На прошедшей неделе верхние строчки новостей занимала история с широко разрекламированным сожжением Корана, которое собирался устроить в годовщину терактов 11 сентября некий малоизвестный до того американский пастор; в конце концов, он отказался от своего намерения, но несколько страниц из Корана сожгли какие-то другие жадные до телевизионных софитов деятели.
Менее известно другое событие - канцлер Германии Ангела Меркель, наградила датского карикатуриста за рисование им карикатур на Муххамеда. Кто-то хвалит оба поступка как проявление смелости в отстаивании "западных ценностей".
На самом деле, ни ценностей, ни смелости тут нет. На том же Западе есть смелые люди - сотрудники гуманитарных миссий, которые, рискуя быть убитыми, помогают мусульманским беднякам в Пакистане, те, кто еще более рискуя, проповедуют Евангелие - но ни внимания прессы, ни наград от Агелы Меркель они не удостоились.
Это не знак пробуждения Запада перед лицом исламской угрозы; это печальный симптом утраты системы ценностей и ориентиров, которая определяет цивилизационную идентичность. Хотя Коран собрался сжигать человек, именующий себя пастором, его выходка - такой же плод секуляризма, как и датские карикатуры. Верующие люди проповедуют Евангелие; неверующим проповедовать нечего, и все, что им остается - глумление над чужими святынями за неимением своих.
Когда человек проповедует Евангелие в мусульманской стране, и его за это убивают, (впрочем, за это могут убить и в христианской стране), он не ставит себе целью кого-то оскорблять и раздражать - его цель иная: возвещать истинного Спасителя. Если это приводит к тому, что противники его проповеди, не имея иных доводов, его убивают, то он умирает за Христа и делается мучеником.
Нравственность или безнравственность поступка определяется его намерением: если дело предпринимается вовсе не с дурной целью злить кого-либо, а с благой целью помочь людям обрести вечное спасение - то это благое и праведное дело, даже если у кого-то оно вызывает убийственную ярость.
Если же человек не имеет другой цели, как оскорблять и раздражать, и не только не стремится проповедовать Евангелие, но, фактически, только затрудняет его проповедь, он служит не Богу - но своей личной гордыне и враждебности. Подобно "актуальным художникам", глумящимся над христианскими символами, он не стремится возвестить какое-то послание, которое считает истинным, а просто стремится выбиться, хоть ненадолго, в мировые знаменитости, учиняя безобразия и скандалы.
Сожжения Корана - как и рисование карикатур на Муххамеда - не несут за собой никакого положительного послания, никаких ценностей, никаких идеалов. Кто-то может сказать, что за ними стоят идеалы свободы - в свободном обществе каждый волен делать что угодно. Но это уже не свобода; это что-то другое. Как сказал великий британский мыслитель Эдмунд Берк, "Что такое свобода без мудрости и добродетели? Это величайшее из всех возможных зол; это безрассудство, порок и безумие, не поддающиеся обузданию"
Мудрость и добродетель - как было очевидно самому Берку и многим другим европейским мыслителям - коренится в христианской вере; цивилизация, все более отрывающаяся от своих христианских корней, неизбежно утрачивает то и другое.
Культурное, духовное и интеллектуальное противостояние той системе ложных ценностей и убеждений, которую представляет собой воинствующий исламизм, возможно только от имени истинных ценностей и убеждений - а в обществе, которое вообще избегает разговоров об истине, как "неполиткорректных", или могущих кого-то задеть, оно невозможно.
Нельзя не подивиться мрачной иронии ситуации, когда одни и те же люди выступают против любых открытых выражений христианской веры - якобы, рождественские ясли или стенды с Десятью Заповедями задевают иноверцев - но в то же время поддерживают сознательные и намеренные оскорбления вроде тех же карикатур.
Безобразники менее всего заслуживают похвалы за "смелость" - "смелым" можно назвать человека, который подвергает опасности свою жизнь; сжигатели Корана, из личного тщеславия, подвергают опасности жизнь других.
Уже нашлись мусульмане, решившие в ответ на эту выходку еще раз засвидетельствовать чрезвычайное миролюбие своей религии - в Кашмире мусульманская толпа сожгла христианскую школу. В этой школе, очевидно, работали мужественные люди - быть христианином в Кашмире трудно и опасно, это требует большой смелости. А вот подставлять этих людей под удар, чтобы покрасоваться перед телекамерами - большой смелости не требует.
Христианин видит в обезумевшей толпе погромщиков не врагов, а пленников нашего врага - пленников, которых пришел освободить Христос. Христос умер за этих людей, и им тоже должно быть возвещено Евангелие - а тщеславные выходки безответственных эгоцентриков этому только мешают.
У нас есть, чем ответить заблуждению - Истиной; секулярному миру отвечать нечем, ему остается только хулиганить.
