Сенат США требует от России покаяния перед бывшими советскими республиками Прибалтики. "Правительство Российской Федерации должно сделать ясное и недвусмысленное заявление о признании и осуждении незаконной оккупации и аннексии Советским Союзом с 1940 по 1991 год прибалтийских стран - Эстонии, Латвии и Литвы", - говорится в документе, единогласно одобренном американскими сенаторами в пятницу. Страны, которые не могут ясно признать свои ошибки, не смогут и успешно строить свое будущее, наставляют американские сенаторы Москву. И это после абсолютно внятного, исчерпывающего заявления по данному поводу Владимира Путина, прозвучавшего в дни юбилея Победы. В общем, нечего тут комментировать. Все уже сказано-пересказано. А уж если кого надо призывать к покаянию, так это прибалтов, которые действовали заодно с нацистами.
Километрах в тридцати к югу от Берлина раскинулось живописнейшее озеро Ваннзее. Вокруг него пристроились хорошенькие особнячки, ресторанчики, пивные кабачки, именуемые гаштетами. Место тихое, почти сказочное, зовущее странника остановиться и передохнуть, насладиться чистотой, свежестью и немецким порядком.
Когда-то здесь любили побродить и российские военные со своими семьями. Кто-то не ограничивался моционом, пытался узнать историю местечка, от которого веяло не только добротным здоровьем природы, но и какой-то недосказанностью, даже таинственностью. Интуиция не обманывала любознательных пришельцев. Увы, история не обошла сей мирный уголок стороной, зацепила своей клюкой, навечно оставив неприятный шрам. И хотя в Германии есть населенные пункты с более жуткими названиями, Ваннзее тоже числится среди "прокаженных" селений.
В январе 1942 года здесь был подписан один из чудовищных документов нацизма, вошедший в историю как Ваннзейский протокол. Это был проект "окончательного решения еврейского вопроса в Европе" путем физической ликвидации 11 миллионов евреев на оккупированных территориях. Рейнхард Гейдрих тогда твердо сказал в кругу своих соратников: "Европа будет прочесана с запада на восток".
Особое значение в реализации задуманной акции главари СС и гестапо придавали Прибалтике. Оккупированные республики фашисты решили превратить в "юденфрай", то есть в зону, свободную от евреев. И они здорово преуспели в этом. Об этом, в частности, свидетельствует исследование Карла Березина и Акселя Саара под названием "Операция Котбус", вышедшее в свет отдельной брошюрой. Приведенные в ней данные говорят о том, что, например, в Латвии в годы Второй мировой войны в процентном отношении евреев погибло больше, чем где-либо в мире. После освобождения республики в 1944 году оказалось, что из 80 тысяч евреев в живых остались 162 человека.
Самым же поразительным впоследствии оказалось то, что местные фашиствующие борцы за "чистую" Латвию в большей степени, чем их немецкие начальники, усердствовали в процессе уничтожения еврейского населения. Документы свидетельствуют, что под руководством 170 офицеров СС в "операциях" по умертвлению евреев действовали восемь тысяч латышей. Среди карательных отрядов были такие, которые состояли из одних латышей, включая командиров. 7 и
8 декабря 1941 года стали самыми черными днями в создании "юденфрай": в "оперативном порядке" были умерщвлены 52 тысячи безоружных и невинных людей, говорится в исследовании Березина и Саара.
Впрочем, ничего особо удивительного в неистовстве латышских палачей не было. Их было много, и морально они давно были готовы проявить свой оголтелый антисемитский дух. Довоенная Латвия славилась размахом националистического движения. В мае 1934 года в результате военного переворота к власти в стране пришла диктаторская клика Карла Улманиса. Были ликвидированы все либеральные партии, упразднена конституция, разогнан парламент, закрыты газеты и журналы прогрессивного толка, проводились повальные аресты инакомыслящих. Евреев гнали со всех сколько-нибудь приличных мест государственной службы.
Так что Латвия хорошо подготовилась к приходу гитлеровцев. В короткий же период советского присутствия 1940 - 1941 гг. латышские фашисты образовали многочисленные подпольные группы типа "Стражей отечества" и "Латышского национального легиона".
Когда немцы вошли в Ригу
1 июля 1941 года, в городе мгновенно объявились тысячи вооруженных людей в штатском, которых теперь называют патриотами-партизанами. Среди них был красивый человек крепкого телосложения, прославившийся впоследствии как "пахарь на ниве смерти". Его имя - Виктор Арайс. Редкого коварства и жестокости экземпляр. В период советского присутствия он относился к нему внешне лояльно, учил марксизм-ленинизм, получил диплом советского юриста. Ну а параллельно готовился проявить свои способности при немцах. Организовал подпольную экстремистскую группу под названием "Команда безопасности", которая потом, при немцах, разрослась в "Латышскую вспомогательную полицию безопасности".
В действительности это был форменный карательный отряд, который гастролировал по стране и по соседним оккупированным территориям с целью расправы над евреями. Очевидцы вспоминают любимое изречение Арайса: "Что это за латыш, если он не убил ни одного жида!" За проявленное рвение на ниве "очищения" Латвии от евреев Арайсу было пожаловано звание штурмбаннфюрера СС (майора).
После войны "пахарь" легализовался в Германии как "фронтовик", взяв фамилию жены - Зейбот. И только в 1975 году немецкие власти привлекли его к суду. Арайс получил пожизненное, проведя в тюрьме Кассау 12 лет и скончавшись в ней так и не покаявшимся 78-летним стариком.
Пример Арайса далеко не единичный. Подобных ему в Латвии было много. На местный "материал" такого качества гитлеровцы и делали ставку, планируя превратить Прибалтику в "абсолютно чистую" в расовом отношении провинцию рейха. Латышская "общественность" того периода лезла из кожи, чтобы выслужиться перед Берлином.
Спустя десять дней после вступления немцев в Ригу в здании министерства просвещения состоялось собрание представителей столичной "интеллигенции" в количестве сорока человек, чтобы обсудить текст благодарственной телеграммы Адольфу Гитлеру. В послании была особо подчеркнута роль фюрера, "первого борца немецкого народа, и всей индогерманской нации" в освобождении Латвии. "Мы отдаем на решение Адольфа Гитлера надежды всего латышского народа на соучастие в борьбе за освобождение Европы", - говорилось в телеграмме.
Кстати, через две недели похожую телеграмму на имя Гитлера, "спасителя европейской культуры", послали благодарные представители литовского "бомонда". Хотя в Литве, отметим, процесс истребления евреев был масштабом поменьше, чем в Латвии.
Латышская общественно-политическая атмосфера в последние месяцы 1941 года в наилучшей степени соответствовала расчетам Генриха Гиммлера и его ближайшего окружения на проведение геноцида в отношении евреев. В рижской газете "Тевия" от 1 декабря 1941 года была опубликована статья под заголовком "Борьба против жидовства". Автор Янис Мартинсонс писал: "Наконец пришло время, когда почти все нации Европы научились распознавать своего общего врага - жида. Почти все народы Европы начали войну против этого врага как на полях сражений, так и в деле внутреннего строительства. И для нас, латышей, пришел этот миг".
Расовой чисткой в Латвии заправлял обергруппенфюрер Фридрих Еккельн. Фигура эта очень известная, палач из самых первых. Он еще в 1933 году командовал отрядами СС на юге Германии. С началом же войны против СССР Еккельн стал главным специалистом по "глобальному террору" на восточном направлении. В феврале 1946 года его публично повесили на площади Победы в Риге.
Сейчас в Латвии не любят вспоминать о роли латышских фашистов в уничтожении евреев. Тем не менее хорошо узнаваемые уши национализма и антисемитизма чуть ли не кругом торчат из-под современных причесок. И нет никакой уверенности, что при соответствующих условиях нынешняя неприязнь против русских и евреев не трансформируется в нечто более радикальное, более нетерпимое. Нет такой уверенности. Да и не может она возникнуть в обстановке, когда политическая элита поощряет реабилитацию нацистских преступников и поддерживает дискриминацию борцов с фашизмом.
Латвии надо покаяться. Как следует, надрывно, неистово, растянув эти публичные угрызения совести на годы и десятилетия. А почему бы нет? Может быть, тогда и американские сенаторы кое над чем задумаются. И тоже начнут каяться в прошлых и нынешних грехах Америки...
http://www.redstar.ru/2005/05/24_05/3_03.html
Километрах в тридцати к югу от Берлина раскинулось живописнейшее озеро Ваннзее. Вокруг него пристроились хорошенькие особнячки, ресторанчики, пивные кабачки, именуемые гаштетами. Место тихое, почти сказочное, зовущее странника остановиться и передохнуть, насладиться чистотой, свежестью и немецким порядком.
Когда-то здесь любили побродить и российские военные со своими семьями. Кто-то не ограничивался моционом, пытался узнать историю местечка, от которого веяло не только добротным здоровьем природы, но и какой-то недосказанностью, даже таинственностью. Интуиция не обманывала любознательных пришельцев. Увы, история не обошла сей мирный уголок стороной, зацепила своей клюкой, навечно оставив неприятный шрам. И хотя в Германии есть населенные пункты с более жуткими названиями, Ваннзее тоже числится среди "прокаженных" селений.
В январе 1942 года здесь был подписан один из чудовищных документов нацизма, вошедший в историю как Ваннзейский протокол. Это был проект "окончательного решения еврейского вопроса в Европе" путем физической ликвидации 11 миллионов евреев на оккупированных территориях. Рейнхард Гейдрих тогда твердо сказал в кругу своих соратников: "Европа будет прочесана с запада на восток".
Особое значение в реализации задуманной акции главари СС и гестапо придавали Прибалтике. Оккупированные республики фашисты решили превратить в "юденфрай", то есть в зону, свободную от евреев. И они здорово преуспели в этом. Об этом, в частности, свидетельствует исследование Карла Березина и Акселя Саара под названием "Операция Котбус", вышедшее в свет отдельной брошюрой. Приведенные в ней данные говорят о том, что, например, в Латвии в годы Второй мировой войны в процентном отношении евреев погибло больше, чем где-либо в мире. После освобождения республики в 1944 году оказалось, что из 80 тысяч евреев в живых остались 162 человека.
Самым же поразительным впоследствии оказалось то, что местные фашиствующие борцы за "чистую" Латвию в большей степени, чем их немецкие начальники, усердствовали в процессе уничтожения еврейского населения. Документы свидетельствуют, что под руководством 170 офицеров СС в "операциях" по умертвлению евреев действовали восемь тысяч латышей. Среди карательных отрядов были такие, которые состояли из одних латышей, включая командиров. 7 и
8 декабря 1941 года стали самыми черными днями в создании "юденфрай": в "оперативном порядке" были умерщвлены 52 тысячи безоружных и невинных людей, говорится в исследовании Березина и Саара.
Впрочем, ничего особо удивительного в неистовстве латышских палачей не было. Их было много, и морально они давно были готовы проявить свой оголтелый антисемитский дух. Довоенная Латвия славилась размахом националистического движения. В мае 1934 года в результате военного переворота к власти в стране пришла диктаторская клика Карла Улманиса. Были ликвидированы все либеральные партии, упразднена конституция, разогнан парламент, закрыты газеты и журналы прогрессивного толка, проводились повальные аресты инакомыслящих. Евреев гнали со всех сколько-нибудь приличных мест государственной службы.
Так что Латвия хорошо подготовилась к приходу гитлеровцев. В короткий же период советского присутствия 1940 - 1941 гг. латышские фашисты образовали многочисленные подпольные группы типа "Стражей отечества" и "Латышского национального легиона".
Когда немцы вошли в Ригу
1 июля 1941 года, в городе мгновенно объявились тысячи вооруженных людей в штатском, которых теперь называют патриотами-партизанами. Среди них был красивый человек крепкого телосложения, прославившийся впоследствии как "пахарь на ниве смерти". Его имя - Виктор Арайс. Редкого коварства и жестокости экземпляр. В период советского присутствия он относился к нему внешне лояльно, учил марксизм-ленинизм, получил диплом советского юриста. Ну а параллельно готовился проявить свои способности при немцах. Организовал подпольную экстремистскую группу под названием "Команда безопасности", которая потом, при немцах, разрослась в "Латышскую вспомогательную полицию безопасности".
В действительности это был форменный карательный отряд, который гастролировал по стране и по соседним оккупированным территориям с целью расправы над евреями. Очевидцы вспоминают любимое изречение Арайса: "Что это за латыш, если он не убил ни одного жида!" За проявленное рвение на ниве "очищения" Латвии от евреев Арайсу было пожаловано звание штурмбаннфюрера СС (майора).
После войны "пахарь" легализовался в Германии как "фронтовик", взяв фамилию жены - Зейбот. И только в 1975 году немецкие власти привлекли его к суду. Арайс получил пожизненное, проведя в тюрьме Кассау 12 лет и скончавшись в ней так и не покаявшимся 78-летним стариком.
Пример Арайса далеко не единичный. Подобных ему в Латвии было много. На местный "материал" такого качества гитлеровцы и делали ставку, планируя превратить Прибалтику в "абсолютно чистую" в расовом отношении провинцию рейха. Латышская "общественность" того периода лезла из кожи, чтобы выслужиться перед Берлином.
Спустя десять дней после вступления немцев в Ригу в здании министерства просвещения состоялось собрание представителей столичной "интеллигенции" в количестве сорока человек, чтобы обсудить текст благодарственной телеграммы Адольфу Гитлеру. В послании была особо подчеркнута роль фюрера, "первого борца немецкого народа, и всей индогерманской нации" в освобождении Латвии. "Мы отдаем на решение Адольфа Гитлера надежды всего латышского народа на соучастие в борьбе за освобождение Европы", - говорилось в телеграмме.
Кстати, через две недели похожую телеграмму на имя Гитлера, "спасителя европейской культуры", послали благодарные представители литовского "бомонда". Хотя в Литве, отметим, процесс истребления евреев был масштабом поменьше, чем в Латвии.
Латышская общественно-политическая атмосфера в последние месяцы 1941 года в наилучшей степени соответствовала расчетам Генриха Гиммлера и его ближайшего окружения на проведение геноцида в отношении евреев. В рижской газете "Тевия" от 1 декабря 1941 года была опубликована статья под заголовком "Борьба против жидовства". Автор Янис Мартинсонс писал: "Наконец пришло время, когда почти все нации Европы научились распознавать своего общего врага - жида. Почти все народы Европы начали войну против этого врага как на полях сражений, так и в деле внутреннего строительства. И для нас, латышей, пришел этот миг".
Расовой чисткой в Латвии заправлял обергруппенфюрер Фридрих Еккельн. Фигура эта очень известная, палач из самых первых. Он еще в 1933 году командовал отрядами СС на юге Германии. С началом же войны против СССР Еккельн стал главным специалистом по "глобальному террору" на восточном направлении. В феврале 1946 года его публично повесили на площади Победы в Риге.
Сейчас в Латвии не любят вспоминать о роли латышских фашистов в уничтожении евреев. Тем не менее хорошо узнаваемые уши национализма и антисемитизма чуть ли не кругом торчат из-под современных причесок. И нет никакой уверенности, что при соответствующих условиях нынешняя неприязнь против русских и евреев не трансформируется в нечто более радикальное, более нетерпимое. Нет такой уверенности. Да и не может она возникнуть в обстановке, когда политическая элита поощряет реабилитацию нацистских преступников и поддерживает дискриминацию борцов с фашизмом.
Латвии надо покаяться. Как следует, надрывно, неистово, растянув эти публичные угрызения совести на годы и десятилетия. А почему бы нет? Может быть, тогда и американские сенаторы кое над чем задумаются. И тоже начнут каяться в прошлых и нынешних грехах Америки...
http://www.redstar.ru/2005/05/24_05/3_03.html
_1.jpg)