50
лет назад состоялась премьера военной эпопеи Александра Столпера «Живые
и мертвые». Экранизация романа Константина Симонова стала лидером
проката, только в 1964-м завоевав сердца более 40 миллионов советских
зрителей.
Судьбу картины «Живые и мертвые» определили несколько драматических обстоятельств. Первое - довоенное. В 1940-м году на сорока столичных экранах прошла премьера дебютной ленты учеников Сергея Эйзенштейна Александра Столпера и Бориса Иванова. Спустя две недели «Закон жизни», обличавший нравы комсомольской номенклатуры, был снят с проката. Сценарист Александр Авдеенко получил нагоняй от Сталина, а режиссеры попали «на карандаш»: без визы Иосифа Виссарионовича к производству их картины не принимать. Это решение и определило карьеру тандема - в то время как коллеги снимали «Боевые киносборники», Столперу с Ивановым доверяли экранизировать симоновскую прозу.
В
42-м на экраны шагнул «Парень из нашего города», спустя год - «Жди
меня». В 1944 году Столпер снял «Дни и ночи». После войны карьера
развивалась не столь успешно - он считался умелым ремесленником, крепким
середнячком. Режиссеру явно не хватало вдохновения, живого материала. И
сильной руки.
Непросто складывалась и послевоенная судьба Симонова. Спустя несколько дней после кончины вождя он опубликовал в «Литературной газете» передовицу, призывавшую собратьев по цеху отразить великую историческую роль Сталина. Раздраженный Хрущев убрал Симонова с поста главреда. Писатель стал «условно благонадежен». Его крупные начинания - например, создание Института мемуаров Великой Отечественной - не получили одобрения властей. Спасало ремесло: в 59-м увидела свет основанная на личных воспоминаниях автора первая часть «Живых и мертвых».
Понимая, что хрущевский ГлавПУР не даст выпустить вторую редакцию, подвергнув роман беспощадной цензуре, Симонов выступил вдохновителем экранизации. Именно он настоял на выборе натуры и предельном реализме - обмундирование и оружие военных лет было взято со складов Минобороны. Утвердил главных исполнителей - Кирилла Лаврова и Анатолия Папанова, прежде игравших в кино роли второго плана. Вместе с ними в картину пришли актеры-фронтовики, подобно Папанову (и первому кандидату на роль Серпилина - Юрию Никулину), работавшие в острохарактерном жанре: Алексей Глазырин, Лев Любецкий, Василий Макаров. Им было что вспомнить и рассказать.
...Июнь
41-го. Мобилизованный военкор Синцов (Кирилл Лавров) добирается до
Белоруссии, находит редакцию армейской газеты и уговаривает
откомандировать его на фронт. По дороге Синцов узнает, что враг прорвал
оборону. Вскоре он и его попутчики попадают в расположение хозяйства
капитана Иванова (Олег Ефремов), формирующего резерв для поддержки
передовых частей. Бойцы остаются. Синцов получает легкое ранение и
отправляется в тыл. Оправившись, он вновь рвется на передовую - в
расположение бригады генерала Серпилина (Анатолий Папанов), громящего
фрицев на могилевском направлении. Комбриг предупреждает военкора, что
завтра его бойцы будут окружены. Синцов остается и становится политруком
роты. Спасая знамя дивизии и раненого комдива Зайчикова (Василий
Макаров), бригада вырывается из котла и, сдав трофейное оружие,
отправляется на переформирование в тыл.
Немцы вновь прорывают фронт и расстреливают безоружную колонну. Выживают единицы. В их числе - контуженный, потерявший документы политрук. Он добирается до Москвы. Столица готовится к обороне. Не восстановленный в звании Синцов вступает рядовым в ополчение. Восстановленный в звании Серпилин также отправляется на фронт. Пути героев опять пересеклись. Солдаты колонной уходят в снежную ночь - погибать и побеждать...
Картину
отметили на нескольких международных фестивалях, разобрали на цитаты:
«Умереть у всех на глазах я не боюсь. Я без вести пропасть не имею
права», «На моей фамилии вся Россия держится. Иванов. Запиши. Или так
запомнишь?»
Михаил Ульянов, сыгравший командарма Сергея Филипповича, по сути, уже точно попал в образ маршала Жукова. Лавров и Папанов стали истинно народными артистами, воплотившими на экранах людей большой судьбы.
«Я не был солдатом, был всего только корреспондентом, однако у меня есть кусочек земли, который мне век не забыть, - вспоминал Константин Симонов. - Поле под Могилевом, где я впервые в июле 1941 года видел, как наши в течение одного дня подбили и сожгли 39 немецких танков...». На том самом Буйничском поле писатель завещал развеять свой прах. Его волю исполнили в 79-м году.
http://portal-kultura.ru/articles/provereno-vremenem/29106-zhivye-i-mertvye/
