Ко дню трезвости
Бес к монаху приступил,
искушая душу:
- Я давно тебя просил,
чтоб меня послушал.
Мы ж с тобою,
бок о бок,
вот уже лет сколько...
В брани нашей есть ли прок? -
Мучаемся только.
Тяжко наше бремя:
что ж мы «ни в какую»?!
Только тратим время
на вражду пустую!
А ведь нам б,
без боя,
разойтись краями.
Посмотри, какое
дело предлагаю:
Я тебе,
мой дорогой,
три греха представлю.
Выбор твой
из них - любой! -
И тебя оставлю!
Доложу начальству -
пал, мол, как иуда!
И меня похвалят,
и тебя забудут!
Выбирай,
давай уже,
своё окаянство:
что те боле «по душе»:
блуд, убийство,
пьянство?
Это дельце провернём, -
щурится лукавый, -
вот тогда и заживём
как кому по нраву!
- Так,
«убийство»: сразу - нет, -
думает монашек, -
Соблудить - попрать обет -
стыдно, да и страшно!
Упиваться же вином -
тоже неполезно...
Но проспишься,
а потом -
снова будешь трезвым!
Грех-то, в общем, небольшой.
Кто не напивался?!
Даже праотец наш Ной -
а потом проспался!
Ну а главное, чернец,
дальше легче станет -
бес отстанет, наконец -
навсегда отстанет!
«Ладно, -
говорит монах, -
Святых лучше чем я?!
Аз есмь червь,
и аз есмь прах!» -
и пошел в харчевню.
Заказал вина кувшин.
В кружку наливая,
видит: баба перед ним -
ладная такая!
Ох, как вид её хмелит,
как вино в кувшине!
Дерзки речи говорит
женщина мужчине.
То да сё, кувшин уж пуст,
а беседа длится...
Сладок голос женских уст,
в сеть ловящих птицу.
- Эй, слуга, еще вина! -
Заблестели очи...
Но ночлег искать пора,
да и дело к ночи.
В дом идёт монах чужой -
эк его качает!
И в дому, с чужой женой,
ложе оскверняет.
Муж является в дверях -
завязалась драка:
И убил его монах
непонятно как-то...
Утро...
Смятая кровать.
Вот же бес попутал!
Не хотел ведь убивать,
и блудить не думал!
На столе - кувшин с вином,
что остался с ночи.
Бес смеётся под столом -
Мерзко так хохочет...
