Президент Российской Федерации Владимир Владимирович Путин передал Китаю 337 кв. км российской территории на островах реки Амур. Так как тридцать лет своей жизни я провел именно на берегах Хэйлудзяна - Реки Черного Дракона, дня не проходит, чтобы меня не попросили поделиться своими соображениями по этому поводу.
Естественно, большинству людей как здесь, так и на Дальнем Востоке непонятно, с какой такой стати исконно китайские земли, отошедшие к России по Айгуньскому договору 1858 года вдруг стали спорными. Но именно таковы теперь "государственные интересы" России.
Китай постепенно и вполне мирным путем осуществляет "ползущую экспансию" Дальнего Востока и Восточной Сибири. Бороться с этим в принципе невозможно. И не потому даже, что "джинн выпущен из бутылки", а потому, что нет того, кто захотел бы указать джинну его место.
Территория, пограничная с Амурской областью и Хабаровским краем, провинция Хэйлудзян, является одной из самых бедных провинций Китая. В ее городах главная проблема современного Китая выглядит особенно выпукло - также как и Россию, Китай погубит коррупция. Скособоченные ханзы китайского крестьянина здесь соседствуют с современными офисными зданиями и хоромами "новых китайцев". Крестьянская семья на севере Китая обрабатывает около 30 соток земли. Через Амур, или, если угодно, через Хэйлудзян, который в среднем течении имеет всего 600-700 м ширины, от этих трудолюбивых китайцев раскинулись громадные, процентов на 80 не обрабатываемые посевные площади Амуро-Зейской и Зейско-Буреинской низменностей. Естественно, они с вожделением смотрят на эти земли, ведь их личное благосостояние зависит не от количества продаваемой нефти, а лишь оттого, сколько сельхозпродукции выдадут на рынок их руки. С другой стороны, китайское партийное и беспартийное чиновничество должно оправдывать свое существование и благосостояние перед массой народа. Территориальные уступки России в этом плане более чем кстати.
На "спорных" островах китайцы собирали дары тайги. Справедливости ради отметим, что и наши жители имели возможность заниматься тем же, но реально отнюдь не каждый российский крестьянин занимался этим. Ведь у нас и земли больше, и народу меньше. Да и спивается наша деревня опережающими темпами. На тех островах, что отошли Китаю раньше, давно созданы и поселения и инфраструктура. На острове Большой Хэйхэ, напротив Благовещенска, была выделена свободная экономическая зона, построены современные торговые центры. Нам бы стоило учиться у китайцев, но мы этого не делаем.
Есть еще одна проблема, которая вскоре неизбежно даст о себе знать. В Китае мужчин больше, чем женщин, а китайские мужчины, в отличие от наших, никогда не похмеляются. Китайских мужей у русских жен пока не так много, но в тех деревнях, где таковой появляется, рекламу работящему китайскому муженьку делать уже не надо. Все преимущества налицо - пьет мало, работает много, не бьет, футбол не смотрит. В Амурской области и Хабаровском крае местный сельхозтоваропроизводитель китайской национальности производит продукции все больше и больше. И такая тенденция сохранится, потому что культура немеханизированного возделывания земель у нас утрачена полностью, крестьяне вымирают или переселяются в города, а трудолюбивые китайские работники остаются востребованными на российской, пока российской стороне.
Я бы не повторял национал-патриотических тезисов о предательстве Путиным интересов России. Если поддержание российского села в состоянии перманентного издыхания соответствует этим интересам, то и передача земель Ельциным, а затем Путиным Китаю, Японии или Финляндии вполне оправданна - слабый уступает. А объяснить это государственными интересами никогда труда не составляло.
Владислав Никитенко
Благовещенск - Хэйхэ - Санкт-Петербург
Естественно, большинству людей как здесь, так и на Дальнем Востоке непонятно, с какой такой стати исконно китайские земли, отошедшие к России по Айгуньскому договору 1858 года вдруг стали спорными. Но именно таковы теперь "государственные интересы" России.
Китай постепенно и вполне мирным путем осуществляет "ползущую экспансию" Дальнего Востока и Восточной Сибири. Бороться с этим в принципе невозможно. И не потому даже, что "джинн выпущен из бутылки", а потому, что нет того, кто захотел бы указать джинну его место.
Территория, пограничная с Амурской областью и Хабаровским краем, провинция Хэйлудзян, является одной из самых бедных провинций Китая. В ее городах главная проблема современного Китая выглядит особенно выпукло - также как и Россию, Китай погубит коррупция. Скособоченные ханзы китайского крестьянина здесь соседствуют с современными офисными зданиями и хоромами "новых китайцев". Крестьянская семья на севере Китая обрабатывает около 30 соток земли. Через Амур, или, если угодно, через Хэйлудзян, который в среднем течении имеет всего 600-700 м ширины, от этих трудолюбивых китайцев раскинулись громадные, процентов на 80 не обрабатываемые посевные площади Амуро-Зейской и Зейско-Буреинской низменностей. Естественно, они с вожделением смотрят на эти земли, ведь их личное благосостояние зависит не от количества продаваемой нефти, а лишь оттого, сколько сельхозпродукции выдадут на рынок их руки. С другой стороны, китайское партийное и беспартийное чиновничество должно оправдывать свое существование и благосостояние перед массой народа. Территориальные уступки России в этом плане более чем кстати.
На "спорных" островах китайцы собирали дары тайги. Справедливости ради отметим, что и наши жители имели возможность заниматься тем же, но реально отнюдь не каждый российский крестьянин занимался этим. Ведь у нас и земли больше, и народу меньше. Да и спивается наша деревня опережающими темпами. На тех островах, что отошли Китаю раньше, давно созданы и поселения и инфраструктура. На острове Большой Хэйхэ, напротив Благовещенска, была выделена свободная экономическая зона, построены современные торговые центры. Нам бы стоило учиться у китайцев, но мы этого не делаем.
Есть еще одна проблема, которая вскоре неизбежно даст о себе знать. В Китае мужчин больше, чем женщин, а китайские мужчины, в отличие от наших, никогда не похмеляются. Китайских мужей у русских жен пока не так много, но в тех деревнях, где таковой появляется, рекламу работящему китайскому муженьку делать уже не надо. Все преимущества налицо - пьет мало, работает много, не бьет, футбол не смотрит. В Амурской области и Хабаровском крае местный сельхозтоваропроизводитель китайской национальности производит продукции все больше и больше. И такая тенденция сохранится, потому что культура немеханизированного возделывания земель у нас утрачена полностью, крестьяне вымирают или переселяются в города, а трудолюбивые китайские работники остаются востребованными на российской, пока российской стороне.
Я бы не повторял национал-патриотических тезисов о предательстве Путиным интересов России. Если поддержание российского села в состоянии перманентного издыхания соответствует этим интересам, то и передача земель Ельциным, а затем Путиным Китаю, Японии или Финляндии вполне оправданна - слабый уступает. А объяснить это государственными интересами никогда труда не составляло.
Владислав Никитенко
Благовещенск - Хэйхэ - Санкт-Петербург
