"Что же случилось с о. Александром Захаровым?" - этот вопрос за последние недели нам приходилось слышать весьма часто. Тревожная весть из Кировского района не оставила равнодушным никого из петербургских православных: многие знают о. Александра лично, многие слышали о нём добрые слова... У всех сжалось сердце от печального известия: "На о. Александра напали... хотели убить... ворвались в дом... ранили... лежит в больнице..." Люди недоумевали: кто хотел убить? за что? каково нынешнее состояние батюшки? Естественно, тут же пошли домыслы, слухи: "В него стреляли... нет, ударили ножом... матушка не пострадала... нет, она вместе с ним в больнице..."Мы получили информацию из первых рук - от самого о. Александра. Ещё не оправившийся от ран, слабый, исхудавший, он, однако, сразу согласился встретиться с нами и рассказать, что же в действительности произошло на станции Сологубовка.
- Батюшка, как ваше здоровье?
- Слава Богу! Вроде на поправку пошёл. Сегодня делали очередной снимок пробитого ножом лёгкого и по-своему, по-медицински, сказали, что, мол, "наметилась динамика в сторону улучшения..."
- А правду говорят, что это нападение случилось накануне вашего пятидесятилетия?
- Да, так оно и есть... 28 августа у меня юбилей, а в ночь с 25 на 26 появились эти разбойнички. Прибежали, исколотили меня, озорники этакие, и убежали, - прости их Господи! Такой вот подарок к юбилею мне припасли. Хотя, с другой стороны, - действительно, подарок: Господь посетил. Как сказал мне один прихожанин, чадо моё духовное: "Господь батюшке на юбилей подарил вторую жизнь!" И правда - ведь могло бы меня уже не быть; то, что жив остался - это явная милость Божия. Во всём надо руку Его видеть и за всё Его благодарить.
- Как же всё это было? Расскажите, пожалуйста, поподробнее...
- Как было?.. Ночь была... Два часа ночи, - мы с матушкой припозднились в тот раз. Домочадцы все уже спали: дочь наша семилетняя, моя крёстная - ей уже 93 года, прихожанка одна - старушка на восьмом десятке и двое работников, которые на строительстве храма трудятся... Дверь мы не запирали - не боялись никого. И вот в два часа они вламываются: четверо добрых молодцев... Вернее, не очень добрых... Скажем так - четверо дюжих парней в камуфляже, в масках, в перчатках, вооружённые монтировками и ножами. Матушка с ними столкнулась в коридоре, - вернее, с одним из них. Тот сразу замотал ей рот скотчем и стал держать, чтобы она не убежала, а второй на меня накинулся. Я ещё не успел ничего понять, как мне на голову обрушился удар монтировкой, и я потерял сознание. Когда пришёл в себя, он уже на мне сидит и требует показать, где деньги. Я говорю, что деньги в кошельке, в куртке... Он проверил карманы и возмутился: "Так этого мало!.. Ещё должно быть!" Я говорю: "Больше не будет вам никаких денег". И вот тогда они начали меня бить. Я понимаю - нужно что-то предпринять, пока силы ещё есть, а не то будет поздно. Попытался сбросить его с себя, - и милостью Божией мне это удалось. Тогда я ухватился руками за монтировку и начал его заваливать на пол. Он крикнул товарищу, который держал матушку: "Помоги! Он сейчас сомнёт меня!" Тут они вдвоём начали меня колотить, и я опять потерял сознание. Но зато матушка, освободясь из-под опеки, времени не теряла: сорвала скотч и принялась громко кричать, звать на помощь. Этим своим криком она дело и решила: бандиты решили не ждать, пока кто-то придёт, бросили нас и со словами: "Уходим!" - убежали.
- Больше никто в доме не пострадал?
- Из домочадцев - никто. А вот рабочим, которые ночевали с нами, мужчине и женщине, тоже досталось: мужчину ударили монтировкой по лопатке, а женщине сломали палец на руке. В остальном всё - слава Богу. Дочка наша даже не проснулась от шума, раскрыла глаза, только когда меня увозили на скорой.
- Вы тогда были без сознания?
- Нет, в сознании... Очнулся, когда они уже убрались, вижу - в боку рана ножевая. Во время драки я её даже не почувствовал, а теперь... Кругом, конечно, кровь... Приехала скорая, милиция, меня положили на носилки, увезли... Первый день в больнице я то проваливался в безпамятство, то снова приходил в себя; на второй день сознание уже не покидало меня, а на третий - начал я быстро выздоравливать. Это истинное чудо Божие, что выздоровление пришло так быстро - просто на глазах поправлялся. Это всё потому, что молились за меня добрые люди, я просто физически ощущал их молитвы. Прихожане меня навещали часто, - спаси их Господь.
- Как вы думаете, батюшка, ваши ночные гости были из местных, из сологубовских?
- Нет. Нет, ни в коем случае.
- А какое к вам, к храму отношение в деревне?
- Хорошее отношение. Ведь это же мои родные места, здесь я рос... У меня здесь бабушка жила... А теперь вот храм здесь строим.
- Уже и община складывается понемногу?..
- Ну, община состоит главным образом из прежних моих прихожан. Это ведь четвёртый приход в моей практике. Так вот и кочуем от храма к храму - я и чада мои. Кого-то порой по дороге недосчитаемся; бывает, что и кто-то новый примкнёт, но в целом ядро остаётся неизменным. Сейчас наша община понемногу пополняется местными жителями. Кстати, местными-то их назвать можно только условно: там дачники, главным образом, живут, горожане, деревенских мало. Храм у нас замечательный получается. Когда начинали, я даже не ожидал, что всё так быстро выйдет и так здорово. Господь посылает и средства, и материалы, и людей нужных. Вообще, история нашего строительства прекрасно доказывает, что всякое богоугодное дело Господь управляет Сам - если, конечно, это дело действительно богоугодно. Работа идёт не по моим возможностям, не по моим способностям - по Божьему промыслу. Взять, к примеру, прошлый год, когда мы начали рубить сруб: за лето не управились, наступила осень - сезон не строительный. Но вспомните-ка, какая в прошлом году осень стояла! Погода была как на заказ: солнышко сияло все дни, до тех самых пор, пока сруб не закончили. Пока мы служим в цокольном этаже - уже более полутора лет. Первая служба была на Рождество 2005 года.
- Как до вас добраться?
- Место называется - станция Сологубовка. Это не та Сологубовка, где в Успенском храме служит наш благочинный о. Вячеслав Харинов, - мы от них километров за восемь. К нам идёт киришская электричка - через Мгу. Вторая остановка после Мги - это как раз и есть наша станция Сологубовка.
- Батюшка, вы побывали на пороге смерти. Принято считать, что люди после таких случаев как-то пересматривают свою жизнь, по-новому на неё смотрят... Вы согласны с этим?
- Не то чтобы я посмотрел на свою жизнь по-новому... Задача каждого христианина - строить свою жизнь так, чтобы через неё прославлялось имя Божие, чтобы во главу угла поставить исполнение воли Господней. Это понятно любому православному; к этому нас и Господь призывает, и апостол Павел говорит: "Уже не я живу, но живёт во мне Христос". (Гал. 2, 20). И я к этому и стремился всегда, особенно в последние годы, но стремился как-то... теоретически, что ли... А теперь, после такого приключения, всё стало как-то естественнее и проще. Фактически моя жизнь закончилась в минувшем августе, - а сейчас началась новая, добавочная жизнь: это уже не то, что имеет каждый, это уже не моё, а только Божие. И жить, и спасаться с таким сознанием легче.
- Батюшка, а почему бандиты именно вас выбрали своей жертвой, - вы догадываетесь об этом?
- Не догадываюсь и даже не хочу об этом гадать. Следственные органы уверяют, что обязательно найдут этих голубчиков. Вот, когда их найдут, тогда они сами всё и расскажут - зачем они это делали, для чего и почему.
- А вы, батюшка, зло на них держите? В общем, это было бы вполне естественно с вашей стороны...
- Нет, не держу. Честно - никакой злобы. Я по милости Божией с самого первого момента не чувствовал к ним никакого отвращения, не держу на них обиды и не горю жаждой мести. Мне их жалко. Это правда, ведь посмотрите, что получается: я, конечно, остался побитым, но душе моей они не повредили. Я был счастливым человеком, и я им остался. А они? Что сейчас творится в их сердцах, какое смятение? Лучше и не гадать. Как же их не пожалеть - людей, которые сами себе изранили всю душу?
Вопросы задавал Алексей БАКУЛИН
http://www.piter.orthodoxy.ru/pspb/n177/ta007.htm
