Выходит в свет новая книга Ю. Воробьевского «Царским путем». Она посвящена приснопамятному духовнику автора – иеромонаху Павлу (Лысаку). Предлагаем вашему вниманию небольшой фрагмент этой книги – о ежегодном великопостном соборовании, которое происходило на квартире кого-либо из духовных чад Батюшки и которого всегда ждали с особым нетерпением.
Писатель В. Крупин вспоминает: «Батюшка входит – как будто светлее становится. Все бросаются под благословение, но Старец говорит: лучше подходить к облаченному священнику. Снимает пальто из добротного материала (не сам покупал, – говорит он)… Тщательно расчесывает бороду, поправляет наперсный крест».
Очень аккуратно раскладывает все по столу: требник, аналойный крест, свечи. Своим благоговейным отношением к священным предметам он напоминает о серьезности момента: Проклят всяк, творящий дело Божие с небрежением (Иер. 48, 10).
Отец Павел облачается в старенькую, сшитую ему матушками, зеленую епитрахиль. Не спеша зашнуровывает поручи, читая псалмы: Яко миро на главе, сходящее на браду, браду Аароню, сходящее на ометы одежды его...
В вопросах службы он бывал очень строг. Один священник вспоминал замечание отца Павла: «Как молитвослов держишь? Ты же грязными пальцами испачкал все страницы»! В таких случаях протеста не возникало. Мы же видели, как священнодействует сам наш Духовник». Поэтому, например, его слова о том, что правила к причастию надо вычитывать обязательно стоя, воспринимались как само собой разумеющееся. Многие сегодня склонны к расслабленности, но, видя отца Павла, его духовные чада подтягивались. Владимир Крупин свидетельствует об очень показательной «мелочи»: с некоторых пор я привык перед причастием обязательно застегивать верхнюю пуговичку рубашки.
Сама подготовка к соборованию была действом. Его надо было видеть! И понимать, что любимая фраза Батюшки – «наш Бог – Бог порядка, а не беспорядка» – имела в его жизни особое наполнение.
Константин Душенов напомнил мне простую вещь: как Батюшка сидел на стуле. Спина прямая. Руки, если не заняты четками или чем-то другим, ровно лежат на коленях. Невозможно представить себе, чтобы ступни стояли не прямо, а как-нибудь зацеплялись одна за другую. Он садился и аккуратно расправлял полы подрясника.
«Так же он и разговаривал, – говорит Константин. – Батюшка, как человек прямой, говорил прямо. Обладал даром короткой выразительной речи».
На соборовании все упорядочено. По благословению все стоят не как попало. Муж – обязательно рядом с женой. Болящим и немощным разрешается сидеть. Пока Батюшка помазует, все «едиными усты» поют молитвы. Наш Духовник нередко напоминал: «Кто поет, тот дважды молится!»
Здесь все чинно, вплоть до правильных ударений в молитве. А за порогом этого пространства – хаос 90-х годов. Как впоследствии выяснилось, хаос управляемый, тоже ведущий к порядку, но – «новому мировому». Трудно противостоять ему! Нашему Духовнику удавалось.
Для отца Павла это было органическим состоянием – упорядочивать вокруг себя жизнь. Он входил в помещение и как бы ненароком, а, возможно, и сам того не замечая, поправлял: чтобы ровно висело, чтобы криво не стояло и чтобы «хорошо лежало»… Но в первую очередь это исправляющее начало касалось невидимых обычному взгляду повреждений. Знаете, как они возникли? Потомки христиан, павшие с высот Православия, не могли не получить метафизических травм. В том числе – хромоты, которая вела их куда-то налево, лукавым путем. Множество последствий у этого падения! Искривленные на юру безотцовщины генеалогические древа, духовное косоглазие, моральная ущербность и вообще какая-то скукоженность, скрюченность, горбатость живущего на родной земле русского человека.
Порой врачующее начало проявлялось вполне конкретно, физически. Отец Павел, сам имевший поистине «офицерскую» выправку, сразу обращал внимание на осанку. Иногда говорил: ложись на пол, на живот. Снимал тапок и ногой сильно наступал на спину. Так сильно, что аж дух захватывало! А Батюшка меж тем рассказывал: когда я мальчишкой был, мама наработается в поле и просит, чтобы я «по спине у нее походил»… Слушаешь его и вдруг… Что-то хряпнуло в позвоночнике – как будто какая-то косточка на место встала. Поднимаешься и чувствуешь бодрость. Ощущаешь, как кровь к лицу прихлынула. Поведешь плечами – хорошо! «Вот так и ходи, голову не опускай»! – говорил наш «мануальный терапевт». И это благословение, конечно же, имело духовный подтекст...
Меж тем отец Павел аккуратно наливает в специальный сосуд масло, которое потом будет раздаваться всем в пузырьках. Наливает, а проповедь продолжается: «Масло должно быть лучшим, оливковым. А то для себя кремы покупаем самые дорогие, а для Бога что – вазелин?!»
В чашу сыплется зерно. Священник приговаривает, как бы самому себе: «Используем не рис, а пшеницу. В этих зернах – жизнь. Символ Христова воскресения. Выходишь из своего освященного дома на улицу – возьми за щеку зернышко, разжуй его… Сказано: облекитесь во всеоружие».
Мы слушаем внимательно. И пока еще не чувствуем, что в нас самих прорастает символическое мышление – качество ума, свойственное человеку, верующему в незримую реальность.
Наш Духовник часто говорил: «Не закрывайте рукой солнце, не говорите, что его нет». Мы уже понимали, что это означает – Сам Господь Иисус Христос – Солнце Правды… А недавно ведь мы и взаправду заслонялись от Него. И еще слова о памяти смертной, запомнившиеся всем нам: здесь мы – «в командировке».
Квартира, где мы пособоровались, не совсем обычная. Намоленная? Да, это чувствуется. Удивительно покойная. Кажется, что мир остался где-то далеко. Вот уж поистине: можно жить в миру, да не так, как на юру.
Здесь умилительно-тихо, но понимаешь, что это боевой объект того самого Русского Православия, которое Бжезинский считает главным врагом Америки. Тут – как на атомной подводной лодке, которая легла на дно бурного житейского моря. Применение против неё «высокоточного оружия» затруднительно.
Батюшка говорил: «Только в Боге успокаивается душа моя. Пусть она будет как на дне океана. На поверхности – шторм, но там – никакие волны мирского моря не затронут вас».
Леонид Болотин так передал это мое ощущение потаенности: «Среди духовных чад Отца Павла были тысячи людей, были и Священники, и даже Архиереи, но окружающему мiру такая обширная община, для которой Отец Павел, несомненно, был Духоносным Старцем, которая и содержалась в мiру как некое духовное единство его непрерывной ИИСУСОВОЙ Молитвой, была практически неведома».
Да, такие «подлодки» существуют. Поэтому враг, который очень гордится своими авианосцами, не может торжествовать победу. Я бы назвал «субмарину», на борту которой побывал, – «Град Китеж». И мне довелось – пусть недолго – тоже нести на ней молитвенное боевое дежурство!
Соборование заканчивается. Батюшка, просветленный, радостный осматривает всех присутствующих и, как будто прозревая состояние каждого из нас, тихо говорит: «Вот сейчас бы умереть, да?»
…Прощаясь с отцом Павлом, я приложился к его руке. В холодный зимний день она оказалась мягкой и теплой. Его «командировка» здесь, среди нас, закончилась, но жизнь продолжается – в том числе живым преданием, жизнеописанием. Надеюсь, что имя иеромонаха Павла останется теперь и в молитвенной памяти тех, кто не знал его. Такие имена, как узелки на четках, с которыми народ предстоит Богу. И поминает этих праведников – в свое оправдание.
Ожидается, что первая возможность приобрести новинку будет предоставлена петербургским читателям – посетителям Православной выставки, которая пройдет в ДК Газа с 5 по 10 апреля. Рассылка книги почтой – по телефону 8(963) 772 98 42.
