Испанские католики предлагают Ватикану начать дискуссию о будущем священства, в котором безбрачие станет необязательным, а священниками смогут быть не только женатые мужчины, но и женщины, сообщает «Союз православных журналистов» со ссылкой на thelocal.es. Эти предложения изложены в итоговом документе Конференции испанских епископов в Мадриде, в которой приняли участие почти 600 человек.
«Необходимо глубже рассмотреть вопросы обязательного безбрачия для священников и рукоположения женатых клириков и женщин. В обществе есть запрос на то, чтобы Церковь начала обсуждение этим проблем», – говорится в документе. В нем подчеркивается необходимость «переосмысления роль женщин в Церкви», предоставления им «больше лидерства и ответственности», особенно в части принятия решений.
Испанская Католическая церковь также озаботилась судьбой разведенных, вступивших в повторный брак или заявивших о нетрадиционной сексуальной ориентации. «Считаем, что мы как Церковь должны приветствовать и поддерживать каждого человека в его конкретной ситуации», – отметили в документе.
«Документ стал результатом нескольких месяцев обсуждения, в котором приняли участие более 215 тысяч человек, в основном мирян, но также и представителей духовенства. Окончательный документ будет представлен епископам на собрании Синода в Ватикане в следующем году», – сообщили на thelocal.es.
Документ проанализировал в телефонном интервью «Русской народной линии» доктор исторических наук, кандидат филологических наук, кандидат богословия, профессор, член Синодальной богослужебной комиссии протодиакон Владимир Василик:
С одной стороны, я шокирован этим сообщением, потому что я не узнаю испанского национального характера. Дело в том, что я всегда традиционно представлял Испанию как страну Сида, как страну Филиппа II, Сервантеса, Дон Кихота, Игнатия Лойолы, как страну испанских борцов с Наполеоном. В общем, я представлял Испанию как страну сильных мужчин. Существует даже испанская поговорка: «Мужчина должен быть свирепым». Свирепствовать, положим, не надо, но, по крайней мере, сила нужна.
И вдруг в этой стране требуют женского священства. О чём это говорит? Это говорит только о сломе национального характера, если его духовные вожди требуют женского священства, то это значит, что народа уже нет или почти нет. С другой стороны, тут нет ничего особенно удивительного. Потому что Матер Испания, Мать Испания — это также мать ересей. В своё время именно здесь ересь filioque обрела полнокровное церковное гражданство. Именно отсюда она стала гулять по всей Европе, и именно отсюда она пошла на север — во Франкское королевство, в Германию и так далее.
Только я не думаю, что это чисто испанская инициатива. Я думаю, что испанским епископам эту идею забросили из Ватикана, а папе Франциску выгоднее всего сделать вид, что он тут не причём, что называется, спеть песенку Дуремара: «А я тут не причём, совсем тут не причём», в нужный момент поднять лапки и сказать: «Vox populi vox Dei», т.е. «Глас народа — глас Божий», типа «не виноватая я, меня заставили». Таким образом, Франциску выгодно провернуть ту реформу, которую от него требуют те самые силы, которые привели его в своё время к власти на место папы Бенедикта.
В данном случае, я это воспринимаю даже не как трагедию, это не Тирсо де Молина и даже не как трагикомедию, это не Лопе де Вега. Это фарс, грубый фарс, глумливый фарс, который, к сожалению, осуществляется, понятно, что не в Церкви, но, по словам святого праведного Иоанна Кронштадтского, чью память мы празднуем сегодня, в некоем большом церковном сообществе, которое хотя бы внешне сохраняет признаки церковности. Очень прискорбно, что сообщество разлагается так страшно и так гнусно.
Единственный плюс, который может быть от этого, это то, что все нормальные благочестивые католики рано или поздно прибегут к нам спасаться. Я заметил, что, судя по тому, что сейчас происходит в Европе, многие благочестивые католики, особенно во Франции и Бельгии, бегут в леса, уходят из городов и предпочитают скитаться, но не иметь ничего общего с нынешней иерархией римо-католической церкви. Надеюсь, лучшие из них найдут путь в православную церковь.
«Се, оставляется дом Мой пуст».
