Прекрасная жизнь в заповеднике омрачалась частыми набегами крыс на мои продуктовые запасы. Все мои технологии борьбы с этими презренными животными приносили мало успехов, крысы добивались победы наглыми и неимоверно изощренными грабительскими набегами. Но после одного случая я стал уважать этих умных, ранее презираемых мною животных.
В самом начале 90-х годов у меня работали две группы ученых – одна из Москвы, а другая из Киева. Времена были трудные, купить буханку хлеба считалось удачей. Киевляне где-то раздобыли килограмм овсяного печенья, и с гордостью положив его в пакете вечером на общий стол, отправились отдыхать перед трудовым днем. На завтрак все собирались за большим столом в старом доме и обсуждали выполнение научных работ на текущий день, а вечером, за этим же столом, подводили итоги. Утром я услышал взволнованные голоса киевлян. Прибежав в комнату, я увидел на столе совершенно пустой пакет, в котором вечером находилось печенье. Мрачные киевляне сразу же отбросили все подозрения насчет меня, они сказали: "Сергей не мог этого сделать". Они уселись за стол и молча ждали прихода москвичей. Я не мог ничего понять и не знал, что мне делать. Москвичи были удивлены вопросом киевлян: "Вы брали печенье?" Они ответили, что нет, не брали и даже не заходили в помещение. Среди киевлян послышались высказывания: чудес не бывает, Сергей не трогал, значит "зъили москали". Обстановка накалилась, о работе все забыли и разбрелись кто куда. Вечером в гробовом молчании ужинали за общим столом. Вдруг все услышали громкий крик киевлянина: "вон она!!!" и посмотрели в сторону его вытянутой руки. На поленнице дров, под самым потолком сидела огромная крыса с овсяным печеньем в пасти и вертела головой во все стороны, показывая печенину. Когда крыса убедилась, что все её увидели и радостно заговорили, она исчезла в отверстие в стене также внезапно, как и появилась. Увидев виновника конфликта все стали обсуждать хитрость и ловкость крыс, напряженность исчезла и на следующий день были выполнены все запланированные работы.
Крысы сотворены Творцом и каков же грех разделения в Очах Божьих, если крысиная совесть не позволяет ссорить москвичей и киевлян. Украсть продукты, в крысином понимании, большое достижение, но ссорить людей по признаку москвич-киевлянин крысиная совесть не позволяет. Как же низко, в отличие от крыс, может пасть человек! После этого случая я не презираю крысиное племя. Недавно разыскал киевлянина, который увидел крысу и поговорил с ним по скайпу, вспомнили этот случай и оба поразились крысиной совести.
