Государь

1.

Мчится поезд на станцию «Дно»,
А в окне скорбный лик Государя...
Никому из людей не дано
Было к тайне Царевых страданий

Прикоснуться высоким умом
И приникнуть сочувственным сердцем.
Вдоль дороги мелькал бурелом,
Перелески под саваном серым...

Взор измученных Царских очей
Устремлялся в безбрежные дали...
Груз бессоных последних ночей
Цветом пепла и холодом стали

Лег на светлое прежде чело
«Всюду трусость, обман и измена»..
Он не ведал, что станция «Дно» -
Первый круг государева плена.

Генералы победы в бою,
Изменив Богу данной присяге,
Не искали. Но душу свою
Погубили, имперские стяги

Променяв на обряд тайных лож.
И в угоду лукавой Европе
В ход пуская и подкуп, и ложь,
Смерть Царя замышляли холопы.

Поезд движется по полотну,
Увлекая Монарха с собою...
Ликом бледным прильнув ко стеклу,
Император, водимый судьбою,

Изваяньем недвижным застыл.
Научившийся тайной молитве,
Обреченною жертвою был
Он в неравной за Родину битве...

2.

Ему вспомнились давние дни.
Милых сродников светлые тени
Вереницей летучей прошли...
На Отцовских уютных коленях

Кроткий Ники с улыбкой сидел,
От смущенья зардевшийся краской,
А Отец, отложив гору дел,
Изливал на детей Свою ласку...

Вспомнил Царь и селенье Борки,
И просевшую крышу вагона.
Оперевшись на обе ноги,
Александр, без единого стона,

Удержал на могучих плечах
Непосильное, страшное бремя...
И в знак милости Божьей свеча
Пред фамильной иконой горела...

Вот Успенский Собор. Николай
Возлагает венец на Царицу...
Утопает в цветах русский май,
Свет блистает на радостных лицах...

Засвистел паровоза гудок,
Вздрогнул Царь, вдруг увидев селенье.
Остановки приблизился срок,
С нею - время молитвы и бденья...

3

Молчаливый Ипатьевский дом
С двухметровым дощатым забором...
Часовые за каждым углом
Проходящих буравили взором.

Лето. Ночь. Отсыревший подвал.
Под конвоем - семья Государя.
«Для чего комендант нас собрал
В этот час?» - вопрошал Николая

Цесаревич, прижавшись к Нему.
Тот поднял Алексея на руки.
Мать сидела лицом к палачу,
И в глазах выражение муки...

По наружности невозмутим,
Царь стоял. Лишь уста побелели.
«Бог с тобой, успокойся, мой сын,
Что-то нам сообщить не успели»...

Хриплый голос читал приговор.
Страстотерпцы хранили молчанье.
А убийцы стреляли в упор,
Приготовив штыки для закланья...

4

На Урале есть место одно,
Под названием «Ганина Яма».
Вечно ветру бродить суждено
Между тоненьких сосен упрямых,

Деревца золотистые гнет,
Треплет ветви и кроны нещадно.
А они - словно русский народ -
Норовят распрямиться обратно...

Но сегодня царит тишина -
Ночью стих непоседливый ветер.
Старый инок, восстав ото сна,
Возжигает лампады и свечи.

А над шахтою высится крест
Среди белых березок и сосен,
На рассвете звучит благовест
И прохладу с собою приносит...

5.

Я взываю к тебе, Государь...
Ты лампадой горишь пред Всевышним,
Милосердие - царственный дар -
Завещаешь как подвиг всей жизни.

Побеждая любовию смерть
Под водительством правды и веры,
Нам с улыбкою должно терпеть -
Бог не даст испытаний сверх меры...

«Я прошу не отмщать за меня.
Зло умножит лишь тяжесть паденья.
Но изжить его можно - любя
И врагам изрекая прощенье...»

Мчался поезд на станцию «Дно»,
А в окне- скорбный лик Государя.
Он не знал, что Ему суждено
Стать иконой Христова страданья...