Непонятная асимметрия

Генштаб попытался сказать новое слово в военной науке

Георгий Колыванов 
Последние новости Москвы 
0
04.02.2006 158
В середине прошлой недели увидела свет статья начальника Генерального штаба генерала армии Юрия Балуевского, которую можно отнести (по терминологии советских времен) к "программным". Правда, как известно, российские военачальники к "своим" печатным выступлениям руку почти что не прикладывают: за них это делают так называемые рабочие группы, укомплектованные подчиненными. Они и кладут готовые материалы на стол "авторам". Те же в лучшем случае просматривают текст. А иногда визируют, вовсе не читая.
Последнее, однако, к Юрию Балуевскому не относится. Трудолюбие начальника Генштаба - факт вполне достоверный. Наверняка генерал внес в представленную ему статью значительные правки. Тем более она заслуживает внимания и тщательного изучения. Ибо слово предоставлено не кому-нибудь, а второму лицу в нынешней российской военной иерархии.


Как руководствоваться?

В начале НГШ вкратце остановился на роли и функциях Генерального штаба. Причем изложил, в общем-то, давние истины. Ведь вряд ли у кого есть сомнения в том, что роль Генштаба в военном строительстве исключительно высока, что он призван "комплексно решать все задачи обороны в масштабе государства", что "исторически российский Генеральный штаб создавался как орган управления Вооруженными силами в мирное и военное время".

Затем следует анализ военно-политической обстановки в мире, при этом, в частности, отмечается, что "наметилась тенденция расширения конфликтного пространства, в том числе его распространения на зону жизненно важных интересов России". Действительно, термин "конфликтное пространство" нынче в ходу, хотя используется в основном не так давно рожденной наукой - конфликтологией. Но он не применяется в военной стратегии и оперативном искусстве, поскольку нет каких-либо ясных и однозначных критериев для оценки этого самого пространства с точки зрения подготовки и ведения боевых действий. Что же касается "зоны жизненно важных интересов России", то ее размеры более или менее точно не указаны ни в одном руководящем документе последнего времени.

Отсюда возникает вопрос: как практически руководствоваться оперативному составу Генерального штаба (главных штабов видов Вооруженных сил и штабов родов войск) "тенденцией расширения конфликтного пространства, в том числе его распространения на зону жизненно важных интересов России"? Кстати, в одном месте материала говорится о "зоне жизненно важных интересов России", а несколько ниже - о "регионах традиционных национальных интересов Российской Федерации". Это одно и то же или все же разные понятия?

Далее в статье подчеркивается, что, мол, "все отчетливее доминирует тенденция неадекватного применения военной силы в ходе разрешения международных проблем, порой без учета норм и в нарушение сложившегося международного права". Но примеров на сей счет не приводится, отчего поневоле читатель впадает в мучительные раздумья: если "доминирует тенденция неадекватного применения военной силы", то должны же быть в новейшей истории прямо противоположные случаи? А коли это так, о чем конкретно идет речь? И кто определял, определяет и будет определять "адекватность" или "неадекватность" применения военной силы? Мировое общественное мнение? Правозащитные организации?

Норм применения военной силы как таковой никогда не существовало, не существует, и вряд ли когда-либо их законодательно установят.

Что до "сложившегося международного права", то речь следует вести об основных положениях международного гуманитарного права, применяемого в вооруженных конфликтах (а не о международном праве вообще). Словом, говорить об основных положения Женевских конвенций и дополнительных протоколов к ним. Там, в частности, записано: "...в случае любого вооруженного конфликта право сторон, находящихся в конфликте, выбирать методы и средства ведения войны не являются неограниченными". Из этого принципа вытекают два основных правила. Первое запрещает применять оружие, снаряды, вещества и методы ведения военных действий, которые по своей природе могут вызвать излишние разрушения. Второе - предписывает делать различие между гражданским населением и комбатантами.

И вновь вопрос: как практически руководствоваться изложенным в материале тезисом "о неадекватности применения военной силы" младшему, старшему и высшему офицерского составу Вооруженных сил при планировании и ведении военных действий? К какому оперативному документу (директиве, боевому распоряжению, приказу) прикладывать? Если все же военачальников призывают изучить и законспектировать приблизительно 600 положений Женевских конвенций (мысль НГШ можно понять и так), об этом, наверное, надо было сказать более конкретно.

Продолжим знакомство со статьей. "Военная сила, - читаем ниже, - все чаще становится не просто аргументом, а основным средством проведения внешней политики". Свежо, однако. Тут поневоле задумаешься: стоило ли "править" классика, высказавшегося по этому поводу без малого два века тому назад настолько емко и точно, что и сегодня не убавить и не прибавить: "Война есть не только политический акт, но и подлинное орудие политики, продолжение политических отношений, осуществление их другими средствами". Карл фон Клаузевиц.

"Безусловно, вооруженная борьба после Второй мировой войны, - указано в публикации, - претерпела значительные изменения". Опять-таки, кто бы сомневался. Вот только зачем за точку отсчета брать войну, закончившуюся шестьдесят лет назад? Ибо даже "Буря в пустыне" 1991 года по сравнению с "Шоком и трепетом" 2003-го выглядит невообразимо устаревшей войной позавчерашнего дня. А наши военные вожди до сих пор обращаются за сравнениями к Берлинской операции 1945 года и, подпитавшись ее опытом, глубокомысленно изрекают: сегодня "повысились боевые возможности войск (сил), а их действия обрели ярко выраженный межвидовой характер, объединив силы и средства, действующие в различных физических сферах".

В статье подчеркивается: "Изменились формы и способы применения Вооруженных сил. Претерпела изменение и сама суть "военной силы". И опять-таки - хорошо бы все же поконкретнее и с примерами. Если суть "военной силы" (по мнению автора) изменилась, то неплохо бы уточнить, каким образом, насколько и в каком направлении. И главное - как руководствоваться этими изменениями в оперативной и боевой подготовке, стратегическом и оперативном планировании?

О трех тезисах...

Далее по тексту сформулирован вопрос: "Какие же сегодня сложились геополитические и геостратегические условия в мире и какими мы видим вызовы и угрозы безопасности России?" И тут же на него предлагается ответ:

"...К геополитическим условиям следует отнести:

- повышение "экономической составляющей" внешнеполитических приоритетов ведущих государств мира, в результате чего расширяется сфера востребованности военной силы для обеспечения именно экономических интересов;

- попытки игнорировать интересы РФ в решении проблем международной безопасности, противодействовать ее укреплению как одного из влиятельных центров многополюсного мира;

- активизация деятельности ряда государств, направленной как на поддержание дезинтеграционных процессов в России и СНГ включая попытки вмешательства в их внутренние дела, так и на ослабление экономической самостоятельности нашей страны".

Для начала обратимся к первому тезису - "экономической составляющей". Он вновь никаких примеров не приводит. Что ж, вспомним войны последнего десятилетия и поищем в них экономический аспект. Югославия, 1995 и 1999 годы - никакой экономикой там не пахнет. Афганистан, 2001 год - и вновь "экономическая составляющая" отсутствует (причем напрочь). Ирак, 2003 год - причины нападения США и их союзников на эту страну обычно объясняют ее нефтяными богатствами. Однако Соединенные Штаты на тлеющий в настоящее время конфликт тратят по миллиарду долларов в день. Вашингтон утопает в трясине партизанской войны все глубже и глубже. А заметных экономических дивидендов для американцев пока не видно.

На каком основании сделан вывод о расширении сферы востребованности военной силы для обеспечения именно экономических интересов, непонятно. Даже Великая Отечественная война, к примерам которой так любят обращаться наши военачальники, возникла по причинам, весьма далеким от экономических.

Теперь о втором тезисе - о попытках игнорирования интересов России. Опять-таки подобная практика в межгосударственных отношениях существовала с начала времен. Всегда одна держава (коалиция государств) пыталась (и пытается) игнорировать интересы другой державы и именно за ее счет решить свои проблемы. Иными словами, это совершенно нормальный и естественный ход истории. Что тут удивительного для генерала - непонятно.

Перейдем к третьему тезису. И вновь здесь все настолько очевидно и банально, что утверждения никак не могут претендовать на какое-либо открытие.

Гораздо печальнее другое - неужели в этом наборе прописных истин заключается на сегодня геополитический багаж российского Генштаба? Неужели именно от этой "печки" интеллектуальная военная элита России приступает к строительству современных вооруженных сил?

...и двух геостратегических условиях

Переходим к геостратегическим условиям. Они, согласно статье, заключаются в следующем:

"- закрепление долговременного иностранного военного присутствия и наращивание военного потенциала в регионах традиционных национальных интересов Российской Федерации;

- незавершенность делимитации и обустройства Государственной границы на фоне расширения "зоны нестабильности" в приграничных с Россией территориях, что в значительной степени затрудняет эффективное противодействие международной организованной преступности, наркоторговле, незаконному обороту оружия и неконтролируемой миграции населения".

Неужели именно это и есть те самые геостратегические условия, которые принимаются в расчет российским Генштабом при планировании своей деятельности?

Что касается первого пункта, то речь может идти о продвижении НАТО на восток в 1990-е годы (предел тут еще, по всей видимости, не пройден) и создании американских военных баз в Средней Азии (на очереди - Кавказ и бассейн Черного моря).

А создание баз ВС США в Средней Азии Москва санкционировала сама. По большому счету Вашингтон и его союзники по НАТО, разгромив террористическое государство талибов, во многом решали в Афганистане проблемы безопасности южного фланга Содружества.

Теперь - о расширении НАТО. С ним российской военно-политической элите надо, наконец, однозначно определиться. Но сперва констатируем: никакими реальными средствами для торможения этого процесса Москва в исторически обозримой перспективе располагать не будет. На очереди - вступление в альянс Украины. Надо уже сегодня готовиться к тому, что под Харьковом станут располагаться подразделения объединенных ВС НАТО. Вопрос для лидеров нашей страны по этому поводу стоит только в двух плоскостях: воспринять то, что произойдет в 2007-2008 годах, с уже имеющей прецедент истерикой или отнестись без нервного взрыва и потери лица.

И не вполне понятно, какое отношение международная организованная преступность, наркоторговля, незаконный оборот оружия и неконтролируемая миграция населения имеет отношение к Генеральному штабу. Перечисленные проблемы "проходят", как известно, совсем по другим ведомствам.

Читаем дальше: сегодня "необходимы взвешенный, системный подход к обеспечению безопасности России, принципиально новые взгляды на военное строительство в Российской Федерации и новые методы управления им". Основным из них считается "отказ от принципа "симметрии", то есть от стремления любой ценой сохранить количественный паритет с потенциальным противником, и переход к строительству Вооруженных сил и военной организации в целом на основе "асимметрии" с определением приоритетов, обеспечивающих реальное сдерживание угроз".

Витиевато сказано, необходимые подробности опять опущены, но попробуем разобраться. Для ясности рассмотрим несколько простых примеров. Скажем, если гипотетический противник "выставит" в войне против России 1000 истребителей пятого поколения, то с помощью какой "асимметрии" пилотам российских ВВС на устаревшей авиатехнике удастся вести с ними воздушный бой на равных?

Или, допустим, все авиационные средства поражения вероятного врага включая 250-кг авиабомбы станут высокоточными боеприпасами. Каков в этой ситуации может быть наш "асимметричный" ответ?

А если связь, разведка и автоматизированные системы управления у противника будут доведены до такого уровня, что у нас перестанут понимать, на каких принципах и каким образом эти средства и системы построены и функционируют в реальном бою?

Пока, к сожалению, на ближайшее десятилетие с российской стороны известен и возможен только один "асимметричный" (и самоубийственный) ответ - подрыв ядерного фугаса. Если же автор статьи знает другие способы "асимметрии", то их не грех было бы назвать вполне определенно. Военного секрета в этом нет никакого. Однако ничем другим, кроме ядерного фугаса, российские Вооруженные силы сегодня, похоже, не располагают.

В материале определены "наиболее важные приоритетные направления военного строительства". Это - "сохранение на минимально достаточном для стратегического и регионального сдерживания уровне потенциала ядерных сил России; развитие ВВС с перераспределением общих объемов финансирования в пользу развития средств противовоздушной, а в перспективе воздушно-космической обороны; качественная модернизация Вооруженных сил при одновременном сокращении мобилизационной базы и дальнейшем развитии соединений и частей постоянной готовности, разведки, связи и радиоэлектронной борьбы".

Вот так и именно в таком порядке. Хотя, наверное, начинать надо было все же с модернизации Вооруженных сил. И следовало бы подробнее остановиться на сокращении мобилизационной базы. Это один из наиболее принципиальных моментов в статье. Что касается минимально достаточного уровня СЯС, то никто в государстве и военном ведомстве и поныне не знает - каков он, этот уровень. Допустимая нижняя граница количества ракет и боезарядов еще ни разу не оглашалась.

Уверенности-то и нет

В заключение остановимся еще на нескольких тезисах статьи.

Она констатирует: "...общество осознало тот непреложный факт, что в силу своего геополитического положения Россия просто обязана иметь военную мощь, достаточную для надежной обороны и сохранения территориальной целостности государства". Стране, говорится затем, "необходимы такие Вооруженные силы, которые смогут отвечать новым вызовам и угрозам. Мы должны предвидеть будущее, вкладывать в это будущее интеллектуальные, финансовые, экономические и другие ресурсы. Только при таких условиях сможем создать новую армию и новую Россию".

Особо подчеркивается: "предлагаемая модернизация военной организации потребует большой кропотливой работы, а также финансовых затрат, и немалых". То есть ясно дается понять, что без денежных расходов современную армию построить нельзя. Но и здесь обходится молчанием давно муссируемая в российских СМИ тема о том, что средств, которые сегодня выделяет на оборону государство, не хватает даже на самое необходимое, что военные расходы России в 2006 году составят около 23 млрд. долларов и при этом предполагается закупить боевую технику общим числом чуть более сотни единиц. Тогда как Китай с приблизительно 30-миллиардным оборонным бюджетом и вдвое большими по численности вооруженными силами умудряется их переоснащать невиданными для РФ темпами.

Потом излагается такой тезис: "реализуемость этих задач может и должна быть достигнута качественным (а не количественным!) ростом и сбалансированным развитием всех сил и средств обеспечения безопасности государства в пределах его ресурсных возможностей с четким определением приоритетов, обеспечивающих реальное сдерживание внешних и внутренних угроз".

Безусловно, безразмерного военного бюджета не бывает. Но впервые в практике мирового военного строительства Россия начинает идти не от задач, а от располагаемых средств. При таком подходе современных Вооруженных сил на выходе никак не получается. Прямо об этом автор сказать не может, как лицо, находящееся на действительной военной службе. Начинаются словесные эскапады и уловки типа пресловутой "асимметрии" и "качественного" роста.

Из этой же серии и уже всем надоевшие "речевки" типа: до 2010 года - ремонт, после 2015-го - перевооружение (цифры постоянно меняются). Причем в последнем случае сроки все равно намечаются такие, что никто из действующих ныне руководителей Минобороны РФ за успех (неуспех) дела отвечать не будет.

И еще цитата - "убежден в том, что потенциал Генерального штаба, опыт его сотрудников, ясное видение путей и способов решения стоящих перед нами задач позволяют нам с уверенностью смотреть в будущее". Вот в этом-то как раз уверенности и нет.

http://nvo.ng.ru/concepts/2006-02-03/4_asimmetria.html
Заметили ошибку? Выделите фрагмент и нажмите "Ctrl+Enter".

Организации, запрещенные на территории РФ: «Исламское государство» («ИГИЛ»); Джебхат ан-Нусра (Фронт победы); «Аль-Каида» («База»); «Братья-мусульмане» («Аль-Ихван аль-Муслимун»); «Движение Талибан»; «Священная война» («Аль-Джихад» или «Египетский исламский джихад»); «Исламская группа» («Аль-Гамаа аль-Исламия»); «Асбат аль-Ансар»; «Партия исламского освобождения» («Хизбут-Тахрир аль-Ислами»); «Имарат Кавказ» («Кавказский Эмират»); «Конгресс народов Ичкерии и Дагестана»; «Исламская партия Туркестана» (бывшее «Исламское движение Узбекистана»); «Меджлис крымско-татарского народа»; Международное религиозное объединение «ТаблигиДжамаат»; «Украинская повстанческая армия» (УПА); «Украинская национальная ассамблея – Украинская народная самооборона» (УНА - УНСО); «Тризуб им. Степана Бандеры»; Украинская организация «Братство»; Украинская организация «Правый сектор»; Международное религиозное объединение «АУМ Синрике»; Свидетели Иеговы; «АУМСинрике» (AumShinrikyo, AUM, Aleph); «Национал-большевистская партия»; Движение «Славянский союз»; Движения «Русское национальное единство»; «Движение против нелегальной иммиграции»; Комитет «Нация и Свобода»; Международное общественное движение «Арестантское уголовное единство»; Движение «Колумбайн».

Полный список организаций, запрещенных на территории РФ, см. по ссылкам:
https://minjust.ru/ru/nko/perechen_zapret
http://nac.gov.ru/terroristicheskie-i-ekstremistskie-organizacii-i-materialy.html
https://rg.ru/2019/02/15/spisokterror-dok.html

Иностранные агенты: «Голос Америки»; «Idel.Реалии»; «Кавказ.Реалии»; «Крым.Реалии»; «Телеканал Настоящее Время»; Татаро-башкирская служба Радио Свобода (Azatliq Radiosi); Радио Свободная Европа/Радио Свобода (PCE/PC); «Сибирь.Реалии»; «Фактограф»; «Север.Реалии»; Общество с ограниченной ответственностью «Радио Свободная Европа/Радио Свобода»; Чешское информационное агентство «MEDIUM-ORIENT»; Пономарев Лев Александрович; Савицкая Людмила Алексеевна; Маркелов Сергей Евгеньевич; Камалягин Денис Николаевич; Апахончич Дарья Александровна; Понасенков Евгений Николаевич; «Центр по работе с проблемой насилия "Насилию.нет"»; межрегиональная общественная организация реализации социально-просветительских инициатив и образовательных проектов «Открытый Петербург»; Санкт-Петербургский благотворительный фонд «Гуманитарное действие»; Социально-ориентированная автономная некоммерческая организация содействия профилактике и охране здоровья граждан «Феникс плюс»; автономная некоммерческая организация социально-правовых услуг «Акцент»; некоммерческая организация «Фонд борьбы с коррупцией»; Челябинское региональное диабетическое общественное движение «ВМЕСТЕ»; программно-целевой Благотворительный Фонд «СВЕЧА»; Красноярская региональная общественная организация «Мы против СПИДа»; некоммерческая организация «Фонд защиты прав граждан»; интернет-издание «Медуза»; «Аналитический центр Юрия Левады» (Левада-центр); ООО «Альтаир 2021»; ООО «Вега 2021»; ООО «Главный редактор 2021»; ООО «Ромашки монолит»; M.News World — общественно-политическое медиа;Bellingcat — авторы многих расследований на основе открытых данных, в том числе про участие России в войне на Украине; МЕМО — юридическое лицо главреда издания «Кавказский узел», которое пишет в том числе о Чечне.

Списки организаций и лиц, признанных в России иностранными агентами, см. по ссылкам:
https://minjust.gov.ru/ru/documents/7755/
https://ria.ru/20201221/inoagenty-1590270183.html
https://ria.ru/20201225/fbk-1590985640.html

РНЛ работает благодаря вашим пожертвованиям.
Комментарии
Оставлять комментарии незарегистрированным пользователям запрещено,
или зарегистрируйтесь, чтобы продолжить

Сообщение для редакции

Фрагмент статьи, содержащий ошибку:
Георгий Колыванов
Комментарий к истории Киевской митрополии
Вниманию читателей портала предлагается развернутый комментарий преподавателя Московской духовной академии Георгия Евгеньевича Колыванова на историческую справку, представленную на сайте Ужгородской украинской богословской академии
23.07.2014
Военная доктрина не нужна
В этом документе нет необходимости, пока в стране не сформируются национальные интересы
31.03.2007
Новые "находки" в военно-теоретическом наследии
Сунь-Цзы, Суворов и Наполеон, оказывается, были непревзойденными мастерами стратегии
09.02.2007
Все статьи Георгий Колыванов
Последние новости Москвы
Каковы мотивы собянинской «ковидной амнистии»?
Может, стыдно стало московским властям за содеянное в 2020-21 годах?
26.05.2022
Вспоминая деяния великого русского полководца
В Суворовском Храме села Кистыш состоится первая в этом году Божественная Литургия
26.05.2022
«Кто-то упорно хочет слепить из Новосибирска Нью-Содом?»
Очередные факты, связанные с пропагандой извращений, вседозволенности и пошлости в крупнейшем сибирском городе
26.05.2022
Все статьи темы
Последние комментарии
«Мы создаём индустрию Русской Победы»
Новый комментарий от Константин В.
26.05.2022 19:53
Почему молчок по плененным иностранным наёмникам?
Новый комментарий от Александр Т
26.05.2022 18:36
«Из Украины забирают последние ресурсы»
Новый комментарий от Тюменец
26.05.2022 18:27
«Сталин – это часть нашей истории»
Новый комментарий от Тюменец
26.05.2022 18:21
Нобелевская быль и небыль
Новый комментарий от C. Гальперин
26.05.2022 17:45
Тайна «Конька-Горбунка»
Новый комментарий от учитель
26.05.2022 17:19
«Православные Церкви с радостью примут эту новость»
Новый комментарий от Евгений Х.
26.05.2022 15:57