часто ставит последнюю точку. В прошлом году погибли 325 офицеров, не будучи в это время на службе, из которых самоубийства совершили 61 офицер. За тот же период в боевых действиях погиб 321 офицер. Это меньше, чем в мирной жизни! Цифры были бы еще ужаснее, если бы тем, кто оказался неожиданно рядом, не удалось теплыми вытащить из петли, предотвратить несчастье. Таких могло быть похороненными еще около 500 человек.
Люди в погонах предпочитают принять добровольную смерть, чем терпеть постоянное унижение от невозможности обеспечить семью хотя бы самым необходимым, накормить досыта детей.
Печальная статистика самоубийств распределяется следующим образом:
27 процентов погибших голодных офицеров наложили на себя руки из-за тяжелого материального положения и бытовой неустроенности. Почти каждый третий!
24,6 процента не выдержали нервно-психического напряжения, также связанного с постоянными материальными лишениями и бесперспективностью наладить жизнь.
22,5 процента покончивших счеты с жизнью стали жертвами семейных неурядиц и личных трагедий.
На последнем месте в статистической сводке причин суицидов стоят конфликты по службе (4,1 процента), алкогольная и наркотическая зависимость (1,3 процента).
Последние письма родным и друзьям:
Подполковник Г., служил в Дальневосточном военном округе, 38 лет:
"Этим поступком я совершил убийство не только себя, но и моих старых родителей, особенно мать, которая не переживет такого, да и отец тоже. Но у меня нет другого выхода. Жить в нищете страшно. Мне стыдно перед семьей. Дети плохо одеты, телевизор 70-х годов, столу и табуретам 15 лет. Я в тупике и нашел лишь один выход из него. Может быть, мой поступок поможет другим офицерам. Прощайте и простите".
Контр-адмирал Б., бывший начальник кафедры военно-морского вуза, Санкт-Петербург:
"Устал. Прошу труп сжечь, развеять и забыть".
Полковник Р., бывший заместитель начальника научно-исследовательского центра ВВС:
"Надоело жить в нищете, считать копейки, стыдно заходить в магазин".
Капитан медицинской службы К., врач-паталогоанатом:
"Жизнь потеряла всякий смысл. Нищенское существование надоело. Из жизни ухожу добровольно".
Начальник авторемонтной мастерской отдельной инженерно-испытательной части Г.:
"Денег нет. Кормить семью нечем. Прощайте. Олег".
Капитан Владимир Шульгин (фамилия изменена) служил в дальнем гарнизоне после первых нескольких лет вполне обеспеченной службы в западной группе войск в Германии. По жизни вели заботливые, влиятельные родственники и благополучная семья. Армия вместе со страной потерпела крах от реформ. Действительность повернулась черной стороной. Не выдержала жена, уехала к родителям с маленьким сыном. Молодой офицер продолжал служить честно и добросовестно, надеясь вырваться из мрака безысходности, продолжить учебу в Академии, сделать военную карьеру. Командир перекрыл дорогу: дальнейшая учеба не светила, повышения в званиях и по службе застопорились. Подругой стала бутылка. На смену запою пришла трезвая безысходность ненужности - ни Родине, ни армии, ни родным, ни друзьям. Офицер, у которого все было впереди и который мог далеко пойти в силу своих знаний, стремлений, достойных личных качеств, перечеркивает короткое прожитое и осознанно перешагивает последнюю черту. Выпущенная в висок пуля обрывает все. Это случилось в служебном кабинете во время дежурства по полку.
Печальная статистика последних лет свидетельствует не только об увеличении в офицерской среде числа самоубийств. Криминализация Российской армии вызвана прежде всего разрухой и нищетой в стране (по некоторым аналитическим данным военных прокуратур), характеризуется ростом преступлений, связанных с коррупцией, убийствами, хищениями, разбоем, грабежом, взятками, воровством и даже с похищением людей.
Согласно статистике, в 1999 году каждый девятый военнослужащий, совершивший преступление, - офицер. Причем растет криминальная активность старших офицеров (ими совершается больше половины от общего числа "офицерских" преступлений).
На днях Московский гарнизонный военный суд вынес приговор военнослужащим одного из самых элитных подразделений Внутренних войск МВД РФ - Отдельной дивизии оперативного назначения, более известной как дивизия Дзержинского. На скамье подсудимых оказались 25-летний командир взвода старший лейтенант Сергей Дроздов, кстати сказать, юрист-правовед по специальности и 34-летний старший сержант Игорь Гайдук, известный тем, что спас раненого командира при штурме Белого дома в 1993 году. Оба оказались замешанными в шумном деле о похищении сына директора по производству РАО "Норильский никель" Каргинова.
Как установило следствие, непосредственными организаторами преступления были сотрудники милиции - патрульный ОВД "Хорошево - Мневники" Голубев и бывший омоновец Глазунов, которым пришла идея таким образом "заработать". Глазунов до сих пор находится в розыске, а Голубева арестовали лишь месяц назад, спустя 2,5 года после совершения преступления.
"Московский комсомолец" напоминает, что 20-летний Казбек Каргинов, студент одного из московских вузов, исчез в столице средь бела дня 25 сентября 1997 года. О его приблизительном местонахождении Каргинов-старшии узнал лишь после того, как похитители Точнее, заказчики похищения) потребовали выкуп - 5 миллионов долларов. К этому времени пленник уже находился в Чечне. Непосредственные же похитители в милицейской и камуфляжной форме защитников людей (коими значились и по служебным своим обязанностям) получили обещанный "гонорар" в сумме по 1250 долларов на брата. Такие деньги не снились терпящим постоянную нужду семьям совершивших преступление военнослужащих.
Похищенный Казбек увидел отца лишь 14 ноября 1998 года, когда отец выложил за него круглую сумму, правда, в несколько раз меньше назначенной.
Но Дроздов, задержанный первым из четырех преступников-похитителей, спустя месяц после преступления, был арестован не в связи с похищением Казбека, а взят с поличным при продаже украденных со склада 10 кг взрывчатки. Вместе с Гайдуком они получили свой срок отбывания в колонии общего режима. И вряд ли по выходе из колонии смогут снова надеть погоны. Армии преступники не нужны.
